Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
   
Золотой фонд
Новое в справочном разделе
Комментарии читателей rss

«Откровенные рассказы странника» и учение о молитве святителя Игнатия (Брянчанинова)

30 декабря 2008 г.
Опираясь на наследие святителя Игнатия Кавказского, заслуженный профессор Московской духовной академии Алексей Ильич Осипов размышляет о вопросах духовных практик в восточной и западной христианских традициях, а также месте "Откровенных рассказов странника" в духовной жизни христианина.

Иеромонах Адриан (Пашин): Алексей Ильич, недавно вышла Ваша брошюра, посвященная Иисусовой молитве. Что Вас побудило коснуться этой, казалось бы, сугубо монашеской темы?

Алексей Ильич Осипов: Дело в том, что я получил приглашение выступить с докладом в Италии, в известном монастыре Бозе, где проводятся ежегодные конференции на различные темы. На нее приглашают представителей разных Церквей, не только Католической, но и Православных, и даже протестантских. Это было в сентябре 2004 года. Тема конференции тогда была посвящена молитве, и, по-моему, даже молитве Иисусовой, хотя точно уже не помню. Как возникла тема доклада? К нам в Академию лет двадцать назад приезжал ректор одного из Понтификальных институтов в Риме, и он, выступая в Актовом зале, сказал, в частности, что сейчас католическое монашество очень заинтересовалось практикой индуистской медитации и книгой «Откровенные рассказы странника», в которой излагается своеобразное учение о молитве Иисусовой. Вот я и решил написать доклад на тему: «Учение о молитве Иисусовой святителя Игнатия (Брянчанинова) и в "Откровенных рассказах странника"», полагая, что эта тема будет интересна для католиков, да и для меня самого, поскольку я читал эти «Рассказы», когда мне было лет 16-17, и тогда они произвели на меня очень вдохновляющее впечатление. Помню, я день или два пытался заниматься молитвой Иисусовой по методу странника — на большее меня не хватило, и к счастью, как я понял это, когда занялся своим докладом. С ним я выступил на конференции. Православные заинтересовались, католическая аудитория приняла его молча. Но один из известных (имя не буду называть) питерских светских ученых (не богослов), постоянный участник всех конференций в Бузе, выразил неудовольствие моим сообщением. Доклад был переведен на итальянский язык и опубликован в Италии и в России. Такова его предыстория.

 

Иером. Адриан: Выходит, что книга неизвестного автора «Откровенные рассказы странника», довольно популярная у нас в России, известна и за рубежом?

А.И. Осипов: За рубежом не просто известна, но, как говорил этот ректор, в католических монастырях сейчас на эту книгу обращено очень большое внимание. Ее читают, ее изучают — ей руководствуются.

 

Иером. Адриан: Как Вы думаете, почему у католиков такая заинтересованность в этой книге?

А.И. Осипов: Дело вот в чем. Во-первых. Странник с поразительной скоростью — в течение всего нескольких недель, ну, немногих месяцев — достиг непрестанной молитвы Иисусовой и особых душевно-телесных состояний, в то время как, по учению святых Отцов, пишет святитель Игнатий, «на переход этот нужны многие годы». Странник сообщает, что когда старец вначале дал ему по три тысячи молитв, то уже через два дня ему «сделалось легко и желательно». Старец после этого приказал делать по шесть тысяч, а через десять дней уже — по двенадцать. И он «с легкостью окончил двенадцать тысяч молитв в ранний вечер», и «недели через три... я начал чувствовать... что как-то насладительно кипело в сердце... и я прелагался в восторг». С подобной же молниеносностью — менее чем через неделю (!) — того же достиг и слепой, начавший действовать по указанному странником способу. «Дней через пять он начал чувствовать сильную теплоту и... по временам он начал видеть свет... иногда представлялось ему, когда он входил в сердце, что как бы сильный пламень зажженной свечи вспыхивал сладостно внутри сердца и выбрасываясь через горло наружу, освещал его; и он при сем пламени мог видеть даже и отдаленные вещи».

Такой легкий и быстрый путь, по сравнению с суровым и многолетним святоотеческим подвигом борьбы со страстями, естественно, очень соблазнителен для всех тех, кто ищет как бы «без труда вынуть рыбку из пруда».

Вторая и не менее побудительная причина заинтересованности в этой книге — тщеславие, гордость, которые сразу влекут человека к достижению высоких состояний, без прохождения предварительных ступеней духовного пути. Эти страсти превращают аскета в мечтателя с вполне закономерными, и, не редко, страшными последствиями для жизни. О характере таких устремлений католических аскетов очень решительно высказывается святитель Игнатий: «Они тотчас влекутся и влекут читателей своих к высотам недоступным для новоначального, заносятся и заносят. Разгоряченная, часто исступ­ленная мечтательность заменяет у них все духовное, о котором они не имеют никакого понятия. Эта мечтательность признана ими благодатью. "От плод познаете их" (Мф. 7:16), сказал Спаситель. Известно всем, какими преступлениями, какими потоками крови, каким поведением, решительно противохристианским, выразили западные фанатики свой уродливый образ мыслей, свое уродливое чувство сердечное».

Таковы скрытые пружины интереса к «Рассказам».

 

Иером. Адриан: Вы считаете, что такой быстрый путь опасен?

А.И. Осипов: В данном случае я ни в коем случае не хочу говорить от себя, потому что не имею в этом никакого опыта. Мое понимание основывается на теоретическом изучении святых Отцов-аскетов и, прежде всего, творений святителя Игнатия (Брянчанинова). Почему я обратился именно к его творениям? Как известно, о нем, как о истинном учителе, глубоко понимающем духовную жизнь и изложившем в своих творениях ее святоотеческий путь, говорили и писали не просто положительно, а я бы сказал, с восхищением все Оптинские старцы и многие другие русские подвижники благочестия. Приведу их высказывания.

Преп. Макарий Оптинский называл его «великим умом». Преп. Варсонофий Оптинский писал: «Когда я читаю его сочинения, я удивляюсь прямо ангельскому уму, его дивно глубокому разумению Священного Писания. Я как-то особенно рсполагаюсь к его сочинениям, они как-то особенно располагают к себе мое сердце, мое разумение, просвещая его истинно евангельским светом». «Пятый том сочинений епископа Игнатия заключает в себе учение святых отцов применительно к современному монашеству и научает, как должно читать писания святых отцов. Очень глубоко смотрел епископ Игнатий и даже, пожалуй, глубже в этом отношении епископа Феофана. Слово его властно действует на душу, ибо исходит из опыта». Ту же самую мысль через полвека высказывает игумен Никон (Воробьев): «Как я благодарен ему за его писания! Не понять и не оценить его значит, ничего не понимать в духовной жизни. Смею сказать, что сочинения епископа Феофана (да простит мне святый владыка) работы школьника по сравнению с трудами профессора творениями епископа Игнатия (Брянчанинова)». Преп. Никон (Беляев) Оптинский называл творения святителя Игнатия: «азбукой духовной жизни» — настолько высоко ценил их. И все другие Оптинские старцы рекомендуют изучать творения именно святителя Игнатия, в частности, его учение о молитве, как истинное руководство в духовной жизни.

О святителе Игнатии находим замечательные слова у игумении Арсении (Себряковой): «Читала с большим удовольствием, с душевным утешением и назиданием. Дороги слова самого Владыки». На него ссылается и его советы предлагает своим чадам в качестве наиболее авторитетных для нашего времени схиигумен Иоанн Валаамский. (В связи с этим в скобках хочется заметить, что церковный проповедник, писатель, который в своих трудах, говоря о духовной жизни, не обращается к творениям святителя Игнатия, явно свидетельствует о себе, какого он духа. Хотя и обращение к ним совсем еще не является показателем духовности писателя.) Так вот, учитывая этот сонм бесспорных духовных свидетелей, я и решил сопоставить учение о молитве Иисусовой «Откровенных рассказов странника» с учением святителя Игнатия.

 

Иером. Адриан: В занятиях молитвой Иисусовой необходимо руководство, без которого, как Вы пишете, можно впасть в прелесть. Но как же быть сейчас, когда, по словам святителя Игнатия (и Вы согласны с этим), такое сильное оскудение духовного наставничества, духовничества? Как же все-таки научиться молиться правильно?

А.И. Осипов: Прежде всего, напомню ещё раз, что и об осторожности в отношении практических занятий молитвой Иисусовой говорю не от себя. Известно, что Оптинские старцы так советовали ревностным «не по разуму», потому что, как писал преподобный Исаак Сирин: «Всякую вещь красит мера. Без меры обращается во вред и почитаемое прекрасным». И здесь люди, которые не понимают, какие необходимы условия для занятия молитвой Иисусовой и которые исходят из неправильной цели ее совершения, впадают, как правило, в самомнение, прелесть, гордыню. Эту мысль проводит и святитель Игнатий. Каково должно быть отношение к молитве Иисусовой в наше время? Смотря для кого. Одно дело для ставших на путь монашеской жизни, и другое — для тех, кто вращается в суете мирской жизни.

Что касается духоносных наставников, то под ними святитель Игнатий подразумевал тех, которые приобрели непрестанную благодатную молитву Иисусову, достигли бесстрастия и получили от Бога редкий дар видения души человека. Такие наставники действительно могли указать на те скрытые страсти и их причины, которые человек в себе не видел. Но говоря о своем времени святитель Игнатий произнес крайне обидные слова для видящих себя духовными отцами: «Богодухновенных наставников нет у нас!». И сказал не просто, а с восклицательным знаком. А он прекрасно знал состояние современного ему монашества.

Однако за неимением богодухновенных наставников святитель Игнатий предлагает очень важные советы ищущим духовной жизни.

Первый — руководствоваться писаниями и опытом преимущественно тех древних отцов и русских подвижников, которые давали советы людям, находящимся на таком же духовном уровне, как и современный христианин. К этим писаниям, конечно же, в первую очередь необходимо добавить творения самого святителя Игнатия, поскольку он подвизался и писал в эпоху, духовно очень подобную современной, и потому для нашего времени он является лучшим духовным наставником.

Второй — следует советоваться с теми людьми, которые единодуховны нам, которые искренне ищут духовной жизни, изучают и знают творения святых отцов и, что очень важно, имеют дар рассуждения. В отношении последнего условия (рассуждения) свтятитель Игнатий предупреждает, что были даже святые, которые достигали высоких духовных состояний, но, не имея дара рассуждения, предлагали иногда такие советы, которые серьезно повреждали душу человека.

Святитель Игнатий приводит в связи с этим мысли преподобных Макария Великого и Исаака Сирина. Он писал: «Святой Макарий Великий говорил, что ...встречаются души, соделавшиеся причастниками Божественной благодати... вместе с тем, по недостатку деятельной опытности, пребывающие как бы в детстве, в состоянии очень неудовлетворительном ... которое требуется истинным подвижничеством». «В монастырях употребляется о таких старцах изречение: "свят, но не искусен", и наблюдается осторожность в советовании с ними... чтобы не вверяться поспешно и легкомысленно наставлениям таких старцев». Св. Исаак Сирин говорит даже, что такой старец «недостоин называться святым». Вот с какой внимательностью, оказывается, нужно подходить к выбору тех, с кем можно советоваться.

Поэтому в наше время, кто хочет научиться молиться и жить правильно, непреле'стно, должен тщательнейшим образом изучать творения святителя Игнатия, прекрасно знавшего и учение Отцов, и опытно прошедшего путь молитвы. Но, конечно, если удастся найти человека, знающего, понимающего и разумного, то советоваться и с ним. Но советоваться так, как советуются с друзьями, а не как с руководителем «православной» тоталитарной секты, требующим беспрекословного себе послушания. О полном послушании в силу отсутствия сейчас богодухновенных наставников едва ли может идти речь даже в монастырях, а в миру такого и никогда не было, кроме разве отношений между лжедуховниками и лжепослушниками, особенно же лжепослушницами. Правда, нужно отличать послушание в вопросах административных (по должности), которое полезно и для духовной жизни, от послушания духовного, которое святитель Игнатий называет великим иноческим деланием.

Он писал: «Напрасно Ваше желание находиться в полном послушании у опытного наставника. Этот подвиг не дан нашему времени. Его нет не только посреди мира христианского, нет даже в монастырях».

«И многие думали проходить послушание, а на самом деле оказалось, что они исполняли свои прихоти, были увлечены разгорячением. Счастлив тот, кто в старости своей успеет уронить слезу покаяния на увлечения юности своей. О слепых вождях и водимых ими сказал Господь: Слепец же слепца аще водит, оба в яму впадетася (Мф. 15, 14)».

 

Иером. Адриан: Однако Вам могут возразить, что и во время святителя Игнатия (Брянчанинова) были Оптинские старцы и сейчас довольно много почитаемых в народе духовников и старцев, у которых многие люди стремятся найти духовное руководство, полностью отдать свою волю в их руки. Неужели сейчас простым людям нельзя поступать таким образом?

А.И. Осипов: По учению святых Отцов, в этом вопросе нужно быть в высшей степени осторожным. Об этом предупреждают все святые, начиная с древности, с цветущих времен подвижничества. Прп. Иоанн Кассиан Римлянин в V веке, например, писал: «Полезно открывать свои помыслы отцам, но не каким попало, а старцам духовным, имеющим рассуждение, старцам не по телесному возрасту и сединам. Многие, увлекшись наружным видом старости и высказав свои помышления, вместо врачевства получили вред». А посмотрите, как сильно говорит об этом преп. Иоанн Лествичник (VI в.): «Когда мы... желаем... вверить спасение наше иному, то еще прежде вступления нашего на сей путь, если мы имеем сколько-нибудь проницательности и рассуждения, должны рассматривать, испытывать и, так сказать, искусить сего кормчего, чтобы не попасть нам вместо кормчего на простого гребца, вместо врача на больного, вместо бесстрастного на человека обладаемого страстями, вместо пристани в пучину, и таким образом не найти готовой погибели» (Лествица. Сл. 4, гл. 6). Святитель Феофан (Говоров) предупреждал: «При определении их [духовников] должно употреблять великую осмотрительность и строгое рассуждение, чтобы вместо пользы не нанести вред, вместо созидания разорение».

 Но как предсказывали древние Отцы и постоянно повторяли более поздние, в Церкви идет процесс оскудения тех наставников, которые видят душу человека, которые достигают того, что преподобный Серафим Саровский называл стяжанием Духа Божия. Таковых, как видим, по словам святителя Игнатия, в его время уже не стало.

Если теперь вернуться к Оптинским старцам, то и они полностью соглашались с ним в этом вопросе, о чем свидетельствуют как те высокие оценки, которые Оптинские старцы давали учению святителя Игнатия, так и их духовное руководство. Никто из них не указывал на другого, на своего предшественника или духовного отца: «А вот отец Макарий или отец Амвросий, или отец Варсонофий, или... разве не богодухновенные наставники»? Ибо они хорошо понимали смысл слов апостола Павла: «Иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе» (1 Кор. 15, 41). Так что, хотя и говорим о духовных и даже святых людях, тем не менее, понимаем, что и духовный от духовного разнится в славе.

Искание духовных людей вполне естественно и понятно. Но когда это искание превращается в мифотворчество, когда старцев создают не редко из очень сомнительных священнослужителей, или когда некоторые духовники начинают изображать из себя старцев, тогда происходит беда. О них святитель Игнатий сказал очень сильно и точно: «Те старцы, которые принимают на себя роль [старца]... (употребим это неприятное слово)... в сущности, не что иное, как душепагубное актерство и печальнейшая комедия. Старцы, которые принимают на себя роль древних святых Старцев, не имея их духовных дарований, да ведают, что самое их намерение, самые мысли и понятия их о великом иноческом делании послушании, суть ложные, что самый их образ мыслей, их разум, их знание суть самообольщение и бесовская прелесть...». К сожалению, народ это плохо понимает. Ему подавай старца, конечно, прозорливого, чудотворца, целителя, и на кого укажут к тому без рассуждения, как овцы бегут. Отсюда и происходят многие бедствия как духовного, так даже и бытового характера.

Я встречался с некоторыми людьми, которые, поверив лжестарцу, потерпели полную жизненную катастрофу. Старец, пользуясь своей моральной властью, буквально приказывает, извините, «благословляет» приходящим совершать такие решительные шаги, которые губят их и тело, и душу. «Благословляет» переезжать, бросать хорошие должности, ввергая семью в нищету, приводя к распаду семейных отношений. «Благословляет» продать квартиру, имущество и поступить в монастырь, а когда через год из монастыря ее отчисляют, старец вместо помощи говорит ей: нужно было иметь голову на плечах, теперь иди, куда хочешь. Знаю семью, в которой старец «благословил» матери, имеющей молодых дочерей и сына, определить всех в монастыри. Сын стал иеромонахом, а затем через 3 года женился. Подобное же произошло с дочерьми, только одна их четырех осталась монахиней, прочие, пожив в монастыре, повыходили замуж.

Почему говорю об этом? Прежде всего, чтобы показать, до какой степени безрассудной доверчивости простых верующих и духовной слепоты и моральной нечувствительности самих «старцев» можно дойти: видя катастрофические последствия этих благословений, продолжать верить им и давать их. Ведь ясно, что прозорливый не мог благословлять на поступок, ведущий к снятию сана и лишению монашества. А если не прозорливый, и продолжает толкать на подобные поступки, то каков же нравственный уровень (или психическое состояние) этого «старца»?! На этот-то серьезный вопрос и отвечает святитель Игнатий: «Тщеславие и самомнение любят учить и наставлять. Они не заботятся о достоинстве своего совета! Они не помышляют, что могут нанести ближнему неисцельную язву нелепым советом, который принимается неопытным новоначальным с безотчетливой доверчивостью, с плотским и кровяным разгорячением! Им нужен успех, какого бы ни был качества этот успех, какое бы ни было его начало! Им нужно произвести впечатление на новоначального и нравственно подчинить его себе! Им нужна похвала человеческая! Им нужно прослыть святыми, разумными, прозорливыми старцами, учителями! Им нужно напитать свое ненасытное тщеславие, свою гордыню

Это и есть то, что Отцы называли прелестью. А прелесть есть заблуждение, которое приводит и к психическому расстройству человека.

Так что в наше время к отношениям со старцами нужно подходить с огромной осторожностью, следуя мудрому правилу, заповеданному нашими великими святителями — Игнатием и Феофаном: жить по совету, а не по послушанию. Святитель Игнатий призывает послушать прп. Нила Сорского, жившего в 15-м веке и уже заповедавшего: «Ныне, по причине совершенного оскудения духоносных наставников, подвижник молитвы вынужден исключительно руководствоваться Священным Писанием и писаниями Отцов». А «преподобный Пимен Великий повелел немедленно разлучаться со старцем, совместное жительство с которым оказывается душевредным». В противном случае, «вера в человека, — говорит святителя Игнатий, — приводит к исступленному фанатизму».

Совет, пишет святитель Игнатий, не несет в себе обязанности исполнять его. Если видишь в совете что-то странное, непонятное, противоречивое, то имеешь полное нравственное право обратиться к другому человеку, не согласиться, обратиться к святым отцам. И если духовник действительно разумный и смиренный, то он даже поблагодарит свое чадо за то, что тот поступил правильно, не послушав его. «Никак, — пишет святитель Игнатий, — не будь послушен на зло, если бы и случилось тебе потерпеть за нечеловекоугодие и твердость твои некоторую скорбь. Советуйся с добродетельными и разумными отцами и братиями; но усваивай себе советы их с крайней осторожностью и осмотрительностью. Не увлекайся советом по первоначальному действию его на тебя!».

Наше время — это жизнь по совету, а не по послушанию. В связи с этим святитель Игнатий отвечает на самый распространенный контраргумент: «Возразят: вера послушника может заменить недостаточность старца. Неправда: вера в истину спасает, вера в ложь и в бесовскую прелесть губит, по учению Апостола» (2 Сол. 2, 10-12). Христос сказал ученикам: «Я уже не называю вас рабами... Я назвал вас друзьями» (Ин. 15, 15). А друзьям можно ли приказывать? Наверное, нет.

 

Иером. Адриан: Еще один вопрос. Почему некоторые связывают Иисусову молитву с какими-то другими практиками, например индуистскими и буддистскими мантрами, медитациями? Многие люди не понимают, в чем разница между такими аскетическими практиками и умной Иисусовой молитвой, молитвой христианской.

А.И. Осипов: Если обратить внимание на самое существенное, то медитации, о которых говорите — это размышления, внутренние рассуждения. Они не сопряжены с тем, что является главным условием молитвы — покаянием. Покаяние — это моление. Моление о чем? О своей греховности, о своей недостаточности, о своей неспособности жить так, как говорит Евангелие. Молитва же, как пишет святитель Игнатий, должна совершаться со вниманием, благоговением и сокрушением сердца. В медитациях это не требуется. Медитация, повторяю, — это сосредоточенное размышление по самым различным вопросам: богословским, бытовым, духовно-нравственным, и каким угодно.

Есть в христианской практике очень важное и необходимое делание — богомыслие. Однако и оно отличается от названных медитаций тем, что богомыслие — это такое размышление по вопросам христианской веры и жизни, которое сопряжено со смирением, с правильной молитвой, с благоговейным внутренним подчинением своего возможного понимания вопроса воле Божией.

Вот главное, что отличает молитву и богомыслие от медитации.

Второе. Обращаясь к мантрам, мы входим в сферу иного учения, решительно, если хотите, отличного от христианского, точнее, от православного. Мантры, будучи чем-то внешне похожими на молитву, точнее на молитвенные заклинания, имеют совершенно другой характер. Они сопряжены с верой в действенность самих произносимых слов, часто, безотносительно к пониманию их смысла. Это находим в индуистской практике, например, в мантра-джапа, призывающая человека как можно больше, чаще, быстрее произносить имя божие, которое само по себе очищает человека, приводит его в состояние самадхи. Мантры, если хотите, являются одним из элементов магии и употребляются при языческих тайнодействиях.

Подобную же идею пропагандировали наши имябожники. Однако не имя Божие само по себе освящает. Имя Божие — то же, что икона, оно является той связью, через которую мы обращаемся в молитвах к Первообразу. И очищение человека совершается не самим Именем, а правильной молитвой с произнесением имени Божия, как учили святые Отцы. Когда же молитва повторяется механически, как можно больше и скорее, тогда, как писал святитель Игнатий (Брянчанинов), это уже «не молитва. Она мертва! Она бесполезное, душевредное, оскорбительное для Бога пустословие».

И сейчас наблюдается тенденция к «мантрийскому» пониманию молитвы. Появляются книги, рекомендующие начинать молитву Иисусову Господи Иисусе Христе, помилуй мя, с огромного числа (сразу 14400 м-в!), и произносить ее быстро-быстро: 3600 молитв в час, то есть молитву в секунду («его язык, как моторчик, непрерывно повторял односложную Иисусову молитву»). Эта практика находится в полном противоречии со святоотеческим опытом, который призывает творить любую молитву, в том числе и Иисусову, неспешно, с вниманием к словам молитвы, благоговением и чувством покаяния.

 

Иером. Адриан: На Западе существует мнение, что запрет использовать воображение при молитве, который существует в Православии, на Востоке, вызван только большей эмоциональностью восточных людей. А вот на Западе, якобы для менее эмоциональных людей, такое воображение не опасно.

А.И. Осипов: Это самооправдание. Посмотрите на испанцев, португальцев, итальянцев — это такие горячие люди, что только держись! А разве не в Италии впервые в истории христианства появились стигматы, не у Франциска ли Ассизского? Дело совсем не в эмоциональности. Причина, по которой католичеством так горячо защищается возможность и даже необходимость воображения в молитве совсем другая. И психология, и йога, и опыт католических аскетов убедительно свидетельствуют, что развитие воображение и постоянное сосредоточение внимания на каких-то мысленных картинах является одним из эффективных способов легкого достижения человеком состояний особой экзальтированности. Так, например, сострадание (сompassio) Христу — подвиг того же Франциска — заключалось в мысленном представлении и попытки сопереживания страданиям Христа и Его любви ко всему миру, страданиям и переживаниям Богоматери и других святых. В этом мечтательном представлении себе картин любви, страданий и проч. очень сильно возбуждаются нервы и психика, распаляется воображение, в результате чего начинают возникать галлюцинации, бесовские явления. У таких аскетов необычайно возрастает мнение о своей благодатности, близости Христу и святым. Эти состояния принимается западными аскетами за состояния благодатные. Но в этом явлении нет ни Бога, ни благодати. Святитель Игнатий пишет: «Святые Отцы строго воспрещают употребление способности воображения, повелевают содержать ум вполне безвидным, незапечатленным никакою печатью вещественного». «Ум во время молитвы должно иметь и со всею тщательностью сохра­нять безвидным, отвергая все образы, рисующиеся в способности воображения... Образы, если их допустит ум в молитве, соделаются непроницаемой завесою, стеною между умом и Богом». Напротив, «падшие духи, предупреждает он, стараются возбудить в нас действие воображения».

«Кровь и нервы, — писал он, — приводятся в движение многими страстями: и гневом, и сребролюбием, и сластолюбием, и тщеславием. Последние две чрезвычайно разгорячают кровь в подвижниках, незаконно подвизающихся, соделывают их исступленными фанатиками».

Святитель Игнатий рассказывает об одном петербургском чиновнике, впавшем в прелесть и пытавшемся покончить с собой: «Оказалось, что чинов­ник употреблял образ молитвы, описанный святым Симеоном, разгорячил воображение и кровь, при чем человек делается очень способным к усиленному посту и бдению... Чиновник видел свет телесными очами; благоухание и сладость, которые он ощущал, были так же чувственные».

«Оживить чувства, кровь и воображение старались западные; в этом успевали скоро, скоро достигали состояния прелести и исступления, которое ими названо святостью. В этой стране все их видения. Восточные и все чада Вселенской Церкви идут к святыне и чистоте путем совершенно противоположным вышеприведенному: умерщвлением чувств, крови, воображения и даже "своих мнений"».

Главной причиной беды западных аскетов является то, что они прекратили руководствоваться Отцами-подвижниками древней Церкви и стали жить по собственному разумению, прокручивая в своем воображении «кино» и поклоняясь его картинкам. Борьбу со страстями они подменили фантазиями любви к Христу.

Приведу маленький пассаж из книги великой католической святой — учителя Церкви Терезы из Лизье (XIX в.) «Повесть об одной душе», чтобы было понятно, о чем идет речь: «Это было лобзание любви. Я чувствовала себя любимой и говорила: «Я люблю Тебя и вверяю Тебе себя навеки». Не было ни прошений, ни борьбы, ни жертв; уже давно Иисус и маленькая бедная Тереза, взглянув друг на друга, поняли все... Этот день принес не обмен взглядами, а слияние, когда больше не было двух, и Тереза исчезла, словно капля воды, потерявшаяся в океанских глубинах». Эта «любовь» не требует комментариев.

Забыв открытые величайшими святыми Церкви законы строгой последовательности в духовной жизни, католические аскеты сразу устремились к достижению высших благодатных состояний. Об этом с горечью писал святитель Игнатий: «Тщеславие стремится преждевременно к духовным состояниям, к которым человек еще неспособен по нечистоте своей, за недостижением истины сочиняет себе мечты. А сладострастие, присоединяя свое действие к действию тщеславия, производит в сердце обольстительные, ложные утешения, наслаждения и упоения. Такое состояние есть состояние самообольщения. Все, незаконно подвизающиеся, находятся в этом состоянии. Оно развивается в них больше или меньше, смотря по тому, сколько они усиливают свои подвиги. Из этого состояния написано западными писателями множество книг». Но «где разгорячение там нет истины, оттуда не может произойти ничего доброго, ничего полезного: тут кипит кровь, тут дымится и строит воздушные замки лжеименный разум». Такие плачевные результаты и видим. Посмотрите, что говорит Анжела блаженная (+1309), что Катарина Сиенская (XIV в.), что Тереза Великая (XVI в.), что пишет последний учитель Церкви Тереза Маленькая (скончавшаяся двадцати трех лет!) о своих отношениях с Христом. У всех одно и то же — роман с воображаемым Христом. И это рассматривается Католической церковью как великое достижение!

Такая «духовность» очень заразительна, ибо она соответствует вкусам «ветхого человека», его исканию духовных сладостей, его тщеславию, гордости. К сожалению, по этому легкому пути пошел и странник «Рассказов», увлекая за собой неопытных и ищущих духовных наслаждений христиан. В этом отношении очень показателен следующий его совет: «Отыщи воображением место сердца под левым сосцем (подчеркнуто нами — А.О.) и там установись вниманием». А святитель Игнатий предупреждает: «Старающийся привести в движение и разгорячить нижнюю часть сердца приводит в движение силу вожделения...». Потому, в частности, святитель Феофан писал: «В книгу рассказы не смотрите. Там есть советы, не пригожие для вас, которые могут повесть к прелести».

 

Иером. Адриан: Большое спасибо, Алексей Ильич, за интервью, за рассказ о Вашей брошюре. Наш портал «Богослов.Ru» желает Вам помощи Божией в Ваших преподавательских и богословских трудах. Ждем новых Ваших книг.

 

Беседовал иеромонах Адриан (Пашин)

 

 

Подписаться на ленту комментариев к этой публикации

Комментарии (29)

Написать комментарий
#
23.12.2012 в 12:40

К сожалению мы не понимаем того, что странник достиг непрестанной молитвы отнюдь не быстро, а через годы. Вся жизнь его направлена именно к непрестанному творению молитвы. Жизнь странника очень скорбная, уже с детства он вступил на поприще скорбей.

Не нужно забывать, что и жизнь странника требует самоотречения, ведь всё его богатство - это Библия, а из еды - сухари, да вода.

Поэтому уважаемый профессор А. Осипов смотрит поверхностно на книгу, то что, он когда-то день молился Иисусовой молитвой не делает его молитвенником; ведь самое главное не начать, а пребывать до смерти в молитвенном делании, а это не одно и тоже.

Начинающих молитву Иисусову много, а делателей постоянных - единицы.

У странника был и наставник, который изначальна научил его телесным приёмам и показал как совершать художественно умно-сердечную молитву Иисусову.

Чтобы иметь возможность по 12000 Иисусовых молитв творить нужно и безпопечительность и свободное время, что и было у странника.

Нам невозможно читать 12000 в сутки, но 50, 100, 200 весьма возможно.

Устная молитва тоже требует немалого усилия, по причине демонских нападений, о чём не нужно забывать.

Ответить

#
10.05.2011 в 09:34
"Непрестанно борись с парением твоих мыслей, и когда ум рассеялся, собирай его к себе, ибо от новоначальных послушников Бог не ищет молитвы без парения. Потому не скорби, будучи расхищаем мыслями, но благодушествуй и непрестанно воззывай ум ко вниманию, ибо никогда не быть расхищаему мыслями свойственно одному Ангелу". (преп. Иоанн Лествичник. Лествица, слово 4, 92)
Ответить

#
1.04.2011 в 20:32
Осипов прекрасный проповедник от Бога свободно ,ярко и живо излагает слова и истины Бога в отличие от всех других. С уважением Михаил.
Ответить

#
12.10.2010 в 09:43

Например, среди египетских святых отцов-пустынников, величайших наставников духовной жизни, почти не было так называемых "духовных лиц". Тогда даже и монашеского пострига в современном понимании не существовало. Святитель Игнатий Брянчанинов в письмах много говорил о том, что не стоит судить о человеке по одежде, даже если это ряса, и что наступает время "монахов во фраках" (монахов в смысле подлинно духовных людей, подвижников).

Ответить

#
11.10.2010 в 17:26
Уважаемая Инна, Алексей Ильич, все же, не "светский профессор"- он преподаватель Духовной Академии. Многие поколения "духовных отцов" учились у него, и с благодарностью до сих пор воспринимают его как своего учителя, хоть и одет он в "мирской костюм". По одежке, как известно, только встречают. Надеюсь, что и Вы вместе с "духовными отцами" будете воспринимать людей "по уму", а также научитесь пониманию того, что "внутри церкви" находятся не только люди в "духовном платье".
Ответить

#
10.10.2010 в 20:38
В размышлениях А.И. Осипова есть одно несомненное положительное качество - точные цитаты, точное цитирование текстов. Другой важный момент - он затрагивает очень важные вопросы духовной жизни, на которые мы уже давно ждем ответа. Вот только жаль, что об этом говорит не духовный отец, а светский профессор. Каждый раз приходится преодолевать внутреннее сопротивление, когда приступаешь к чтению статей на сугубо духовные темы, написанные человеком в мирском костюме. Доверие к таким текстам подпадает под сомнения, и приходится смиряться с таким положением вещей из-за недостаточного внимания к подобным темам духовных отцов. Когда же наступит то время, когда в нашей церкви будет достаточно сил самой из себя, изнутри своего опыта изъяснять такие сложные и деликатные духовные темы?
Ответить

#
2.06.2010 в 15:43
Критическую оценку учения о молитве, изложенному в книге "Откровенные рассказы странника", дал и митрополит Иларион Алфеев ( ректор Общецерковной аспирантуры и докторантуры, доктор богословия ). Вот что пишет митрополит Иларион Алфеев
"Рекомендации относительно способа совершения молитвы Иисусовой, содержащиеся в «Откровенных рассказах странника», заметно отличаются от тех, что мы встречаем у святителей Игнатия (Брянчанинова) и Феофана Затворника. Игнатий, например, считал, что на совершение ста молитв Иисусовых требуется полчаса; при такой скорости, разумеется, невозможно совершать по двенадцать тысяч молитв в сутки. И Игнатий, и Феофан, как мы помним, не советовали использовать психосоматический метод молитвы Иисусовой, занимающий важное место в «Рассказах странника». Ни Игнатий, ни Феофан не говорили о больших количествах молитв; все их внимание было обращено на качество молитвы. У святителя Игнатия, кроме того, процесс навыкновения молитве Иисусовой описывается как весьма длительный: на превращение молитвы из устной в умно-сердечную, из «трудовой» в «самодвижную», по его учению, требуются годы, тогда как у странника весь процесс измеряется несколькими неделями"("Священная тайна Церкви"стр.270-271)
Ответить

#
15.09.2009 в 11:59
Уважаемый о.Михаил, в книге известного нам архимандрита, как я уже писал нет ни одной цитаты Осипова, которые пытается критиковать этот архимандрит. Во многих вопросах критикуется не мнение Осипова, а неправильное понимание его слов, порой фантазии самого архимандрита, которые вообще ничего общего не имеют с учением Осипова. Очень интересно то, что уважаемый архимандрит, критикующий Осипова пытается рассуждать на богословские вопросы не имея при этом богословского образования. Причем это видно не только из его биографии, но и по его трудам, в которых он допускает ошибки в самых основах православного богословия, например когда он пишет об участи некрещеных младенцев, он не только противоречит святоотеческому опыту, но и постановлению одного из соборов. Как он может критиковать профессора, не зная простейших основ?
Теперь по поводу Осипова и учения о молитве. Вот Вы пишите, что к Брянчанинову вопросов нет, но есть к Осипову. Вопрос Ваш состоит в том, что Осипов пишет, что молитва без внимания не имеет для человека пользы (Ваши слова: "но нигде не сказано, что при отсутствии внимания молитва совершенно бесплодна"), но как я писал раньше это не выдумка Осипова, а именно учение Брянчанинова! Вот его слова:
"Душа молитвы — внимание. Как тело без души мертво, так и молитва без внимания — мертва. Без внимания произносимая молитва обращается в пустословие, и молящийся так сопричисляется к приемлющим имя Божие всуе." (Аскет.опыты 1том.О молитве. Статья 1) Без внимания молитва мертва, сказал свят.Игнатий, соответственно никакого плода мертвая молитва принести не может! Более того, молитва без внимания- грех! ("сопричисляется к приемлющим имя Божие всуе") Ссылается свят. Игнатий на слова:
"Душа молитвы — внимание"(Преподобный Симеон Новый Богослов. Слово о трех образах молитвы. Добротолюбие, ч. 1)
"Слова молитвы, совершаемой с рассеянностью, касаются как бы только поверхности души, не производя на нее никакого впечатления." (свят.Игнатий там же)Не производят никакого впечатления, то есть не имеют никакого плода.
Вот об этом я и говорил, что те, кто критикуют Осипова не до конца понимают того, что он говорит, или просто напросто не знают святоотеческий опыт, на который ссылается Осипов. В данной статье мнение Осипова полностью основано и совпадает с учением Брянчанинова, которое в свою очередь признано одним из наиболее точных, ярких и доступно изложенных, из всего святоотеческого опыта. Так что свое несогласие надо адресовать в данном случае не Осипову, а Брянчанинову, ну соответственно и всему святоотеческому опыту, на котором основано учение Брянчанинова. Я думаю, что каждый желающий, если отнесется трезво и не предвзято к данному труду, сможет понять его.
Ответить

#
14.09.2009 в 09:04
Уважаемый Александр!
Трудно было понять из Вашего предыдущего комментария, какие вопросы относились ко мне, а какие - к кому-то еще (почему бы Вам было не поименовать конкретно, к кому обращена вторая половина комментария - он бы Вам и ответил). Тем не менее, попробую исправить ошибку и ответить сейчас только на вопросы. обращенные ко мне.
Вопросы 1-3: Возражений по поводу учения святителя Игнатия о молитве у меня нет, а есть только ощущение непостижной высоты и глубины его мысли и духовного опыта. Напротив, некоторые мысли А.И. Осипова вызывают возражения, которые я и изложил в первом моем комментарии к статье. Что касается личного молитвенного опыта профессора Осипова, он мне неизвестен - я исходил лишь из его собственных слов, которые Вы процитировали, и из его слишком узколинейного подхода к сложнейшей теме молитвы, что проявляется отрицанием иных не известных ему подходов (в частности, критика им в данной статье афонского старца Порфирия, имени которого он здесь, в отличие от других своих выступлений, не упоминает).
4. Трудов игумена Игнатия я, по-моему, не читал, поэтому не смогу Вам ответить на этот вопрос.
5. На заключительный Ваш вопрос я, как смог, подробно ответил в предыдущем моем комментарии. Если мой ответ Вас не удовлетворил, я полагаю, Вам следует тогда обратиться непосредственно к Святейшему Патриарху, ибо только он один властен давать отчет о том, что он делает и чего не делает.
То, что я отошел от темы статьи, - правда, но вынужден был Вашим выступлением, ибо в книге, которую Вы вдруг упомянули и отнесли к "гореразоблачениям", как раз и разбираются эти вопросы. Я пробовал показать Вам, что критика отца архимандрита обоснована, а не голословна.
Ответить

#
12.09.2009 в 14:30
С праздником, уважаемый о.Михаил,если тон моего изложения показался грубым, то искренне прошу прощения. Вообще-то к Вам был обращен лишь первый абзац моего комментария, где я Вам задавал конкретные вопросы, но почему то Вы их проигнорировали. Вторая часть была адресована не Вам. Для чего Вы затрагиваете тут темы, которые не имеют никакого отношения к обсуждаемой статье, не понятно. Например учение Осипова о послушание и причащение... Здесь обсуждается помоему конкретное мнение Осипова о молитве и о "Странники" не так ли? Почему я лично против обсуждения других вопросов? Отвечу примером, есть известный архимандрит, выпустивший брошюру, которая прямо утверждает что взгляды Осипова еретичны и неправильны, но нет ни одной точной цитаты Осипова, которая получила еретическую оценку. Ни одной дословной цитаты, с указанием того, откуда она взята! Получается что уважаемый архимандрит критикует не мнение Осипова, а свое непонимание его слов! Поэтому мне кажется и здесь не вполне уместно обсуждать учение Осипова по вопросам, не затронутым в данной статье.
Теперь что касается мнения Осипова о молитве, Вы о.Михаил так и не ответили на вопросы, которые я Вам задавал, повторю, может удостоите своим вниманием:
Уважаемый о.Михаил Капчиц, вот Вы пишите: "Желательно, чтобы о молитве Иисусовой писали имеющие в делании ее серьезный опыт, чтобы о духовном руководстве писали и учили опытные духовники, а о послушании - имеющие опыт послушания.", (1 вопрос-) а что по Вашему свят.Игнатий не имеет опыт в молитве??? Именно его учение о молитве приводит А.И.Осипов, а не свое (Вы наверное не заметили:"А.И. Осипов: В данном случае я ни в коем случае не хочу говорить от себя, потому что не имею в этом никакого опыта. Мое понимание основывается на теоретическом изучении святых Отцов-аскетов и, прежде всего, творений святителя Игнатия (Брянчанинова).") И еще риторический вопрос: интересно, а откуда Вы знаете, что Осипов не имеет опыта молитвы? Вы заглядывали ему в ум? или Вы думаете, что молитвой занимаются только священники?
2 вопрос. Так почему Вы критикуете Осипова, а не Брянчанинова? Или свят. Игнатий имеет слишком большой авторитет по сравнению с Осиповым?
3 вопрос. Почему Вы конкретно не написали, что консенсус патрум по такому-то вопросу противоположен учению Брянчанинова в изложение Осипова? Наверное потому, что нет такого противопоставления, но есть согласие? Так какие претензии тогда могут быть?
4 вопрос. Вы в курсе, что помимо Осипова еще множество богословов критикуют и считают неправильным учение о молитве, изложенное в "Страннике" (например Игумен Игнатий (ДУШЕИН)
И в заключение у меня такой вопрос, если Осипов по многим вопросам ошибается, как Вы пишите, даже еретичен, как утверждает известный нам архимандрит, то почему его не уберут с такой ответственной должности? Более того, почему Патриарх Кирилл благословил показ его якобы еретических лекций на православном телеканале Союз???
Ответить

#
11.09.2009 в 23:49
Уважаемый Александр, с праздником!
Видно, что Вы пишете и возмущаетесь искренне, потому я отвечу Вам, как смогу, хотя, признаться, Ваш тон и многие высказывания весьма далеки от обсуждаемого в статье и в комментарии предмета.
Начну с конца - с Вашего главного аргумента. Вы пишете: "...Осипов все так же читает лекции в самом известном богословском заведении страны. О чем же это говорит? О глухоте, слепоте и бессилии Патриарха и Синода, или же все-таки о заблуждение и ошибке "гореразоблачателей". Я думаю, это говорит прежде всего о Вашей наивности и незнании реального состояния дел. Я учился в этом "самом известном богословском заведении" и могу Вам весьма ответственно сказать, что кроме профессора Осипова, там читают лекции и множество других преподавателей, многие из которых совершенно не согласны с ним и в обсуждаемых в данной статье, и во многих иных вопросах. Их Синод и Патриарх тоже пока не уволили.
Далее: Синод и Патриарх профессоров академий не назначают - не знаю, с чего Вы это взяли и почему пытаетесь переложить ответственность за богословские ошибки одного профессора-мирянина на все Священноначалие. А то, что лекции профессора А.И. Осипова распространяются, то в этом нет ничего удивительного: язык изложения у него ясный и большинство вещей он говорит правильно - критикуются только те взгляды, которые критикуются, а не огульно вся личность Алексея Ильича.
Если же, как Вы пишете, хотите рассуждать логически, то давайте, выясним, кто прав: Церковь, которая крестит младенцев вскоре после рождения, или профессор Осипов, который считает, что надо ждать достижения ими сознательного возраста (чтобы "не лишать человека воспоминания об этом дне" - буквальные его слова); св.прав. Иоанн Кронштадтский, который вослед всей Церкви говорит о претворении одного вещества в другое (хлеба и вина в Тело и Кровь), или профессор Осипов, который учит о некоем соединении одного вещества с другим (весьма сродно с Лютеровым cum pane, sub pane, etc.); профессор Осипов, выступавший против прославления Царя-мученика Николая, или Церковь, его прославившая; оптинские старцы и старцы и люди высокой духовной жизни нашего времени, учившие и учащие о важности послушания и священнического благословения, или профессор Осипов, ставящий столько оговорок в этом вопросе, что, пожалуй, подумаешь, брать ли вообще у священников благословение - вдруг они лжестарцы какие-нибудь?!
Следуя Вашей логике, Синод и Патриарх давно бы должны были (поскольку, по Вашему мнению, они во в с е х вопросах согласны с А.И. Осиповым) издать соответствующие постановления, чтобы младенцев в раннем возрасте не крестили, чтобы в текст "Служебника" были внесены изменения (чтобы священник во время Освящения Святых Даров произносил бы не "сотвори убо хлеб сей Честное Тело...", а, к примеру, "соедини хлеб сей с Честным Телом..."), да и вообще, чтобы наше вероучение в точности бы соответствовало бы учению профессора А.И. Осипова. Такого пока, слава Богу, не происходит.
Что же до самомнения, гордости и зависти, то они наверняка во мне грешном присутствуют (хотя мне лично непонятно, в чем я должен был бы завидовать Алексею Ильичу Осипову - он мне вроде нигде дорогу не перебегал). Однако, признаться, не знаю, в чем больше гордости: в том ли, что иереи, выполняя свой долг, встают на защиту православного вероучения, критикуя при этом некоторые ошибки профессора-мирянина, или в том, что Вы унижаете и называете "гореразоблачителем" архимандрита, известного духовного писателя, преемника многих старцев и подвижников, духовника множества верующих: духовенства, монахов и мирян. Вот здесь я, пожалуй, вел бы себя поскромней.
Впрочем, может, Вы и правы: если в мире вокруг все ценности переворачиваются, то отчего бы и в Церкви нам это не ввести: пусть миряне учат вере, а священники молчат. Стихотворение К. Чуковского всем известно: Замяукали котята:
Надоело нам мяукать,
Мы хотим, как поросята,
Хрюкать.
Ответить

#
11.09.2009 в 15:29
Честно говоря, просто не мог не написать. Уважаемый о.Михаил Капчиц, вот Вы пишите: "Желательно, чтобы о молитве Иисусовой писали имеющие в делании ее серьезный опыт, чтобы о духовном руководстве писали и учили опытные духовники, а о послушании - имеющие опыт послушания.", а что по Вашему свят.Игнатий не имеет опыт в молитве??? Именно его учение о молитве приводит А.И.Осипов, а не свое (Вы наверное не заметили:"А.И. Осипов: В данном случае я ни в коем случае не хочу говорить от себя, потому что не имею в этом никакого опыта. Мое понимание основывается на теоретическом изучении святых Отцов-аскетов и, прежде всего, творений святителя Игнатия (Брянчанинова).") Так почему Вы критикуете Осипова, а не Брянчанинова? Или свят. Игнатий имеет слишком большой авторитет по сравнению с Осиповым? Почему Вы конкретно не написали, что консенсус патрум по такому-то вопросу противоположно учению Брянчанинова в изложение Осипова? Наверное потому, что нет такого противопоставления, но есть согласие? Так какие претензии тогда могут быть?
Меня поражает больше всего то, что люди не разобравшись до конца ни в словах Осипова, ни в святоотеческом учение начинают критиковать А.И. А вы не задумывались в чем причина? Может быть зависть и гордость подталкивает на это, а отнюдь не благие намерения. Давайте рассуждать логически. Профессоров МДА назначает Синод во главе с Патриархом, то есть элита РПЦ. Сколько же надо иметь самомнения, чтобы пытаться найти ошибки и даже ересь там, где не замечают этого ни Патриарх, ни Священный Синод? Допустим, Осипов впал в ересь (по мнению одного из архимандритов), сколько времени понадобиться, чтобы эту ересь заметил не только известный нам архимандрит, выпустивший брошюрку якобы "разоблачающую", но и Патриарх, Синод... Так вот более семи лет прошло с тех пор как вышло "разоблачение", но Осипов все так же читает лекции в самом известном богословском заведение страны. О чем же это говорит? О глухоте, слепоте и бессилии Патриарха и Синода, или же все-таки о заблуждение и ошибке "гореразоблачателей". Более того, новый Патриарх Кирилл лично благословил показ лекций Осипова по одному из православных телеканалов!
Думаю надо трезво оценивать свои силы, чтобы не вызывать сожаления и изучать святоотеческий опыт, тогда не будет иллюзий, что молитва это мантра, которую можно тысячи раз повторять без внимания, покаяния и благоговения, а лучше записать на аудио диск и пусть себе тарабанит, а я пока займусь более важным делом...
Ответить

#
6.08.2009 в 18:10
Согласен со священником Михаилом, что богосоловие профессора А.И. Осипова как-то схоластично, лишено чувствительности " к реальному духовному и богословскому опыту Церкви". Поэтому он так неточен, иногда запутан в формулировках и мнениях, так что некоторые его умопостроения вообще приводят к осужденным ересям. Может быть это особенность формата изучения богсоловия в семинариях, что так выхолащивается вера, или профессор, как преподаватель, по статусу не может говорить: не знаю. Человеческому уму хочется все разложить "по полочкам", чтобы можно было удобно оттуда выбирать: Спрашиваете о точном понятии сути Христовой жертвы - пожалуйста... Спасутся ли инославные - тоже есть ответ ... и т д. Однако отрадно, что профессор проникся трудами такого столпа православия как св. Игнатий, труды которого обладают необыкновенной ясностью изложения (кстати может это и причина любви к его творениям "академических" богословов). Что касается "Рассказов", есть такие книги которые полезно читать только на определенном духовном уровне, мне кажется эта книга относится к таким. Просто не нужно есть твердую пищу тем, которые могут пить только молоко.
Ответить

#
26.05.2009 в 17:01
Воистину воскресе!
Уважаемый отец Михаил! Действительно, в Москве много хороших батюшек, но вот даже они не всегда могут наставить. Вот пример. Каюсь я как-то одному батюшке, которого нельзя не уважать за его глубокое личное благочестие, в грехе гнева. Разумеется, мой гнев - праведный. Батюшка начинает приводить какие-то доводы, оправдывающие те факты, которые вызвали мой гнев: мол, такакя ситуация, такоц человек, да и сам ты грешник и т.п. Все звучит как-то неубедительно, особенно в свете простого запрета Христа на гнев - по любому поводу. Батюшка, кстати, об этом не сказал. Дома я, в поиске лекарства против гнева, открыл книжку Георгия затворника Задонского и прочитал простые слова о любви и уклонении от мира (точно уже не помню). Т.е. гнев, жажда справедливого возмездия в данном случае - суть мир, от которого надо уклоняться и стремиться любить человека несмотря на то, что он мне гадости делает. Все это вкупе с благодатной силой, присущей словам Георгия, меня вразумило и вдохновило. Как вдохновляет меня и благочестие нашего батюшки, поучения которого я часто не слушаю, прдпочитая книги. Об этом, т.е. о том, что святость жизни еще не гарантирует способность учительствать, и говорит Алексей Ильич, которого Вы несправедливо критикуете.
Ответить

#
4.05.2009 в 00:19
Христос Воскресе!
Уважаемый Илья! Простите, что долго Вам не отвечал. Дело в том, что в предыдущих моих комментариях содержатся ответы на все Ваши вопросы: и в чем я вижу неправоту изречений А.И. Осипова, и о важности послушания, и как относиться к духовнику. Повторять их смысла на вижу. Единственно, что хочется добавить по поводу Ваших высказываний: если человек в духовной жизни двигается наощупь, как Вы пишете, т.е. не имеет духовного руководства, и при этом рассуждает об умно-сердечной молитве, то такой человек наверняка сам себя прельщает. Не зная таблицы умножения, обычно не приступают к высшей математике. Между тем, живя в Москве, особенно малоизвинительно "двигаться наощупь", ибо в Москве и ее окрестностях достаточно опытных духовников, имеющих дар рассуждения и могущих наставить в духовной жизни. Уверяю Вас, что если бы Вы всерьез желали найти кого-либо, то давно бы нашли - тогда бы, возможно, и вопросы Ваши сами собой разрешились.
Ответить

#
1.04.2009 в 13:49
Хочется понять причину возмущения по поводу высказываний Осипова и позицию "послушников". Но вот и по Вашему получается, что Алексей Ильич все-таки прав - слушаться надо далеко не всех. Акакий ведь в первую очередь слушался святых, а не своего старца.
Ответить

#
1.04.2009 в 08:47
Не очень понятны ни Ваш вопрос, ни Ваше возражение. Вы сами говорите, что без послушания старцам преп. Акакий не смог бы выдержать испытания.
Ответить

#
31.03.2009 в 13:04
Хотелось бы узнать у о. Михаила Капчиц, уверен ли он в том, что правильно понимает слова Лествичника о послушании и прикладывает их к сегодняшнему дню. Есть в монашеских книгах вещи безусловные к исполнению всякому христианину, т.е. здесь можно говорить о необходимости полного послушания, но есть в них и нечно неудобовразумительное, связанное, по всей видимости, исключительно с условиями монашеской жизни в 7 веке и с тем, что свт. Игнатий называл "таинством послушания" (могу ошибаться в словах, но смысл передаю точно). Все-таки Акакий из Лествицы - человек весьма духовно преуспевший, несмотря на то, что и новоначальный по мерками того времени. Очевидно, что он переносил свои искушения с духовным разумом, да еще имел поддрежку и укрепления у духовных старцев, в большей степени именно им оказывая послушание, оставаясь по их совету у своего жестокого старца. А если бы они не наставляли его, мог бы он получить пользу от послушания последнему?
Ответить

#
27.03.2009 в 11:18
Уважаемый Алексей Ильич очень уж любит святителя Игнатия. Могу его понять, сам некоторое время назад был под очарованием творений святителя. Помню, когда впервые почитал что-то его о молитве, было такое чувство, что прохладной водой в знойный день облился, и так спокойно стало на сердце, так легко… Творения святителя действительно как бы подводят к пониманию существа Православия и на них можно строить целую богословскую систему, что, кажется, и сделал Алексей Ильич. Почти во всех его замечательных лекциях проглядывают мысли свт. Игнатия
Но вот, как показывает жизнь, когда что-то «очень», то неизбежны какие-то перегибы. Это «очень» суживает перспективу. Да и ограниченность свойственна все людям, в т.ч. и свт. Игнатию, творения которого неизбежно несут отпечаток его личности, хотя и благодатной, но все же человеческой. К тому же А.И. иногда как-то слишком рационализирует, его рассуждения по временам как-то лишком теоретичны, оторваны от жизни (да простит мне уважаемый профессор такую дерзость). Это очень видно, например, в его критике архим. Софрония (Сахарова), с которой никак нельзя соглашаться. Или в начале этой статьи, когда А.И. говорит о долговременности труда приобретения молитвы. Свт. Феофан говорит, что все бывает разно. Кому-то сердечная молитва дается сразу, кому-то через год или после смерти. Наверное, все зависит от человека и Дароподателя. Но прав А.И. относительно духовников. Дар-то Церкви дан, но его еще надо раскрыть! Вот так и идем ощупью…
Но, как бы то ни было, наши ошибки – еще один повод к глубокой умно-сердечной Иисусовой молитве, что не может не радовать. Молитва – это все-таки основа, но и вершина, конечно.
Ответить

#
27.03.2009 в 09:59
Димитрию из Владивостока.
Уважаемый Димитрий! Когда фразу вырывают из контекста, то ей легко придать порой смысл, вовсе в ней не содержащийся. Такт и осторожность являются свойствами безстрастия, а не его определяющей характеристикой: из безстрастия, а, правильнее, из смирения и любви вытекает такт и осторожность в обращении с духовным чадом, а не наоборот. Поэтому непонятно откуда Вы делаете последующий вывод: "это и есть то дружеское общение,... т.е. совет друга, а не послушание старцу". Для совета друга можно пойти с другом на ужин или на рыбалку - вовсе не обязательно для этого идти в церковь.
Но то, что Вы меня грешного цитируете и превратно толкуете, - небольшая беда. Гораздо хуже то, как Вы упоенно вослед А.И. Осипову повторяете слова преподобного Иоанна Лествичника, не подозревая, по-видимому, что смысл их прямо противоположен Вашему. Он говорит об испытании старца "ПРЕЖДЕ вступления нашего на сей путь", т.е. прежде обращения к духовному руководству. Продолжение же того же самого параграфа у преподобного звучит так: "Но по вступлении на поприще благочестия и повиновения, уже отнюдь не должны мы испытывать или судить в чем-нибудь доброго нашего наставника и судью, хотя, может быть, в нем, как в человеке, и увидим некоторые малые согрешения. Если же не так, то, сделавшись сами судиями, не получим никакой пользы от повиновения". Так что "по истине хорошее сравнение у Иоанна Лествичника" - это точно, но смысл его вовсе не в том, что Вы и профессор А.И. Осипов пытаетесь нам навязать.
Хотя проблема пастырского руководства достаточно сложна, духовный смысл послушания удивительно прост: есть смирение - хочется слушаться, нет его - хочется судить.
Ответить

#
26.03.2009 в 11:25
Комментируя слова священника Михаил Капчиц: "Опытные духовники, сами имевшие или имеющие духовных наставников, очень осторожны и тактичны в обращении с душой другого человека и хорошо знают разницу между благословением и послушанием с одной стороны (могущими, кстати, иметь порой весьма строгий и категоричный характер) и грубым попранием естественной свободы человеческой души - с другой."

В том-то все и дело, уважаемый отец Михаил, что осторожность и тактичность в обращении с душой другого человека - качество конечно полезное но редкое, и самое гланое то, что оно, само по себе, не говорит о безстрастном рассмотрении человека. Это как раз и есть то дружеское отношение о котором говорится в статье. Т.е. совет друга, но никак не послушание старцу.
Иноческое же послушание - дисциплина, не имеющая никакого отношения к подобному "руководству". Зачастую такие духовники, не имея духовного дарования, и сами страдая от страстей, дают весьма не полезные советы своим пасомым, слепо испольнять которые - верная погибель. По истине хорошее сравнение у Иоанна Лествичника "чтобы не попасть нам вместо ... врача на больного ..."
Ответить

#
2.01.2009 в 06:06
Если пожилой человек говорит Вам , что еще в 17 лет у него был опыт творения Иисусовой молитвы , то каким образом его можно укорять в его отсутствии. Даже если сам этот человек говорит обратное, то это лишь показывает его смирение.
Ответить

#
1.01.2009 в 17:36
Stat'ja konechno vzveshennaja i poleznaja v tom smysle, chto sovetujet "ne uvlekat'sja". Odnako u menja vopros: est' li chto dobroje s Zapada? Vse li v zapadnom hristianstve tak ploho, i uzhe davno - s XIY veka?
Naprimer, v svoje vremja ja chital knigu Osipova "Put' razuma v poiske istiny". Tam kritika Schleiermachera, Kanta... Na fone lekzij, kotoryje ja slushal v etom semestre, eti ego razmyshlenija - primitiv.
Nikak ne hochu umaljat' zaslug Osipova, no sravnenije zapadnogo i vostochnogo hristianstva pomimo dihotomii "horosheje-plohoje" bylo by produktivnej.
Ответить

#
архим. доц. Павел Стефанов, Шуменский унив., Болгария, Болгария, Шумен
1.01.2009 в 14:45
"г-н Осипов как раз это и пишет о молитве, открыто признаваясь, что он не молитвенник". Вы его вообще не поняли. Профессор Духовной Академии не может не быть молитвенником; это оксиморон.
Ответить

#
1.01.2009 в 06:15
Уважаемый Алексей Ильич, при всей своей эрудированности, к сожалению, имеет обыкновение судить о многих вопросах весьма односторонне и поверхностно, при этом однако же выдавая свои взгляды за непреложную святоотеческую истину. Между тем святые отцы прежде всего говорили от своего личного духовного опыта, а учащих от рассказов других называли "торгующими чужим добром". Желательно, чтобы о молитве Иисусовой писали имеющие в делании ее серьезный опыт, чтобы о духовном руководстве писали и учили опытные духовники, а о послушании - имеющие опыт послушания.
Учение профессора Осипова о необязательности послушания и о том, что духовное руководство осталось лишь в далеком историческом прошлом, вступает в грубейшее противоречие и с Евангелием, и с учением святых отцов, и с реальным опытом Святой Православной Церкви. Слова "...учаще их блюсти вся, елика заповедах вам..." относятся как раз к духовному руководству паствы, вверенной тогдашним, нынешним и будущим пастырям Пастыреначальником Христом (см., например "Пастырское Богословие" за авторством приснопамятного о. Тихона Агрикова). Дар духовного водительства - это один из даров Духа, данный Церкви, и он не престанет в Ней до скончания века. Что же касается ссылок Алексея Ильича на свв. отцов, то это уж прямо пародийно звучит: как можно в поддержку своей теории непослушания приводить, например, преподобного Иоанна Лествичника, который везде пишет прежде всего о необходимости отречения от своей воли и послушания? Да и к чему тогда Св. Православная Церковь празднует память преп. Акакия, о котором повествуется в Лествице и которого слова по кончине были: "воистину невозможно умереть делателю послушания"?! И свт. Игнатий, и свт. Феофан, и другие, в примерах и изречениях, на которые ссылается А.И. Осипов, говорят о необходимой осмотрительности - но с этим никто и не будет спорить: если человеку требуется осмотрительность при выборе места работы или учебного заведения, то кольми паче - при выборе духовника, от которого будет зависить очень многое в его дальнейшей и духовной, и как следствие этого, в повседневной жизни. Но осмотрительность вовсе не означает ненужности. Формат интернетовской дискуссии не позволяет останавливаться подробно на этом очень сложном вопросе, но ведь существуют общепринятые критерии: непогрешимость в вопросах вероучения, чувство доверия, духовное сродство душ, общее свидетельство о высокой духовной жизни пастыря и т.д. Сказать же: боговдохновенных пастырей нет, позтому слушаться некого - это явное лукавство. Честнее было бы сказать: слушаться не хотим, а потому и пастырей духовных видеть не желаем и будем оправдывать свое непослушание историями о злоупотреблениях и "младостарчестве". Истории-то справедливые, только вот вывод делается прямо противоположный святоотеческому. В основе "младостарчества" как раз лежит не любовь к послушанию,а явное непослушание, ибо если бы сами эти "младостарцы" привыкли слушаться своих духовников, они бы навыкли смирению, а не превратились в полусектантских (или порой прямо сектантских) гуру. Опытные духовники, сами имевшие или имеющие духовных наставников, очень осторожны и тактичны в обращении с душой другого человека и хорошо знают разницу между благословением и послушанием с одной стороны (могущими, кстати, иметь порой весьма строгий и категоричный характер) и грубым попранием естественной свободы человеческой души - с другой.
Что касается разговоров о совете вместо послушания, то это звучит весьма странно: зачем спрашивать совета, если его можно не слушать? Я знал одну такую старушку, ныне уже почившую, которая любила всех знакомых спрашивать, а затем делать по-своему, и это у всех окружающих вызывало только улыбку; но то было в обычной жизни, а в Церкви это уже не очень смешно. "Несть им управления, падают яко листвие, спасение же в совете мнозе" - цитирует Священное Писание авва Дорофей, но совет он разумеет как необходимый для последующего выполнения, а не только для принятия к сведению.
Внимание и трезвение, конечно же, необходимы для молитвы, но нигде не сказано, что при отсутствии внимания молитва совершенно бесплодна. В житии преп. Амвросия Оптинского описано, как один монах писал старцу, что читает Псалтырь и ничего не понимает. Преподобный отвечал ему: "зато бесы отлично понимают и бегут". Тот же преп. Амвросий рассказывал об одном скворце, который, находясь в келье у монаха, слышал Иисусову молитву и, как-то раз выпорхнув из кельи, подвергся нападению коршуна. С испуга скворец произнес Иисусову молитву, а коршун от неожиданности отпрянул, что дало возможность скворцу улететь. "Видите, - говорил преподобный, - даже бессловесная тварь получает пользу от молитвы!" (этот эпизод из книги Концевича я привел по памяти, так что в пересказе возможны неточности). Св. прав. Алексий Московский также говорил: "непарительно [нерассеянно] молятся только Ангелы". Каждый из нас знает: когда читаешь правило или богослужебный текст на клиросе, то мысли поначалу очень часто рассеяны, а в ходе чтения иногда собираются. Назвать ли это мантризмом или магизмом? Нет, я полагаю, речь идет о труде, о некоем духовном процессе, который происходит во время чтения молитвы и который возводит молящегося к высоте богообщения, при условии , как справедливо пишет Алексей Ильич, покаянного и смиренного состояния самого молящегося.
Вообще же, признаться, мне весьма удивительно то, что А.И. Осипов, будучи в Церкви столько лет и имея общение со многими подвижниками благочестия, с таким нечувствием относится к реальному духовному и богословскому опыту Церкви: и младенцев крестить, по его мнению, необязательно, и термин "пресуществление" ему кажется ничего не объясняющим, и духовное руководство устарело, и старцы афонские молятся неправильно. Один вывод из его многолетнего опыта следует лишь, что пастыри у нас не те и все мы вообще делаем не то. Такие зажигательные речи действуют иногда на новоначальных и студентов (и могут тем самым причинить немалый вред), но люди с духовным опытом, как правило, разбираются. Вместе с грязным бельем младенца выплескивать не стоит!
А ведь профессорство - еще не основание для непогрешимости в вопросах веры. Трудно, да и бесполезно, как правило, пытаться учить пожилого человека, но, мне кажется, если бы сам Алексей Ильич больше помнил о смирении и о том, что человек церковный прежде всего преклоняется и благоговейно приемлет то, что принято в Церкви, это пошло бы на пользу и его душе, и его многочисленным слушателям.
Ответить

#
31.12.2008 в 13:57
Уважаемый о. архимандрит,

Так в чем же проблема? Вы пишете:"Чтобы иметь право говорить или писать на теме молитвы надо быть молитвенником". Абсолютно с Вами согласен. Но ведь г-н Осипов как раз это и пишет о молитве, открыто признаваясь, что он не молитвенник. Не лучше ли в таком случае адресовать подобное замечание к нему?
Ответить

#
31.12.2008 в 11:40
Да, "умная молитва" как "техника аскезы" или (прости, Господи!) "искусство святости" трудно связывается с сопереживанием, состраданием, любовью к ближнему .. Во всяком случае, в практической жизни "участливый мусульманин" или "сострадательный католик" - более приятный спутник, чем самососредоточенный и бесстрастный творец умной молитвы. Но Осипов, кажется, больше предупреждает об опасностях и искушениях, связанных с этим "деланием", что может быть и небесполезно...
Ответить

#
30.12.2008 в 21:21
Уважаемый г. Дмитриев,

Чтобы иметь право говорить или писать на теме молитвы надо быть молитвенником; в противном случае Ваше поведение неправильно и недостойно. Православная глубинная психология особенно авторов Газской школы как авва Дорофей, Варсануфий и Иоанн и др. никогда не была достигнута никакой наукой. В том отношении св. Игнатий Брянчанинов тоже великолепный пастыр.
Ответить

#
30.12.2008 в 17:06
Что это, pardon, за "уровни духовности в молитве"? А настойчивая возня с физиологией? Это прямо фрейдизм. И кажется нет уже разницы между отвержением и приятием физических ощущений - между св Игнатием и этой самой Терезой. Кажется, не совсем был неправ проф. Торчинов, наш известный востоковед, что техника повторяющихся молитв приводит к саморазрушению - порою Иисусова молитва становится мантрой... А какое самокопание! Нет, не к Христу обращена молитва, но в себя и на себя. Неужели кровоточивая или блудница искали у себя точки под левой грудью, когда обращались к Господу нашему? И Народ Божий как бы делится на тех, кто "ищет духовной жизни", и тех, кто ее, родимую, не ищет. Да и само академическое исследование "духовности" и небывалых "молитвенных техник", кажется, не вписывается ни в антропологию, ни в сотериологию...
Ответить

Написать комментарий

Правила о комментариях

Все комментарии премодерируются. Не допускаются комментарии бессодержательные, оскорбительного тона, не имеющие своей целью плодотворное развитие дискуссии. Обьём комментария не должен превышать 2000 знаков. Републикация материалов в комментариях не допускается.

Просим читателей обратить внимание на то, что редакция, будучи ограничена по составу, не имеет возможности сканировать и рассылать статьи, библиограммы которых размещены в росписи статей. Более того, большинство этих статей защищены авторским правом. На просьбу выслать ту или иную статью редакция отвечать не будет.

Вместе с тем мы готовы рассмотреть вопрос о взаимном сотрудничестве, если таковые предложения поступят.

Прим.: Адрес электронной почты опубликован не будет и будет виден лишь модераторам.

 *
Введите текст, написанный на картинке:
captcha
Загрузить другую картинку

добавить на Яндекс добавить на Яндекс