На ксилографии мастера Илии в 1-м издании Киево-Печерского патерика (Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661) Е. представлен в рост на фоне холмистого пейзажа с Успенским собором Киево-Печерской лавры на заднем плане. Вверху на облаках изображена Пресв. Богородица с предстоящими преподобными Антонием и Феодосием Киево-Печерскими; Е. молитвенно простирает руки к Богоматери, обращенной к нему. Диавол, искушающий преподобного, стоит за его спиной. Внизу вырезаны вирши: «Еразмъ украшей црковь невозмоглъ оумрѣти: дондеже прiятъ время душу оукрасити» (Ровинский. Народные картинки. Кн. 3. С. 630-631).

Рака с мощами прп. Еразма в Ближних Киево-Печерской лавры. Фотография. 2006 г.

Рака с мощами прп. Еразма в Ближних Киево-Печерской лавры. Фотография. 2006 г.

На гравюре Леонтия Тарасевича, выполненной для издания Патерика 1702 г., Е. изображен сидящим в печали за столом. Перед ним - преподобные Антоний и Феодосий, к Е. обращается Богородица, представленная справа среди облаков. В левой части композиции изображен диавол, трогающий преподобного за плечо, вдали - Успенский собор. Композицию Тарасевича повторяет написанная на металле икона 40-х гг. XIX в. из собрания НКПИКЗ (работа иером. Иринарха с учениками из мастерской Киево-Печерской лавры?). По-видимому, образ находился ранее над ракой с мощами Е. в Ближних пещерах. В наст. время возле раки помещена икона, написанная в нач. XXI в. Это погрудное изображение преподобного в мантии и клобуке, с молитвенно сложенными на груди руками с четками, вверху справа - Богоматерь с преподобными Антонием и Феодосием, слева за плечом святого - диавол.

Иконописные подлинники XVIII-XIX вв. под 24 февр. предписывают изображать Е. т. о.: «Подобием сед, брада аки Николина, попростее или покороче Сергиевой и поуже, ризы преподобническия, на главе схима, в руках четки, то есть лестовка» (Филимонов. Иконописный подлинник. С. 279; кр. вариант - ИРЛИ (ПД). Перетц. № 524. Л. 126 об., 30-е гг. XIX в.; Большаков. Подлинник иконописный. С. 75). Встречается описание внешнего облика Е. в клобуке, без схимы, «руце простерты» (РНБ. Погод. № 1931. Л. 115 об., 20-е гг. XIX в.). Др. вариант отражает иконографию Е. в составе Собора Киево-Печерских святых: «Рус, брада Козмина, на главе клабук черн, риза преподобническая дичь, испод празелень, правая рука молебна, левою взял за край ризы левой страны» (БАН. Строг. № 66. Л. 313 об., «правая страна», 42-й, кон. XVIII в.). В руководстве для иконописцев 1910 г. Е. «типом русский, стар, сед, с небольшою продолговатою бородой; одежды монашеския, на голове куколь. Ему можно писать хартию с надписью: Пойму тя чиста к себе, возлюбившаго благолепие дому Моего» (Фартусов. Руководство к писанию икон. С. 192).

Сохранилась икона XIX в. с ростовыми изображениями Е. и вмч. Георгия Победоносца (НКПИКЗ). Преподобный в клобуке, коричневой рясе и мантии, левая рука с четками прижата к груди, в правой руке книга. Большая композиция явления болящему Е. Божией Матери с Младенцем (в окружении ангельских сил и монахов) и преподобных Антония и Феодосия встречается в росписи братской трапезной Оптиной пуст. (кон. 50-х - нач. 70-х гг. XIX в., худож. В. П. Петров). В стенописи галереи рус. святых в Почаевской Успенской лавре он включен в группу подвижников XII в. (живопись в академическом стиле кон. 60-х - 70-х гг. XIX в. работы иеродиаконов Паисия и Анатолия, поновлена в 70-х гг. XX в.). В росписи 70-х гг. XIX в. интерьера храма Христа Спасителя образ Е. находился в юго-зап. части возле композиции «Крещение киевлян равноап. вел. кн. Владимиром» (худож. Д. Н. Мартынов, см.: Мостовский М. С. Храм Христа Спасителя / [Сост. заключ. ч.: Б. Споров]. М., 1996п. С. 85).

На киевской гравюре «Родословное древо Киево-Печерского монастыря» 1643-1676 гг. работы мастера Акима (монограмма «АК») (ДМКДУ), на иконе близкой иконографии «Древо Киево-Печерских святых» 60-х гг. XVII в. из ц. Печерской иконы Божией Матери в Угличе (УИХМ) погрудное изображение Е. в клобуке помещено в одном из цветков «древа» в правой части композиции. На Печерской иконе Божией Матери со святыми из Киево-Печерского патерика 1724 г. письма игум. Корнилия (Уланова) из Ризоположенского мон-ря в Суздале (ГВСМЗ) Е. показан в правой части 1-м в верхнем ряду в молении образу Коронования Пресв. Богородицы в облачном сегменте, у него небольшая округлая борода с проседью, волосы короткие, вьющиеся, лоб с залысинами, клобук на плечах, в надписи назван: «прп(д) Геразмъ».

На иконах «Собор Киево-Печерских чудотворцев» Е. изображен в левой группе преподобных Ближних пещер, за спиной прп. Антония. Оплечный или оглавный образ Е. в клобуке, с седой бородой средней величины помещен, как правило, вполоборота к центру в одном из верхних или в самом верхнем ряду (часто 3-м слева), напр. на раскрашенной гравюре 1-й четв. XIX в. (РГБ), на большой эмалевой иконе 3-й четв. XIX в. (Нововалаамский мон-рь в Финляндии), на тонолитографии 1893 г. (ГЛМ) и на аналогичной хромолитографии 1894 г. из мастерской Киево-Печерской лавры (РГБ). На иконе 1-й пол. XIX в. предположительно из мастерской Киево-Печерской лавры (ЦМиАР), на раскрашенной гравюре 1-й трети XIX в. (ГЛМ) святой, находящийся в верхнем ряду 3-м слева, ошибочно назван Герасимом. Е. представлен в правой группе Киево-Печерских чудотворцев на иконе 2-й пол. XIX в. (частное собрание, см.: «И по плодам узнается древо»: Рус. иконопись XV-XX вв. из собр. В. А. Бондаренко: Альбом-кат. М., 2003. С. 497-504. Кат. [57]) - в 8-м ряду 2-м слева, на раскрашенной литографии из мастерской А. Абрамова 1883 г. (ГРМ, см.: Рус. мон-ри: Искусство и традиции / ГРМ. СПб., 1997. С. 169) - в 3-м ряду крайним справа.

В иконографии «Все святые, в земле Русской просиявшие», разработанной под рук. свт. Афанасия (Сахарова) иконописцем мон. Иулианией (Соколовой),- иконы 1934 г., нач. 50-х гг., кон. 50-х гг. XX в. (ризница ТСЛ, СДМ) - образ Е. включен в группу чудотворцев Ближних пещер в нижней части композиции.

Согласно блж. Иерониму Стридонскому, Е. род. в г. Сида Памфилийская (на юге М. Азии) (Hieron. De vir. illustr. 85). О его жизни до Вселенского I Собора практически ничего не известно. Древние писатели (свт. Афанасий I Великий, Евстратий К-польский, прп. Иоанн Дамаскин) называют Е. исповедником. Свт. Афанасий употребляет это наименование по отношению к Е. до его участия в арианских спорах (Athanas. Alex. Hist. arian. 4). Из этого следует, что Е. пострадал еще в эпоху гонений, при имп. Диоклетиане или имп. Лицинии (Sellers. 1928. P. 24. Not. 2; Spanneut. 1967. Col. 13).

Свт. Евстафий, еп. Антиохийский. Миниатюра из Минология. Нач. XI в. (ГИМ. Син. греч. № 183. Л. 103r)

Свт. Евстафий, еп. Антиохийский. Миниатюра из Минология. Нач. XI в. (ГИМ. Син. греч. № 183. Л. 103r)

До перемещения на Антиохийскую кафедру (324 или нач. 325) Е. управлял Церковью сир. г. Бероя (Веррия, ныне Халеб) (Hieron. De vir. illustr. 85). По смерти свт. Филогония (ок. 324) Е. был поставлен епископом Антиохийским. О времени поставления Е. свидетельства древних историков неск. расходятся: по сведениям Феодорита, еп. Кирского, это произошло еще до I Вселенского Собора против воли Е.: «Архиереи, священники и весь христолюбивый народ вместо него (т. е. свт. Филогония.- М. Н.) поставили этого мужа против его воли и повелели ему пасти Церковь» (Theodoret. Hist. eccl. I 7); Созомен, прп. Феофан Исповедник рассматривают поставление Е. как дело отцов Собора (Sozom. Hist. eccl. I 2; Theoph. Chron. P. 23). Возможно, Собор утвердил уже состоявшееся избрание Е. на антиарианском Антиохийском Соборе 324 или 325 г. В деле перемещения Е. на Антиохийскую кафедру мог принимать участие свт. Осий Кордубский (Sellers. 1928. P. 24. Not. 3), к-рый, будучи (предположительно) почетным председателем этого Собора, стремился утвердить влияние Е. в противостоянии арианству.

В качестве епископа Антиохийского Е. вскоре сделался ведущим оппонентом ариан (Ibid. P. 60-120; Burgess. 2000. P. 151). Свт. Иоанн Златоуст в Похвальном слове Е. рассказывает о том, как Е. укреплял свою паству в Православии, воодушевлял пастырей на предстоящую борьбу, «возбуждая их к вниманию и бодрствованию». При этом Е. не ограничивался пределами Антиохии, но повсюду рассылал людей с целью предохранить верующих от арианства.

Летом 325 г. Е. был вызван в Никею, где принял участие в I Вселенском Соборе. Ряд свидетельств, относящихся преимущественно к V в., указывают не только на участие Е. в I Вселенском Соборе, но и на его председательство на этом Соборе, а также усваивают ему Приветственное слово имп. св. Константину I Великому. Феодорит Кирский упоминает «великого Евстафия, председательствующего» на Соборе (Theodoret. Ep. 151 // PG. 83. Col. 1440), и говорит, что Е. «первый увенчал главу царя цветами похвал и возблагодарил неусыпное попечение его о предметах божественных» (Idem. Hist. eccl. I 6). Вместе с тем, согласно Созомену, лицом, приветствовавшим имп. св. Константина, был Евсевий Кесарийский (Sozom. Hist. eccl. I 19), что подтверждается и автором заглавий к «Жизни Константина». Помимо Феодорита о председательстве Е. на Соборе упоминают свт. Иоанн I Антиохийский (ap. Facund. Pro def. Cap. VIII 1 // PL. 67. Col. 711), еп. Факунд Гермианский (Ibid. XI 1 // Ibid. Col. 795); те же сведения содержатся в письме к имп. Зинону, приписываемому папе Феликсу III (PL. 58. Col. 919). Вопрос о председательствующем на Никейском Соборе не решен однозначно из-за отсутствия соборных документов. В числе возможных председателей могли быть епископы Александр Александрийский, Макарий I Иерусалимский, Осий Кордубский.

В толковании на Притч 8. 22 Е. приводит краткий рассказ о Соборе, воспроизведенный Феодоритом (Theodoret. Hist. eccl. I 8). Он имеет особое значение ввиду отсутствия актов Собора как свидетельство непосредственного участника. Число присутствовавших на Соборе Е. определяет не в 318, а приблизительно в 270 чел. (Ibid. I 7). Он сообщает, что Евсевий Никомидийский прочитал свое исповедание веры, к-рое вызвало возмущение отцов. После того как текст исповедания был публично разорван на заседании Собора, сторонники Евсевия подписали Никейский Символ.

По прошествии некоторого времени после Никейского Собора начали появляться признаки антиникейской реакции, 1-й жертвой к-рой стал Е. В предисловии к толкованию на Притч 8. 22 Е. выступил с резкой критикой отвергающих единосущие. Вскоре лит. полемика перешла в реальный конфликт: по сообщению свт. Афанасия, Е. не принял в клир Леонтия (впосл. епископ Антиохийский), Феодосия Триполийского, Евдоксия (впосл. епископ К-польский), Евстафия Севастийского, Георгия Лаодикийского и Стефана (впосл. Стефан I, еп. Антиохийский) (Athanas. Alex. Hist. arian. 4) и обвинил тех епископов, к-рые, не отказываясь полностью от никейского вероопределения, искажали его смысл, толкуя его в соответствии со своими взглядами. Через некоторое время Е. обвинил Евсевия Кесарийского в искажении никейской веры, последний в свою очередь обвинил Е. в савеллианстве (Sozom. Hist. eccl. II 18). На Антиохийском Соборе (между 327 и 330) состоялось осуждение Е. Под предлогом посещения базилик, строившихся в Палестине имп. св. Константином, Евсевий Никомидийский и Феогний Никейский с согласия императора отправились в Св. землю. Там они встретились со своими единомышленниками и из Палестины прибыли в Антиохию. Т. о., в Антиохии впервые собрались ведущие представители антиникейской реакции: Евсевий Никомидийский, Феогний Никейский, Патрофил Скифопольский и Павлин Тирский. Главным обвинителем Е. на Соборе выступил его преемник на Веррийской кафедре еп. Кир.

По мнению большинства древнецерковных писателей, истинной причиной суда над Е. была его мужественная защита никейской веры. Однако мотивация соборного обвинения излагалась по-разному. Блж. Иероним, Феодорит и Созомен утверждают, что Е. обвинили в безнравственном поступке (Hieron. Adv. Rufin. 42; Theodoret. Hist. eccl. I 21; Sozom. Hist. eccl. II 7). По др. версии, обвинение было направлено против его учения: в Похвальном слове Евсевию Эмесскому Георгий Лаодикийский пишет, что Е. был обвинен еп. Киром Веррийским в савеллианстве, хотя и сам еп. Кир, уличенный в том же самом, был низложен Собором (Socr. Schol. Hist. eccl. I 24). Поскольку невозможно, чтобы Кир, следуя учению Савеллия, стал обвинять в савеллианстве Е., Сократ Схоластик решил, что обвинение против Е. заключалось в чем-то другом (Ibidem). Свт. Афанасий Великий утверждает, что главной причиной, по к-рой Е. был сослан имп. св. Константином, была клевета, будто бы Е. непочтительно отзывался о его матери (Athanas. Alex. Hist. arian. 4).

В связи с низложением Е. антиохийцы разделились на 2 партии: одни требовали восстановить Е., другие старались перевести в Антиохию Евсевия Кесарийского. Возмущение было столь сильным, что едва не дошло до кровопролития. Для наведения порядка в Антиохию вступил отряд войск. Одновременно император писал послания к антиохийскому народу «о единодушии и о том, что не должно избирать епископа, управляющего другими; ибо не хорошо желать чужого» (Sozom. Hist. eccl. II 19). В свою очередь Евсевий Кесарийский в послании к императору отказался от предлагаемой ему кафедры, чем также способствовал приостановлению мятежа. По замечанию Созомена, создавшееся положение очень повредило репутации Е. в глазах императора, «ибо Константин весьма разгневался и подозревал, что виновником возмущения был он» (Ibidem). Согласно имп. декрету, Е. отправился в ссылку вместе со мн. пресвитерами и диаконами, предварительно дав всем завет «не отлучаться, не уступать волкам (т. е. арианам.- М. Н.) и не предавать им паствы, но оставаться внутри, заграждая им уста и обличая их, а простейших из братьев утверждая» (Ioan. Chrysost. In S. Eust. 4).

О месте ссылки Е. существуют разные свидетельства: нек-рые источники указывают на Фракию (Ibid. 2), другие - на Иллирик (Theodoret. Hist. eccl. I 21). Блж. Иероним называет г. Траянополь во Фракии (Hieron. De vir. illustr. 85). Никита Хониат говорит о Филиппах в Македонии (Nicet. Chon. Thesaur. V 9 // PG. 139. Col. 1370). Из этого места, согласно Феодору Чтецу, его мощи были торжественно доставлены в Антиохию (Theod. Lect. Eccl. hist. // PG. 86a. Col. 184; ср.: Theoph. Chron. P. 133).

Год смерти Е. неизвестен. Исследователи предлагают разные гипотезы: одни относят кончину Е. к более позднему времени: до 356-360 гг. и даже до 370 г. (М. Треппнер), другие ограничивают время смерти Е. 337 г. (С. Тиймон, Г. Воссиус, Ф. Каваллера, Г. Кин, Н. П. Кудрявцев, М. Спаннё). Аргументы, приводимые в подтверждение поздней кончины Е.: сочинение Е. против Фотина Смирнского не могло быть составлено ранее 343 г.; свт. Афанасий Великий, перечисляя епископов, подвергшихся изгнанию одновременно с Е., в сочинении, составленном приблизительно в 357 г., не указывает на смерть Е., хотя упоминает Евтропия и его последователя Лукия как умерших (Athanas. Alex. Apol. de fuga sua. 3; ср.: Theodoret. Hist. eccl. II 12); Феодорит уточняет, что Е. умер (τετελευτηκότος) до избрания свт. Мелетия (кон. 360), показывая, что интервал между этими событиями был незначительный (Theodoret. Hist. eccl. III 2); Сократ Схоластик сообщает, что свт. Евагрий по смерти еп. Евдоксия (370/1) был рукоположен во епископа К-польского Е., к-рый «когда-то был епископом Антиохийским и, вызванный из ссылки Иовианом, в это самое время находился в Константинополе с целью укреплять исповедников единосущия и проживал здесь тайно» (Socr. Schol. Hist. eccl. IV 14; ср.: Sozom. Hist. eccl. VI 13); прп. Феофан, приводя те же факты, говорит о 2-м изгнании Е., инициированном имп. Валентом, в Визию (Theoph. Chron. P. 58). Однако свидетельства о том, что Е. еще жил в 370 г., не согласуются с указанием Феодорита, сближающего кончину Е. и избрание свт. Мелетия. Молчание свт. Афанасия могло быть случайным, а подлинность сочинения против Фотина (fragm. 142-143, здесь и далее нумерация фрагментов сочинений Е. приводится по изданию Х. Деклерка) считается сомнительной (Spanneut. 1967. Col. 18).

Более вероятной представляется смерть Е. неск. лет спустя после изгнания, поскольку его не было среди правосл. епископов-никейцев, вернувшихся из ссылки в соответствии с декретом имп. Констанция 337 г. В «Истории ариан» свт. Афанасий упоминает о Е. как о «некоем Евстафии» (Athanas. Alex. Hist. arian. 4). После 330 г. имя Е. не указано ни в одном соборном списке; антиарианский Сардикийский Собор 343 г. также не упоминает о нем.

Несмотря на то что Е. умер своей смертью, свт. Иоанн Златоуст именует его «мучеником», т. к. «мучеником делает не одна только смерть, но и душевное расположение. Не за конец дела, но и за намерение часто сплетается венец мученичества» (Ioan. Chrysost. In S. Eust. 2).

Из обширного корпуса сочинений Е. уцелела лишь малая часть, преимущественно во фрагментах. Научное издание полного собрания сохранившихся творений Е. было осуществлено в 2002 г. Деклерком в серии «Corpus Christianorum» (издание оснащено фундаментальным текстологическим исследованием).

Свидетельства древних авторов

«О чревовещательнице» (Диагностик)

Единственное произведение Е., дошедшее в полном виде,- «Κατὰ ᾿Ωριϒένους διαϒνωστικὸς εἰς τὸ τῆς ἐϒϒαστριμύθου θεώρημα» (De engastrimytho contra Origenem, Рассудительное слово (Диагностик) против Оригена на умозрение о чревовещательнице; CPG, N 3350) - представляет собой полемический трактат, написанный по поводу толкования Оригеном ветхозаветного эпизода о вопрошании Саулом аэндорской волшебницы (1 Цар 28. 3-25; см. ст. Аэндор). Трактат был составлен Е. во время епископского служения в Берое и посвящен Евтропию, еп. (или буд. епископу) Адрианополя, впосл. сменившему Е. в его борьбе с арианством и, так же как и он, пострадавшему (Athanas. Alex. Apol. de fuga sua. 3; Idem. Hist. arian. 5). Е. называет его «превосходнейшим священноглашатаем православия» (Eust. Antioch. De engastr. 1).

Свт. Евстафий, еп. Антиохийский. Миниатюра из греко-груз. руокписи. XV в. (РНБ. О.I. 58. Л. 116 об.)

Свт. Евстафий, еп. Антиохийский. Миниатюра из греко-груз. руокписи. XV в. (РНБ. О.I. 58. Л. 116 об.)

1. Содержание. Не удовлетворенный оригеновским толкованием эпизода с аэндорской волшебницей, Евтропий захотел узнать мнение Е. по этому вопросу. Согласно Оригену, волшебница действительно вызывала душу прор. Самуила и Самуил пророчествовал Саулу. Е. вопреки Оригену доказывает, что волшебница не могла вызвать и не вызывала душу Самуила, что Саулу казалось только то, что делала чревовещательница, сам же Саул ничего не видел. Полемический характер трактата подчеркивает особенности антиохийского направления в экзегетике, к к-рому принадлежал Е. (он был первым, кто четко выразил эти особенности Антиохийской школы - см. ст. Богословские школы древней Церкви). Е. решительно восстает против чрезмерной аллегоризации Свящ. Писания.

2. Рукописная традиция. В подавляющем большинстве рукописей «Диагностик» сохранился в составе 2 сочинений, написанных на ту же тему («трикнижие»): гомилии Оригена на 1 Цар 28 (CPG, N 1423(2)) и послания свт. Григория Нисского к еп. Феодосию (CPG, N 3146). Рукописная традиция трактата представлена древней рукописью (Monac. gr. 331, X в.), а также 12 более поздними (codices recentiores, XVI - нач. XVII в.), восходящими, по всей вероятности, к Monac. gr. 331 (подробное описание всех рукописей см.: Declerck. 2002. P. XXVIII-XLII). Соотношения между поздними рукописями были выявлены Х. Хёрнер при подготовке к публикации послания свт. Григория Нисского к еп. Феодосию (GNO. T. 3. Pt. 2. P. CL-CLXIII; Declerck. 2002. P. XLII-XLIV).

Фрагмент «Диагностика» (De engastr. 992-1012) представлен в сб. «Священные параллели» (Sacra Parallela; нач. VIII в., в единственной ркп. Coislin. 276), содержащем также мн. фрагменты утраченных сочинений Е. Краткая цитата из трактата (De engastr. 190-195, без упом. имени Е.) в «Хронике» Георгия Амартола (Georg. Mon. Chron. P. 170. 11-13) была обнаружена К. де Боором.

После Е. мн. авторы писали сочинения на тему о чревовещательнице. Так, Диодор Тарсийский придерживался толкования, противоположного толкованию Е. (см.: Simonetti. 1989. P. 33-34, 268); свт. Григорий Нисский повторяет тезис Е. о том, что волшебница, утверждавшая, будто видит Самуила, на самом деле видела демона, принявшего вид Самуила. Однако ни тот ни др. экзегет не упоминает Е. Относительно того, был ли знаком свт. Григорий с сочинением Е., нет однозначного мнения. П. Мараваль не исключает a priori, что свт. Григорий мог использовать сочинения др. авторов, писавших на эту тему, но не считает, что он употребляет те же самые аргументы (Maraval P. Le «De Piythonissa» // Lectures anciennes de la Bible. Strasbourg, 1987. P. 291. Not. 6). Напротив, М. Симонетти приводит доводы в пользу того, что свт. Григорий изучил аргументацию Е. (Simonetti. 1989. P. 270). С общиной евстафиан свт. Григорий, как полагает Деклерк, мог познакомиться во время Антиохийского Собора 379 г., созванного Мелетием, еп. Антиохийским, для установления общения с партией Павлина; тогда же евстафиане могли познакомить свт. Григория с творениями Е. Феодорит Кирский, изучив позиции Оригена и Е., изложил их без упоминания имен авторов (Theodoret. In Reg. 63), хотя в христологических творениях он обильно цитирует Е.

3. Издания. Первую публикацию греч. текста трактата с лат. переводом осуществил Л. Алляций (1629; предположительно по ркп. Vat. gr. 1073 - см.: Declerck. 2002. P. LXI) в составе «Толкования на Шестоднев» (приписываемого Е.), Похвального слова Е. свт. Иоанна Златоуста (BHG, 644; CPG, N 4352) и серии древних свидетельств о жизни и трудах Е. Текст и перевод Алляция были перепечатаны с некоторыми уточнениями в 8-м т. «Critici Sacri» (Tractatum Biblicorum volumen prius: Sive Criticorum sacrorum. Londini, 1660. Col. 419-458). В издании А. Галланди трактат был впервые разделен на 30 глав (Bibliotheca veterum patrum / Cura et studio A. Gallandius. Venetiis, 1768. T. 4. P. 548-572). Издание Галланди было воспроизведено в 18-м т. «Патрологии» Ж. П. Миня (с рядом новых уточнений). Все эти издания публиковали текст трактата по рукописи, использованной Алляцием.

В 1836 г. А. Ян приступил к изучению рукописи Monac. gr. 331, единственного древнего свидетельства «трикнижия», однако издать текст трактата Е. по этой рукописи ему удалось только в 1886 г. При издании было сохранено деление на главы, осуществленное Галланди (с небольшим изменением в начале 27-й гл.), а также составлен критический аппарат, в к-ром были указаны разночтения с предшествующими публикациями. Издание Э. Клостерманна (1912), произведшего новую колляцию мюнхенской рукописи, существенно улучшило издание Яна и пробудило интерес филологов к творению Е., к-рые предлагали новые конъектуры (Л. Радермахер (1920-1924), А. Бринкманн (1925), Э. Шварц (1925)). В 1932 г. филолог В. Брокмайер подняла тему о языке и стиле Е. Взяв за основу издание Клостерманна, в нек-рых случаях она предпочитала конъектуры Бринкманна и Г. Шёне или предлагала свои варианты. В 1953 г. Ф. Шайдвайлер опубликовал результаты изучения случаев хиазма в трактате Е. Он обнаружил некоторые грамматические и лексические особенности и предложил несколько корректур. В 1989 г. Симонетти переиздал «трикнижие» по изданию Клостерманна с корректурами Яна, Радермахера, Бринкманна, Шайдвайлера, снабдив его вступительной статьей, итал. переводом и примечаниями. Последнее критическое издание трактата вышло в 2002 г. под редакцией Деклерка.

Фрагменты

Приписываемые

Триадология и христология

Экзегетика

Память Е. отмечается в Типиконе Великой ц. IX-XI вв. под 21 февр. и 23 авг. без богослужебного последования (Mateos. Typicon. T. 1. P. 236, 380). В Студийско-Алексиевском Типиконе 1034 г. Е. упоминается 5 июля; служба подробно не описана (Пентковский. Типикон. С. 352). Последование Е. в этот день содержится в греч. и слав. Минеях студийской традиции (см., напр., греч. Минею еп. Порфирия (Успенского), XII в.- Сергий (Спасский). Месяцеслов. Т. 1. С. 488; слав.- ГИМ. Син. № 167, XII в.- Горский, Невоструев. Описание. Отд. 3. Ч. 2. С. 66) и включает минимальный набор песнопений: канон, цикл стихир и седален. Мессинский Типикон 1131 г. отмечает память Е. 5 июня вместе с памятью прп. Илариона Нового с кратким указанием: «Аллилуия» (Arranz. Typicon. P. 156).

В ранних редакциях Иерусалимского устава память Е. отмечается 21 февр. (Дмитриевский. Описание. Т. 3. С. 40) или 6 июня (Lossky. Typicon. P. 217), однако богослужебное последование не описывается, а приводится только краткое указание: «Аллилуия». В первопечатном греч. Типиконе 1545 г. под 21 февр. есть память Е., но описывается только последование прп. Тимофея с тропарем ῾Ο Θεὸς τῶν πατέρων ἡμῶν̇ ( ). В греч. памятниках более позднего времени последование Е. помещается далеко не всегда. Так, напр., оно есть в Минее, изданной в К-поле в 1843 г., но отсутствует в др. изданиях Миней XIX-XX вв.

В ранних слав. Минеях иерусалимской традиции, испытавших непосредственное влияние Студийского устава, последование Е. также может отсутствовать (напр., в Минее 2-й четв. XV в.- РГБ. Троиц. № 523), но в более поздних памятниках последование Е. 21 февр. обязательно присутствует. В слав. Типиконах устав службы 21 февр. излагается лаконично, без описания элементов последования Е., до XVII в. В московских изданиях 1610 и 1641 гг., как и в Минеях XV-XVII вв., служба Е. включает только канон, стихиры и седален; такой же устав службы сохраняется в слав. богослужебных книгах до наст. времени.

Последование Е., содержащееся в совр. рус. богослужебных книгах, включает канон, цикл стихир-подобнов, седален. По греч. рукописям известен оригинал канона Е., помещенного в совр. рус. Минее, «тяжкого» (т. е. 7-го) гласа, без акростиха, ирмос: Τῷ συνερϒήσαντι Θεῷ̇ ( ), нач.: Τὴν τῶν πατέρων κορυφὴν ( ) (AHG. T. 6. P. 334-343).

Е. изображается седовласым старцем, с небольшими залысинами на лбу, с клиновидной бородой средней длины. Святитель облачен в фелонь (как правило, в крещатую), омофор, в руках Евангелие; с нач. XVII в. встречаются его изображения в саккосе и митре.

Е. изображается в числе участников I Вселенского Собора. В греч. иконописном подлиннике нач. XVIII в.- «Ерминии» Дионисия Фурноаграфиота - он назван 2-м, после св. Александра, патриарха Александрийского, стоящим близ престола имп. равноап. Константина Великого (Ерминия ДФ. 1868. С. 178). Образ святого различим в этой композиции в росписи 2-й пол. XIII-XIV в. нартекса ряда балканских храмов. В рус. памятниках изображение Вселенского Собора встречается как в монументальной живописи нач. XVI - кон. XVII в. (примеры см. в ст. Вселенский Собор, разд. «Иконография»), так и в иконописи (напр., икона ок. 1666 г. «Вселенский Собор», ГТГ. Инв. 14413).

Единоличные изображения святого включены в минейные циклы рукописей, икон, в росписи храмов, где помещаются под 21 февр. или под 5 июня (возможны отклонения в 1 день): ГИМ. Син. греч. № 183. Л. 103r. К-поль, нач. XI в.- под 22 февр.; в греко-груз. рукописи XV в. (т. н. Афонской книге образцов - РНБ. O.I.58. Л. 116 об.- под 5 июня) - в рост, в полиставрии, в правой руке Евангелие.

В настенных минологиях образ Е. под 5 июня представлен в ц. Успения Пресв. Богородицы мон-ря Трескавец, Македония (между 1334 и 1343), и в ц. Вознесения мон-ря Дечаны, Косово и Метохия (1348-1350),- в рост; в ц. св. Апостолов (Св. Спаса) в Пече, Косово и Метохия (1561),- погрудное изображение. Под 21 февр. Е. изображен в ц. Св. Троицы мон-ря Козия, Румыния (ок. 1386),- в рост и в ц. свт. Николая в Пелинове, Черногория (1717-1718),- погрудно.

В рус. традиции Е. в минологиях устойчиво изображается под 21 февр. Образ Е. (или еп. Льва Катанского?) представлен на иконах: «Минея годовая» (1-я пол. XVI в., Музей икон, Рекклингхаузен) - 2-й ярус снизу, с правой стороны, в полиставрии; «Минея на февраль» (кон. XIX в., частное собр.) - в 3/4-ном повороте, правой рукой благословляет, в левой на омофоре Евангелие, облачен в красную фелонь; на гравированных святцах Г. П. Тепчегорского (1713) - в саккосе и в митре, везде в рост.

В рус. сводном иконописном подлиннике XVIII в. по списку С. Т. Большакова память Е. отсутствует, в подлиннике того же времени по списку Г. Д. Филимонова указана под 21 февр. и святой описан как старец: «…подобием рус, брада аки Тихона чудотворца (епископа Амафунтского.- Э. Ш.), власы с ушей, ризы святительския, в руках Евангелие» (Филимонов. Иконописный подлинник. 1874. С. 276).

Мироточением прославился образ, написанный в 1991 г. иконописцем П. А. Жаровым по заказу адвоката Минского епархиального управления В. М. Ерчака. На Пасху 1993 г. икона была освящена на Гробе Господнем. 6 нояб. 1994 г. на ней были обнаружены капли мира. Мироточение продолжалось до 15 дек. За это время иконе, побывавшей во мн. храмах и монастырях, поклонились сотни тысяч верующих. 19 мая 1997 г., в день памяти прав. Иова Многострадального, за литургией во временной часовне при Доме милосердия в Минске обильное мироточение возобновилось и продолжалось долгое время. Восприняв это как знамение Самой Царицы Небесной, Ерчак передал икону священнику этого прихода (во имя Всех святых) прот. Феодору Повному. В авг. 1997 г., после молитв у мироточивого образа, получила исцеление от рака кожи лица и слепоты жительница Бреста.

Крестный ход вокруг храма-часовни в честь Державной иконы Божией Матери в день престольного праздника. Фотография. 2007 г.

Крестный ход вокруг храма-часовни в честь Державной иконы Божией Матери в день престольного праздника. Фотография. 2007 г.

С 1992 г. по благословению архим. Наума (Байбородова), архим. Кирилла (Павлова) и схиигум. Илия (Ноздрина) группа верующих ежедневно читала акафист Д. и. на месте разрушенного храма Христа Спасителя. В 1993 г. Патриарх Московский и всея Руси Алексий II благословил строительство храма-часовни в честь Д. и. как начала воссоздания храма Христа Спасителя (архит. А. Б. Барабанов). Закладка храма состоялась 10 нояб. 1994 г., освящение - 8 нояб. 1995 г. Тогда же в качестве храмового образа был создан список Д. и., который в 1999 г. участвовал в крестном ходе (облете) на самолете вокруг России (в наст. время находится в Артемиевом Веркольском муж. монастыре). В 2000 г. в храме, справа от иконостаса, был поставлен образ работы Л. Н. Шеховцовой в серебряном окладе с драгоценными камнями. Он не является точным списком чудотворной святыни (с утраченным нижним краем), а представляет полнофигурную копию-реконструкцию (размер 160×90 см), выполненную на основе исследования реставратора В. В. Филатова. У него сохранилась фотография образа 1917 г., полученная родственниками Королёвыми от руководительницы иконописной мастерской Алексиевского монастыря в Москве мон. Ангелины (Обуховой).

С 1997 г. по благословению архим. Кирилла (Павлова) и по заказу общины храма Христа Спасителя начали создавать списки Д. и. в первоначальную меру и подобие оригинала для различных храмов и мон-рей России (написано более 30 икон), авторы - иконописцы А. В. Штатнова, М. А. Игуменова, М. С. Леонтьев, Н. Нужный, Е. Чиркова и др. Иконография образов соответствует подлиннику, они исполнены в древнерус. стилистике (нек-рые в традициях искусства XVII в.) с отличиями в колорите, орнаментике. Так, на произведениях М. Б. Шабаева, как правило, на полях написан вязью тропарь Д. и. Такие иконы находятся в с.-петербургском Новодевичьем монастыре, киевском Флоровском жен. мон-ре, пензенском Троицком жен. мон-ре, угличском во имя свт. Алексия Московского жен. мон-ре, Шартомском во имя свт. Николая Чудотворца муж. мон-ре, Дуниловском Успенском жен. мон-ре, Геннадиевом Преображенском монастыре, ростовском спасо-Иаковлевском муж. мон-ре, в храмах Москвы, Подмосковья, Петрозаводска, Южно-Сахалинска, на Алтае и др., где перед ними регулярно читается акафист Д. и. В храме Благовещения Богородицы в Петровском парке в Москве, в храмах Оптиной Введенской пуст., Екатеринбурга списки Д. и. были созданы местными мастерами. В наст. время написаны иконы для храмов в Палестине, Болгарии и др.

Предание, записанное в сер. XVI в. составителями Степенной книги, повествует о явлении Д. А. юноше из свиты вел. кн. Иоанна III Васильевича; святой упрекнул вел. князя за то, что он забыл своего предка. После этого Иоанн III устроил «соборные панихиды» и стал раздавать милостыню, чтобы молились о душах его предков, но на судьбе мон-ря и погребения Д. А. это никак не отразилось. К 1-й пол. XVI в. относятся первые свидетельства о местном почитании Д. А. как святого. В правление Василия III случилось чудо с кн. И. М. Шуйским, к-рый, несмотря на предупреждения одного из местных жителей, ступил ногой на камень, лежавший на могиле Д. А., чтобы сесть на коня. После такого поступка он едва не умер и исцелился лишь после того, как священник отслужил молебен у могилы Д. А. Уже в правление Иоанна IV Васильевича по молитве к Д. А. исцелился больной сын ехавшего в Москву коломенского купца; юноша выздоровел, после того как его положили на гроб князя.

Св. кн. Даниил Московский с клеймами Жития и с видом Данилова мон-ря. Литография. 1903 г.

Св. кн. Даниил Московский с клеймами Жития и с видом Данилова мон-ря. Литография. 1903 г.

Поминание «благоверного великого князя-инока Данила» содержится в синодике великих и удельных князей и княгинь, отправленном в нач. 1557 г. из Москвы К-польскому патриарху Иоасафу II для внесения в патриарший синодик (Россия и греч. мир в XVI в. М., 2004. Т. 1. С. 399). В 50-х гг. XVI в. были приняты меры для восстановления Данилова мон-ря, в к-ром гробница прямого предка московских правителей была бы окружена должным почитанием. В кон. 50-х гг. в мон-ре уже жила братия во главе со строителем. 6 дек. 1559 г. Иоанн IV пожаловал обители волость на юге Московского у. (см.: Антонов А. В. К истории возобновления моск. Данилова мон-ря // РД. 2000. Вып. 6. С. 179-184). 18 мая 1561 г. в присутствии царя и митр. св. Макария был освящен построенный в мон-ре каменный собор в память «святых отец седми Соборов и пророка Даниила» (ПСРЛ. Т. 13. С. 332). Царь установил обычай, по к-рому ежегодно он сам и митрополит с собором должны были посещать мон-рь, где в этот день должны были совершаться заупокойные службы по Д. А. На могиле князя, по-видимому, в это время была установлена плита с надписью, сообщавшей о его кончине 4 марта 6811 (1303) г. Надпись сохранилась в копии кон. XVII - нач. XVIII в.

30 авг. 1652 г. по повелению царя Алексея Михайловича и патриарха Никона нетленные мощи Д. А. были перенесены в собор в честь св. Отцов семи Вселенских Соборов Данилова мон-ря и положены в раке напротив правого клироса (об этом сообщала надпись на плите близ раки). По монастырской описи 1701 г., рака с мощами Д. А. стояла в юго-вост. углу собора, перед иконостасом. В 1763 г. рака со св. мощами была перенесена в арку у левого клироса, между центральной частью храма и сев. приделом. Деревянная рака имела серебряный оклад, устроенный на средства кн. Ф. И. Голицына. В 1812 г. франц. солдаты похитили оклад, в 1817 г. по проекту Е. Кафтанникова была изготовлена новая, серебряная позолоченная рака. В 1917 г. мощи Д. А. были перенесены в Троицкий собор Данилова мон-ря и установлены под сенью у сев.-вост. столпа, в 1929 г. рака вернулась в храм св. Отцов семи Вселенских Соборов. В 1930 г. Данилов мон-рь был закрыт, 7 окт. во время всенощного бдения мощи Д. А. были перенесены в действующую приходскую ц. Воскресения словущего, расположенную рядом с обителью. Судьба св. мощей после закрытия этого храма в 1932 г. неизвестна.

Св. кн. Даниил Московский. Роспись Архангельского собора Московского Кремля. 1652-1666 гг.

Св. кн. Даниил Московский. Роспись Архангельского собора Московского Кремля. 1652-1666 гг.

Сохранились частицы мощей Д. А. Одна частица, принадлежавшая некогда архиеп. Феодору (Поздеевскому), 29 мая 1986 г. была передана в Данилов мон-рь из США. Др. частицу вернул обители 17 марта 1995 г. живший в США прот. И. Мейендорф, получивший ее от акад. Д. С. Лихачёва, к-рому ковчежец со святыней передал на хранение проф. И. Е. Аничков с наказом вернуть Церкви в благоприятное время. Аничков получил частицу мощей Д. А. в 1929 г. от неизвестного по имени архиерея в одном из сев. городов России, где оба отбывали ссылку. В наст. время металлическая позолоченная рака с частицей мощей Д. А. находится в храме св. Отцов семи Вселенских Соборов (под сев. аркой, ведущей в придел во имя Д. А.), над ракой установлена резная деревянная сень. Ковчег с частицей мощей находится также в Троицком соборе мон-ря. Кроме того, в обители имеется неск. икон с частицами мощей Д. А.

Св. кн. Даниил Московский. Икона. 1991 г. Иконописцы Н. Шелягина и прот. В. Савиных (ц. св. Отцов семи Вселенских Соборов Данилова мон-ря)

Св. кн. Даниил Московский. Икона. 1991 г. Иконописцы Н. Шелягина и прот. В. Савиных (ц. св. Отцов семи Вселенских Соборов Данилова мон-ря)

Имя Д. А. как святого не упоминается в Уставе московского Успенского собора (ок. 1634). В 1677 г. на церковном Соборе, обсуждавшем вопрос о канонизации св. кнг. Анны Кашинской, было постановлено, что она заслуживает, как и Д. А., того, чтобы «панихиды, и литургии служити, и милостыню творити». Здесь же было отмечено, что хотя с мощами Д. А. связаны «известная явления и чудеса», но служба в его честь не совершается: «Кондаков и тропарей не бысть и отныне и не есть» (ЧОИДР. 1871. Кн. 4. С. 15). Однако уже в Месяцеслове келаря Троице-Сергиева мон-ря Симона (Азарьина) (сер. 50-х гг. XVII в.) под 4 марта отмечается преставление «святаго благовернаго князя Данила Александровича Московскаго, и погребен бысть в Даниловском монастыре, пострижен и в схиме, от негож создан бысть монастырь тот, и многа исцеления Бог дарова от гроба его всем приходящим с верою» (РГБ. МДА. № 201. Л. 312 об.).

В 1724 г., при перенесении мощей св. кн. Александра Невского из Владимира в с.-петербургский Свято-Троицкий мон-рь (см. Александро-Невская лавра) 30 авг., в день обретения мощей Д. А., был установлен общий праздник святым Александру Невскому и Д. А. В 1805 г. во имя Д. А. был освящен придел в монастырском соборе в честь св. Отцов семи Вселенских Соборов.

На рубеже 50-х и 60-х гг. XVI в. в высших светских и церковных кругах возник замысел создания «Книги степенной царского родословия» - произведения, в к-ром древнерус. история изображалась бы как серия биографий правивших Русской землей государей и где уделялось бы значительное внимание и жизни, и посмертной судьбе членов династии Рюриковичей. В тексте Степенной книги, работа над к-рой была завершена в 1563 г., в перечне «новых чудотворцев» - членов династии Рюриковичей - под 4 марта значилось «Житие преподобнаго великого князя Данила Донскаго [так!], иже на Москве» (ПСРЛ. Т. 21. Ч. 1. С. 39). В Житие («Иже о блаженном великом князе Даниле сказания») внесены рассказы о чудесах у надгробия Д. А. с кн. Шуйским и коломенским купцом. Степенная книга называет Д. А. «святым», «праведнодержавным» (Там же. С. 315). В сообщении о его рождении он характеризуется как «наследник Русьскому царствию» и «великий князь». Князь прославляется как миротворец, который даже в ходе междоусобиц «бес кровопролития брань утоляше и мир составляше», благодаря чему «ни от кого же неврежена бысть держава его» (Там же. С. 291, 296). Правление Д. А. рассматривается как переломный этап в истории династии Рюриковичей и Русской земли, с ним связывали переход столичного статуса к Москве: «От Всеволода же Юрьевича и до Данила Александровича в Володимери державствоваху. От Данила же на Москве Богом утвержено бысть царствие Русских государей» (Там же. С. 4).

Св. князь Александр невский и Даниил Московский. Икона. Кон. XVIII - нач. XIX в. (ГМИР)

Св. князь Александр невский и Даниил Московский. Икона. Кон. XVIII - нач. XIX в. (ГМИР)

Повесть о Д. А. из Степенной книги под 4 марта включена в состав Миней Четьих Иоанна Милютина (ГИМ. Син. № 803), на ее основе была составлена краткая проложная редакция, изданная в 1662 г. (Пролог. Март-Август. М., 1662. Л. 20-21). В кон. XVIII в. митр. Платон (Левшин) на основе Степенной книги, летописей и «Истории Российской» кн. М. М. Щербатова составил новое Житие Д. А. ([Платон (Левшин), митр.]. Служба и Житие преподобного и благоверного отца нашего Даниила, великого князя Московского. М., 1791).

В повестях о начале Москвы XVII в., где отразились народные предания, возникшие, по-видимому, не ранее сер. XVI в., Д. А. выступает как мифологизированный персонаж: вел. кн. Даниил Иванович, суздальский кн. Даниил Александрович Невский (см.: Тихомиров М. Н. Древняя Москва в XII-XV вв.: Средневек. Россия на междунар. путях: XIV-XV вв. М., 19922. С. 176-179). В тексте этих повестей отсутствуют следы почитания Д. А. как святого. Лишь однажды он называется «благоверным князем», принявшим «мученическую смерть от прелюбодеев жены своея», и уподобляется св. князьям Борису и Глебу (Там же. С. 178).

Наиболее ранняя сохранившаяся служба Д. А. была составлена по повелению патриарха свт. Иова († 1607) «тщанием и труды» С. Р. Алферьева и инока Сергия из переславль-залесского Данилова во имя Св. Троицы мон-ря (РГБ. Ф. 310. № 300, список 2-й пол. XVII в.). Однако этот текст не получил распространения. В правление царей Иоанна V и Петра I Алексеевичей возникла его новая редакция, в к-рой уже многократно упоминалась рака, появившаяся в 1652 г. Новая служба Д. А. была написана в 1711 г. иером. Чудова монастыря и справщиком Печатного двора Карионом (Истоминым) по заказу игум. Данилова мон-ря Макария и старца Кариона (Борина). Еще одна служба Д. А. была составлена при имп. Елизавете Петровне (ЦМиАР. КП 3945.6, список кон. 50-х гг. XVIII в.), образцом для нее стала служба св. Александру Невскому. Опубликованная митр. Платоном в 1791 г. вместе с Житием, она получила наибольшее распространение в обиходе РПЦ.

Существует 2 извода иконографии Д. А.: в княжеских одеждах и в схиме. В Лицевом летописном своде 70-х гг. XVI в. ему отводится важная роль как основателю правосл. Московского царства. В миниатюрах свода Д. А. представлен в княжеских одеждах, без нимба, фигура выделяется композиционно, цветом одежд, языком жестов. Изображен в сюжетах: рождение у св. вел. кн. Александра Невского сына (Древний летописец,- 1-й Остермановский том. БАН. 31.7.30-1. Л. 44); поход на Рязань против татар (2-й Остермановский том. БАН. 31.7.30-2. Л. 195 об.): Д. А. на коне, впереди войска, в латах и княжеской шапке, вверху - он берет в плен рязанского кн. Константина; съезд рус. князей в Дмитрове (Л. 198 об.): Д. А. 3-й слева, в синем плаще, его десница с указующим жестом (знаком приказания); передача Переяславля кн. Иваном Дмитриевичем своему дяде Д. А., назначение наместников в Переяславль (Л. 202): Д. А. справа, в синем плаще, с княжеским жезлом, на 2-м плане изображение Переяславля; пострижение и преставление (Л. 204 об.): Д. А. на ложе, в схимнических одеждах, на фоне одноглавого храма Данилова мон-ря; отпевание и погребение (Л. 205): на фоне Архангельского собора Московского Кремля, перед гробом 4 сына Д. А., вверху - сын Юрий, к-рого переяславцы не пускают в Москву на погребение отца, боясь, чтобы вел. кн. Андрей Александрович не занял их город. Изображение исторических событий связано с их изложением в Степенной книге в «Повести о богоснабдимом великом князе Данииле Александровиче Московском»; соответствующие миниатюрам тексты являются компиляцией выдержек из летописей, Степенной книги, Хронографов, Житий, повестей.

Св. кн. Даниил Московский. Фрагмент иконы «Собор Русских святых». Нач. XIX в. (НКПИКЗ)

Св. кн. Даниил Московский. Фрагмент иконы «Собор Русских святых». Нач. XIX в. (НКПИКЗ)

Наиболее раннее сохранившееся изображение Д. А.- в стенописи Архангельского собора Московского Кремля, возобновленной в 1652-1666 гг. по первоначальной программе 1564-1565 гг. (Сизов Е. С. Датировка росписи Архангельского собора Московского Кремля и историческая основа некоторых ее сюжетов // Древнерус. искусство: XVII в. М., 1964. С. 160-174). Фигура святого помещена при входе в собор на юж. стороне сев.-зап. столпа: Д. А. с нимбом, в темно-коричневой монашеской мантии, охряная ряса перехвачена широким черным монашеским поясом с пряжкой, куколь схимы синего цвета (цвета одеяний те же, что и в миниатюрах Летописного свода), в правой руке князя - свернутый свиток, левая - в молении к благословляющему небесному покровителю прп. Даниилу Столпнику. Д. А. изображен средовеком с тонкими чертами лица, удлиненной полукруглой бородой с проседью, изможденным. В Архангельском соборе в схиме изображен также только брат Д. А.- вел. кн. Димитрий Александрович Переяславский (в сев.-зап. углу на зап. стене), что подчеркивает преемственность Москвы от Переяславля и избранную роль Московского гос-ва с самого начала его истории. В росписи сер. XVI в. средней Золотой палаты царского дворца в Московском Кремле образ Д. А. находился в откосе окна зап. стены (Забелин И. Е. Домашний быт рус. царей в XVI и XVII вв. М., 1990. Кн. 1. С. 164). В стенописи Грановитой палаты Кремля кон. XVI в. (возобновлена в 1882 палехскими мастерами Белоусовыми по описи иконописца С. Ушакова) - Д. А. в княжеских одеждах в откосе окна у царского места, напротив - его сын Иоанн Калита (Забелин. С. 168).

В Царском Титулярнике 1672 г. «исторический портрет» Д. А. помещен после его отца - вел. кн. Александра Невского (РГАДА. Ф. 135. Отд. 5. Рубр. III. № 7). К работе над Титулярником привлекались мастера Оружейной палаты Иван Максимов (ученик С. Ушакова), «золотописец» Григорий Благушин, патриарший иконописец Дмитрий Львов (ДАИ. 1857. Т. 6. № 43. С. 188-200; Успенский А. И. Царские иконописцы. С. 33, 162, 166-167). Как и др. вел. князья, Д. А. изображен с нимбом. Портрет носит условный характер: оплечный образ святого в княжеских одеждах, с крупными чертами лица, удлиненным носом, вьющимися короткими волосами и полукруглой бородой вписан в овал, исполнен в традициях «живоподобия».

Св. кн. Даниил Московский и прп. Кассиан Римлянин. Икона. 2-я пол. XIX в. (ЦМиАР)

Св. кн. Даниил Московский и прп. Кассиан Римлянин. Икона. 2-я пол. XIX в. (ЦМиАР)

В 2 др. экземплярах Титулярника 1672-1673 гг., изготовленных по образцу 1672 г. для царя Алексея Михайловича и царевича Феодора Алексеевича, в работе над к-рыми также принимали участие иконописцы Макар Потапов и Федор Юрьев Репьев, изображение более парадное - поясное, в овале, в руках Д. А.- скипетр и держава, нимб отсутствует (РНБ. F. IV. 764. Л. 30; Эрм. 440. Л. 27). Портрет Д. А. имеется также в титулярнике 1690-1698 гг. (ГИМ. Муз. 4047), вложенном, согласно митр. Псковскому Илариону (Смирному), в Троицкий собор Пскова. Подобная традиция сохранялась в более поздних живописных портретах на холсте (кон. XVIII в. ГРМ), на гравюрах и литографиях 1-й пол.- сер. XIX в. (РНБ, см. также: Адарюков, Обольянинов. Словарь портретов. С. 273), на костяных рельефах холмогорской работы, в серии небольших рельефных печатей (инталий) на зеленой сибир. яшме, вырезанных ок. 1723 г. нюрнбергским мастером И. К. Доршем (ГЭ), по-видимому по заказу Я. В. Брюса (Д. А.- оплечно, в княжеских доспехах).

Блгв. князья Александр Невский, Феодор Новгородский и Даниил Московский. Фрагмент иконы «Собор святых великих князей, княгинь и княжон». 2-я пол. XIX в. (Собор во имя равноап. кн. Владимира в С.-Петербурге)

Блгв. князья Александр Невский, Феодор Новгородский и Даниил Московский. Фрагмент иконы «Собор святых великих князей, княгинь и княжон». 2-я пол. XIX в. (Собор во имя равноап. кн. Владимира в С.-Петербурге)

На миниатюре в синодике Новоиерусалимского Воскресенского мон-ря с изображением родословного древа русских князей и царей, выполненным собственноручно вел. кнж. Татианой Михайловной в 1676-1682 гг. (ГИМ. Воскр. 66. Л. 58), Д. А. представлен вверху справа в схиме (Срезневский И. И. Родословное дерево рус. князей и царей: Рисунок 1676-1682 гг. // ИИАО. 1863. Т. 4. Стб. 308-310. Цв. рис. 17). В росписи Благовещенского собора Казанского кремля (ок. 1694) Д. А. изображен в княжеских одеждах (плащ с растительным орнаментом по светлому полю) в откосе окна сев. стены, напротив св. кн. Александра Невского (имя святого определено по графье, колорит изменился вслед. пожаров) (Сорокатый Н. В. Кафедр. Благовещенский собор Казани // Сокровища культуры Татарстана. СПб., 2004. С. 133, 137. (Наследие народов РФ; 5).

Собор Московских святых. Икона. Нач. XX в. (ЦМиАР)

Собор Московских святых. Икона. Нач. XX в. (ЦМиАР)

В иконописи основным иконографическим изводом является изображение Д. А. в схиме. По описаниям в иконописных подлинниках XVIII - нач. XX в. под 5 марта святой представлен «подобием сед, брада поменьше Власиевы и тупее, на главе схима, ризы преподобническия» (Филимонов. Иконописный подлинник. С. 283; см. также: Большаков. Подлинник иконописный. С. 77); «подобием брада Сергиева, в шапке и во амфоре, сак лазорь, испод бакан» (БАН. Строг. 66. Л. 155); «типа русскаго, сед, борода не очень велика, но более средней величины и широковата, одежды монашеския, на голове схима» (Фартусов. Руководство к писанию икон. С. 200). В лицевой рукописи XIX в., выполненной по протографу XVII в. (РНБ. Вяз. Q. 154. Л. 107), Д. А. с короткой бородой, без куколя (Маркелов. Т. 2. С. 391).

На самой ранней из известных икон кон. XVII - нач. XVIII в. (ГМИР), написанной под влиянием царских мастеров Оружейной палаты, Д. А. в схимнических одеждах предстоит Св. Троице ветхозаветной на фоне Данилова мон-ря. Тип лика - «русский», полукруглая борода с сильной проседью, правая рука сложена троеперстно, в левой - развернутый свиток с надписью, типичной для икон преподобных: «Не скорбите убо братие моя, но по сему…» Данилов монастырь на иконе изображен с каменным, возведенным при царе Иоанне Грозном в сер. XVI в. одноглавым храмом св. Отцов семи Вселенских Соборов за каменными монастырскими стенами с башнями. Собор завершается рядами килевидных кокошников «вперебежку» (такую же систему расположения килевидных кокошников можно видеть на гравюре нач. XVIII в. П. Пикара (ГИМ)), с запада к храму примыкает ярусная колокольня с полукруглыми проемами и небольшим шатром. На заднем плане 2 главки храмов Покрова Богородицы и прор. Даниила 2-й пол. XVII в.; впереди на холмистом поземе - деревянная часовенка. Иконография Д. А. в предстоянии Св. Троице выражала важную мысль о духовной преемственности собирателей правосл. Московской Руси. В Службе святого называют «домом Святыя Троицы», предстоящим «присно престолу Троичныя благодати». Мощи св. князя были принесены по повелению царя Алексея Михайловича и патриарха Никона в 1652 г. в ц. св. Отцов семи Вселенских Соборов «на прославление Святыя Троицы» (РГБ. Унд. 300. Л. 59 об.- 60); над мощами был поставлен образ святого с изображением Св. Троицы (Опись Данилова монастыря 1701 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 102. Л. 2).

Св. кн. Даниил Московский. Икона. 1984 г. Иконописец архим. Зинон (Теодор) (ц. в честь Покрова Богородицы Данилова монря)

Св. кн. Даниил Московский. Икона. 1984 г. Иконописец архим. Зинон (Теодор) (ц. в честь Покрова Богородицы Данилова монря)

Иконы Д. А. с изображением Данилова мон-ря были распространены уже в XVII в. Сохранился иконный образец кон. XVII в. мастера Ивана Носа (ГИМ): Д. А.- в молении Спасителю перед высоким храмом, обитель окружена деревянной оградой-тыном, что отражает ранний этап монастырского строительства. 2-светный храм с карнизами на фасадах завершается 5 рядами ярусных полукруглых кокошников со стрельчатым верхом. Система расположения кокошников ярусами, а не «вперебежку» соответствует существующему варианту реконструкции храма (Ловкунас Н. А. Архитектурный ансамбль мон-ря // Первый на Москве. С. 178). Внизу храм окружен низкой галереей с угловой 2-пролетной звонницей, на горизонте - часовня со стрельчатыми кокошниками. В XVII в. Д. А. изображался в молитвенном предстоянии Спасителю (на иконах типа Спаса Смоленского) среди избранных святых, как на прориси иконописца В. П. Гурьянова (Маркелов. Т. 1. С. 341), где он представлен в левой группе, со скрещенными на груди руками и с надписью на нимбе: «Данiилъ Князь».

Вскоре после перенесения мощей св. вел. кн. Александра Невского в Свято-Троицкий мон-рь С.-Петербурга (впосл. Александро-Невская лавра) 30 авг. 1724 г., в день празднования обретения мощей Д. А., был установлен общий праздник св. князьям и появились их парные изображения, напр. в местном ряду иконостаса храма св. Отцов семи Вселенских Соборов в Даниловом мон-ре (Опись Данилова мон-ря 1725 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 102. Л. 17). В приделе преподобных Симеона и Д. Столпников образы обоих св. князей находились в Деисусе (Описание святыя соборныя церкви во имя Седми соборов Святых Отец, каменная. 1726 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 102. Л. 165 об.), а их парное изображение с благословляющим Спасителем вверху (1819, худож. С. В. Тарин) - на стене западного фасада храма (трапезной церкви).

Вместе в молении Св. Троице новозаветной св. князья написаны на иконе кон. XVIII - нач. XIX в. (возможно, ок. 1803 - к 500-летию преставления Д. А. и 100-летию С.-Петербурга) (ГМИР): св. кн. Александр в княжеских одеждах на фоне красного занавеса осеняет царскую корону, скипетр и державу; Д. А. в схиме, с поднятыми в молении у груди руками, на фоне Московского Кремля (изображения разделяет колонна как знак новой столицы России). С.-Петербург и Москва представлены здесь как 2 разных мира, связанные духовной преемственностью их небесных покровителей. Изображение обоих князей помещалось на сени над ракой Д. А. (Опись Данилова мон-ря 1813 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 109. Л. 4 об.), на хоругвях, напр. сер. XVIII в. (на лицевой стороне - Воскресение Христово) из храма св. Отцов семи Вселенских Соборов (Опись Данилова мон-ря 1763 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 104. Л. 7). Парные иконы Д. А. в схиме, со свитком: «Не скорбите убо, братие» и вел. кн. Александра Невского в княжеских одеждах были распространены и в нач. XX в. (Данилов муж. монастырь в Москве).

Св. князья Даниил Московский, Александр Невский и предстоящий кн. Ианн Калита. Роспись храма св. Отцов семи Вселенских Соборов Данилова мон-ря в Москве

Св. князья Даниил Московский, Александр Невский и предстоящий кн. Ианн Калита. Роспись храма св. Отцов семи Вселенских Соборов Данилова мон-ря в Москве

Имп. Екатериной II в Данилов мон-рь на раку святого был подарен покров из золотого глазета, с шитыми царской короной, гербами и живописным изображением горностаевых хвостов (мотив княжеской одежды), голубой, атласный, с золотым крестом (Опись 1763 г. Л. 34; Опись Данилова монастыря 1859 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 122. Л. 103-103 об). Покровы были вложены также фельдмаршалом С. Ф. Апраксиным, советником Дворцовой канцелярии А. Ф. Васильевым, полковником П. А. Южковым, позднее - графиней Апраксиной, Позняковым, моск. купцом Горбуновым, купцом Пищальниковым, Ефросимовой (Опись 1763 г. Л. 34-36; Опись Данилова монастыря 1793 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 108. Л. 18а об.- 33 об.). На покрове 1797 г. (на раку, обложенную в сер. XVIII в. серебром кн. Ф. И. Голицыным) было вышито изображение Д. А. в мантии золотого цвета и серебряной схиме, лик и руки исполнены живописно. На других покровах были помещены княжеские символы и образы: крест с ангелами, держащими корону (1807), Нерукотворный образ Христа (один из самых почитаемых великокняжеских и царских образов) с серафимами по сторонам (1801); по краям - тексты тропаря или кондака Д. А. На главу полагался воздух из золотой парчи или серебряного глазета с крестами, на мощи - схима (Опись Данилова мон-ря 1760 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 102. Л. 18 об.- 19, 23, 48), одна из к-рых, вклад кнж. С. Волконской в 1774 г., была с золотыми Голгофскими крестами, вышитыми по белому атласу (Опись Данилова монастыря 1789 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 107. Л. 28 об.).

В XVIII в. Д. А. изображался в основном в монашеском одеянии, в частности на гравюре 1-й пол. XVIII в. М. Н. Нехорошевского с образом Владимирской иконы Божией Матери среди почитаемых рус. святых, в 5-м клейме сверху на правом поле (РНБ. Собр. А. В. Олсуфьева - см.: Ровинский. Народные картинки. Кн. 3. С. 493. № 1226; Атлас. Т. 3. № 1226). В сер. XVIII в. большой образ Д. А. в схиме был поставлен у его мощей (Опись 1763 г. Л. 4-6). В нач. 60-х гг. XVIII в. он был украшен на средства купца М. Козмина серебряным позолоченным окладом (Опись 1789 г. Л. 2 об.), в 1840 г. оклад был заменен новой серебряной чеканной позолоченной ризой с надписями на эмалевых дробницах (Описи Данилова мон-ря 1843, 1859 гг.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 120. Л. 7 об.; Ед. 122. Л. 13 об.).

В живописных образах и иконах XVIII в. сохранялась древняя иконография Д. А.- схимника, предстоящего Св. Троице. Так, ок. 1794 г. были выполнены 4 аналойные иконы Д. А. в серебряных позолоченных чеканных окладах - святой в «монашеском великия схимы одеянии» со Св. Троицей в облаках, на одной - с Пресв. Богородицей и Младенцем Иисусом Христом (Опись 1793 г. Л. 17). Видимо, подобная икона св. князя нач. 60-х гг. XVIII в. (Опись 1763 г. Л. 117 об.) была поднесена еп. Крутицким Самуилом (Миславским), членом Святейшего Синода, имп. Екатерине II во время ее посещения Данилова мон-ря 30 авг. 1775 г., в день празднования памяти святого. Среди рус. вел. князей и царей, скопированных с гравированного портрета имп. Петра I с баталиями работы П. Пикара (1717), Д. А. присутствует на гравюре 2-й пол. XVIII в. с изображением в центре имп. Екатерины II, ведущей за руку малолетнего сына Павла, вдали - Московский Кремль (Ровинский. Народные картинки. Кн. 2. С. 237, 239). В числе мн. др. святых Д. А. (с непокрытой головой) запечатлен на складне-мощевике 2-й пол. XVIII в. (ГММК).

В XIX в. сосуществовали различные традиции иконографии святого. Так, на новой серебряной раке 1817 г. (Опись 1859 г. Л. 12 об.- 13), выполненной в стиле классицизма, Д. А. был представлен и в княжеских одеждах, и в схиме. На боковой стороне - чеканное изображение святого в рост, в горностаевой мантии, со скипетром в правой руке. Судя по выполненному акварелью и тушью чертежу раки Е. Кафтанникова, образ святого был помещен в круге на золотом фоне, по бокам - ветви, поддерживаемые ангелами (РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 561. Л. 2). На верхней позолоченной доске раки имелся чеканный образ Д. А. в схиме (на обороте доски - ковчежец с частью зуба св. кн. Александра Невского) (Опись 1859 г. Л. 12 об.- 13).

В трапезной ц. храма св. Отцов семи Вселенских Соборов за правым клиросом находился живописный образ Д. А. «в княжеском виде» (Опись Данилова монастыря 1824 г.- РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 112. Л. 4 об.). Ценным в худож. отношении считался храмовый образ из придела во имя Д. А. (освящен в 1805). На пилоне слева, у центрального иконостаса нового каменного Троицкого собора Данилова мон-ря (1838), стоял большой образ Д. А. в молении Спасителю «письма иконного» (иконы в иконостасе писались в 1835 Н. В. Щепетовым). На хоругви образ Д. А. был вышит по малиновому бархату с золотыми ветвями и виноградом (на др. стороне - «Зачатие прав. Анны» по освящению сев. придела). На эскизах 1868 г. небольших овальных образков в оправе, заказанных по распоряжению архим. Иакова, Д. А.- в горностаевой мантии и короне, со скипетром в руке (РГАДА. Ф. 1188. Оп. 1. Ед. 695). В ц. свт. Николая Чудотворца в Толмачах в верхней части пристенного киота находится круглая икона 1-й пол. XIX в.: Д. А.- в княжеских одеждах, руки возле груди (ГТГ).

В нач. XX в. особенное распространение получила иконография Д. А. в схиме, со скрещенными на груди руками, ориентирующаяся на традицию надгробных изображений. На чудотворной иконе из часовни Данилова мон-ря (ныне в малом соборе в честь Донской иконы Божией Матери Донского мон-ря) Д. А. представлен с нимбом в виде лучей на фоне рассветного неба и темного пейзажа с небольшим деревянным монастырским храмом. На иконе этого времени из храма Сошествия Св. Духа на Даниловском кладбище фигура Д. А. в синей схиме с белыми Голгофскими крестами возвышается над низкой линией горизонта, внизу, на берегу р. Москвы,- Даниловская слобода с домами и погостом, справа - шатровый деревянный храм с колокольней. Почитаемый аналойный образ с частицей св. мощей (ц. Покрова Богородицы Данилова мон-ря) представляет Д. А. в темных схимнических одеждах, с четками, на золотом орнаментированном фоне. Др. вариант иконографии (в горностаевой мантии, с поясным образом благословляющего Спасителя в облаках) встречается на иконе нач. XX в., созданной в среднерус. иконописных селах (частное собрание, Москва).

В стенописи старообрядческого Покровского собора при Рогожском кладбище в Москве (1-я четв. XIX в., поновлена в 1897-1899) Д. А. изображен в схиме на юж. грани сев.-зап. столпа средокрестья, напротив - св. кн. Александр Невский. В росписи ц. Покрова Пресв. Богородицы Данилова мон-ря 2-й пол. XIX в. святой представлен с родителями, в княжеских одеждах, с прижатым к груди крестом и с мечом в левой руке, на фоне 5-главого Успенского собора Владимира. Образ Д. А. был включен в программу росписи 70-х гг. XIX в. зап. стены сев. придела во имя св. кн. Александра Невского в храме Христа Спасителя; у оконных арок и на дверях на сев. фасаде храма (представлены «просветители веры Христовой в России, хранители этой веры от врагов и помощники в битвах») находились горельефные изображения Д. А. в схиме работы скульпторов Н. А. Рамазанова, Ф. П. Толстого сер. XIX в. (Мостовский М. С. Храм Христа Спасителя / [Сост. закл. части: Б. Споров]. М., 1996п. С. 34, 36, 42, 78; Юбилейный справ. Имп. АХ: Список рус. художников / Сост.: С. Н. Кондаков. Пг., 1914. Ч. 2. С. 269).

В композиции генеалогического древа российских государей в стенописи центрального свода парадных сеней Исторического музея в Москве 1883 г. (артель Ф. Г. Торопова) фигура Д. А. вполоборота влево, в княжеском одеянии, со скипетром в руке, в овале с растительным обрамлением. В ряду др. св. князей он написан на сев. стене в интерьере Вознесенского собора в Ельце (ок. 1888, художники А. И. Корзухин и К. В. Лебедев). Необычное изображение святого («милосердна начальника, вдов и сирот предстателя, нищих питателя») в княжеских одеждах, с крестом и денежным мешочком для раздачи бедным в руках - в росписи собора Всемилостивого Спаса (1900) Давидовой Вознесенской пуст.

Редким образцом житийной иконографии Д. А. являются литографии 1903 г. (выпущены Даниловым мон-рем к 600-летию преставления святого) с сюжетами Жития и видом Даниловой обители - Д. А. в среднике изображен в схиме, с небольшим одноглавым 3-апсидным храмом в руках как храмоздатель правосл. Москвы и основатель 1-го московского мон-ря. В клеймах отображены важные события из его жизни: благословение св. вел. кн. Александром Невским; моление Д. А. об устроении града Москвы; передача правления сыну Иоанну Калите; пострижение в иноческий образ и схиму; погребение в Даниловом мон-ре; чудо от гроба в царствование Иоанна Грозного - явление кн. И. М. Шуйскому; обретение и перенесение св. мощей при царе Алексее Михайловиче; вид Данилова мон-ря с юго-вост. стороны.

В Даниловом мон-ре существовала традиция изображения Д. А. вместе с особо почитавшимся в обители прп. Кассианом Римлянином (икона 2-й пол. XIX - нач. XX в. из частного собрания в Москве). На небольшом паломническом образке этого извода 2-й пол. XIX в. (ЦМиАР) одеяние св. князя необычных цветов - зеленая ряса и красная монашеская мантия. По заказу настоятеля мон-ря нмч. Феодора (Поздеевского), еп. Волоколамского, изучавшего наследие прп. Кассиана, в 10-х гг. XX в. была написана икона Д. А. и прп. Кассиана вместе с небесным покровителем заказчика - вмч. Феодором Стратилатом (частное собрание, Москва),- Д. А. в схиме, со скрещенными на груди руками. Рельефные гипсовые иконы святого той же иконографии выполнялись в 20-х гг. XX в. наместником Данилова мон-ря архим. Тихоном (Баляевым) (Церковно-исторический музей Данилова муж. монастыря в Москве).

Уникальное изображение Д. А. с длинной бородой, в схиме и с короной на голове помещено в клейме на иконе «Собор св. вел. князей, княгинь и княжон» 2-й пол. XIX в. (собор во имя равноап. кн. Владимира в С.-Петербурге) - вместе со св. князьями Александром Невским и Феодором Новгородским. В монашеском одеянии, со свитком в руке Д. А. представлен в верхнем ряду на иконе Божией Матери «Знамение» с Собором благоверных князей и княгинь всероссийских, созданной в дар имп. семье к 300-летию Дома Романовых ок. 1913 г. на московской фирме Оловянишникова (ГЭ, опубл.: Синай, Византия, Русь: Правосл. искусство с VI до нач. XX в.: Кат. выст. / Мон-рь cв. Екатерины на Синае, ГЭ. [СПб.,] 2000. Кат. R-62). Существовали иконы с фигурой Д. А. в схиме в группе молящихся святых на Боголюбской иконе Божией Матери (1-я пол. XIX в., частное собрание, Москва), а также его изображения с избранными блгв. князьями (икона 1-й пол. XIX в. из Покровского собора при Рогожском кладбище в Москве).

Важное место отводится Д. А. на иконах Собора Московских святых кон. XIX - нач. XX в. На 2 близких по иконографии иконах-пядницах (ЦМиАР) основатель Московского княжества изображен фронтально в центре, в схиме, по сторонам - Московские святители, мученики блгв. кн. Михаил Черниговский и его боярин Феодор, блаженные Василий, Максим и Иоанн Большой Колпак, блгв. вел. кн. Евфросиния (Евдокия) Московская, преподобные Андроник и Савва; вверху - Владимирская икона Божией Матери как главная рус. и московская святыня и текст тропаря: «Днесь светло красуется славнейший град Москва» (на обороте одной иконы - чернильный штамп мастерской: «1-я Московская Артель художественно-иконописная»).

На др. иконе возле раки с мощами св. Василия Блаженного в соборе Покрова Пресв. Богородицы на Рву (ГИМ) Владимирской иконе Божией Матери предстоят в коленопреклоненном молении преподобные Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский, Д. А. в ряду др. святых выступает как защитник Руси, в короне, княжеских одеждах, с большим мечом в руках, его облик уподоблен равноап. кн. Владимиру. Подобное изображение блгв. князя, в венце, с седыми волосами и бородой, встречается на иконе Московских чудотворцев 2-пол. XIX в. на вост. грани юго-вост. столпа Успенского собора ТСЛ (во 2-м ряду крайний справа). Поясной образ Д. А. в схиме был помещен на поле Владимирской иконы Божией Матери с Собором Московских святых 1912 г., поднесенной московским дворянством наследнику цесаревичу мч. Алексию Николаевичу «в память первого посещения царствующего града Москвы» (Икона Пресв. Богородицы Владимирская и Собор Моск. чудотворцев: Его Имп. Высочеству Государю Наследнику Цесаревичу и Вел. Кн. Алексею Николаевичу / Сост.: Е. Поселянин. М., 1912, 2000п. Ил. на обл.). Икона Д. А. и др. святых в серебряном окладе с эмалями указана на плане «расположения образов и икон в бывших опочивальнях Их Императорских Величеств в Большом Кремлевском дворце» нач. XX в. (архив ГММК, см.: Тарасов О. Ю. Икона и благочестие: Очерки иконного дела в имп. России. М., 1995. С. 243).

В составе композиций Соборов Русских святых Д. А. представлен погрудно, в куколе, с бородой средней величины, в группе св. князей в 4-м ряду 3-м слева - на поморских иконах кон. XVIII - нач. XIX в. (МИИРК), 1814 г. письма П. Тимофеева из собр. ЦАМ СПбДА (ГРМ; прорись - Маркелов. Т. 1. С. 463), 1-й пол. XIX в. из дер. Чаженьга Каргопольского р-на Архангельской обл. (ГТГ). На иконе нач. XIX в. из Черновицкой обл. (НКПИКЗ) в центральной части 5-го ряда - необычный образ Д. А. в монашеских одеждах, с непокрытой головой, с благословляющей двуперстно десницей и вертикальным свитком в покровенной руке, на нимбе надпись: «Прп(д) Даiилъ Кня(з)». Во главе группы подвижников XIV в. (по дате преставления) он присутствует в росписи галереи, ведущей в пещерную ц. во имя прп. Иова Почаевского в Почаевской Успенской лавре (живопись кон. 60-х - 70-х гг. XIX в. работы иеродиаконов Паисия и Анатолия, поновлена в 70-х гг. XX в.).

В центральной группе Московских чудотворцев на фоне соборов Кремля под Владимирской иконой Божией Матери Д. А. изображен на иконах «Все святые, в земле Российской просиявшие», созданных по благословению священноисп. Афанасия (Сахарова), еп. Ковровского, мон. Иулианией (Соколовой) в кон. 20-х - нач. 30-х гг. XX в. (келейный образ священноисп. Афанасия), нач. 50-х гг. XX в., кон. 50-х гг. XX в. (ризница ТСЛ, Данилов муж. мон-рь в Москве - Алдошина Н. Е. Благословенный труд. М., 2001. С. 231-239) и на совр. повторениях этой композиции, напр. 1997 г. иконописца Н. Е. Алдошиной из иконостаса соименного придела московской ц. свт. Николая Чудотворца в Клённиках, 2002 г. работы М. В. Пыжова (храм Воскресения Христова в Сокольниках в Москве).

В возрожденном в 80-90-х гг. XX в. Даниловом мон-ре одним из главных стал образ Д. А. новой иконографии 1984 г. архим. Зинона (Теодора), созданный в традициях древнерус. иконописи XV-XVI вв.,- Д. А. в схиме, с изображением белого храма в левой руке, правая в молении обращена к храму. Этот извод стал образцом для др. икон, напр. 1988 г. письма Б. Андреева (Церковно-исторический музей Данилова муж. мон-ря в Москве),- на боковых полях прп. Даниил Столпник и прор. Даниил, на нижнем - вид Данилова мон-ря. Большой ростовой образ Д. А. 1985 г. в живописной традиции (автор прот. Вадим Смирнов) находится в Троицком соборе обители (руки святого воздеты в молении, взгляд направлен вверх). У св. мощей Д. А. в храме св. Отцов семи Вселенских Соборов - икона 1985 г. с 7 клеймами Жития, выполненная в иконописной манере с приемом стилизации форм народного искусства, в среднике - Д. А. в схиме, со скрещенными на груди руками, на верхнем поле - Деисус, состав клейм восходит к литографии 1903 г. (отсутствует клеймо с кн. Шуйским), внизу - освящение строительства деревянного монастырского храма прп. Даниила Столпника. На картине свящ. Сергия Симакова «Святой град Москва» (1987) Д. А. с белым храмом в руках, 1-й слева среди Московских святых.

В сев. приделе во имя Д. А. ц. св. Отцов семи Вселенских Соборов - храмовый образ 1991 г. в канонической иконописной манере, являющийся одним из лучших совр. икон Д. А. (Н. Шелягин, прот. Вячеслав Савиных), в основе иконографии - роспись в Архангельском соборе Московского Кремля (в обратном переводе). В стенописи 1991 г. этого придела - Д. А. в княжеских одеждах, с развернутым свитком в руке (текст: «Любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас») вместе со св. кн. Александром Невским и отроком Иоанном Калитой. В кон. XX в. для ковчега со св. мощами Д. А. в Троицком соборе Данилова монастыря иеродиак. Серафимом (Шемятовским) в традициях древнерус. иконописи создан образ погребения святого. Единоличное изображение Д. А. со свитком в правой руке (на 4 марта) и его образ с храмом в руке вместе с образом св. кн. Александра Невского (на 30 авг.) входит в состав прорисей для Миней МП работы прот. Вячеслава Савиных и Н. Шелягиной (Изображения Божией Матери и святых Правосл. Церкви. М., 2001. С. 183, 328).

В совр. иконописи одно из первых изображений Д. А. в княжеской одежде, с мечом в руке, в басменном окладе написано в 1996 г. (иконописец Е. С. Чиркова) для местного ряда нижней ц. в честь Преображения Господня храма Христа Спасителя. К 700-летию преставления Д. А. исполнен большой ростовой образ, участвовавший в крестных ходах (в наст. время в приделе Д. А. собора св. Отцов семи Вселенских Соборов Данилова мон-ря),- прямоличное изображение святого князя с храмом на плате в правой руке и массивным мечом в левой. Тогда же создан цикл иллюстраций в визант. стиле к Житию св. князя (миниатюры, заставки, буквицы - художники К. Ю. Бондарь, В. В. Фёдоров, А. Н. Солдатов), включивший сюжеты истории XX в. (Св. блгв. кн. Даниил Московский, 1303-2003. С. 10-106). В иконостасе 2001-2006 гг. ц. вмч. Георгия Победоносца в Ендове (подворье Соловецкого монастыря) образ Д. А. включен в деисусный ряд напротив прп. Сергия Радонежского (бригада иконописцев под рук. С. В. Леванского, А. В. Масленникова). В 1997 г. на Даниловской пл. Москвы был поставлен памятник Д. А. (скульпторы А. И. Коровин, В. П. Мокроусов, архит. Д. С. Соколов). В 1998 г. около мон-ря воссоздана часовня с мозаичным образом Д. А. на юго-зап. грани в нише.