Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
   
Золотой фонд
Новое в справочном разделе
Комментарии читателей rss

О самосознании личности в контексте православного дискурса

4 ноября 2017 г.
Поскольку центральной составляющей новоевропейского понимания личности является «самосознание», возникает вопрос о богословском осмыслении этого понятия и о его месте в структуре личности. Для ответа на этот вопрос автор статьи предлагает рассматривать понятия «сознание» и «самосознание» как корреляты святоотеческих понятий «природной» и «гномической» воли, в качестве носителей этих воль. С этих позиций  самосознание рассматривается не как извечно данное явление, но как компенсационный механизм, возникший после грехопадения  и позволяющий человеку сделать выбор к Богу в условиях безбожного мира.


 
Введение в проблематику вопроса

Среди православных богословов современности существует не очень оживленная, но достаточно длительная дискуссия о понимании и возможности использования понятия «личность» в богословском контексте[1]. Связано это, вероятно, с двумя обстоятельствами. Во-первых, православное учение о человеке не было догматизировано отцами Церкви. Во-вторых, в Европе в Новое время в центре богословских и философских исканий постепенно становится человек, а не Бог, происходит замена теоцентризма антропоцентризмом. В связи с этим понятие «личность» рассматривается как основное понятие, выражающее новый взгляд на человека.

Как отмечают исследователи, в терминологии отцов Церкви для выражения особенности, уникальности человеческого индивида (и вообще единичной вещи) использовался термин «ипостась», или «лицо», противопоставляемый термину «природа», или «сущность». Термины «ипостась» и «сущность» в значительной степени соответствуют понятиям аристотелевских первой и второй сущности как частного и общего. «Сущность» («природа», «естество») обозначает в триадологии отцов Церкви общее родовидовое понятие, универсалию. «Ипостась» же отображает конкретизацию этого общего в отдельной вещи, означает индивидуальный реально существующий предмет, противопоставленный другим конкретизациям этой же сущности («ипостась есть сущность с особыми характеристиками», по выражению преподобного Максима Исповедника). В таком же значении употреблялся и синонимичный термину «ипостась» термин «лицо»[2].

По словам преподобного Иоанна Дамаскина, святые отцы названиями «ипостась», «лицо» и «индивидуум» обозначали одно и то же, а именно тo, что, состоя из субстанции и акциденций, существует само по себе и самостоятельно, различается числом и выражает такого-то, например, Петра, Павла, такого-то коня. В этом определении видна еще одна значимая для святоотеческой мысли черта: понятия «лицо» и «ипостась» могут обозначать как существа разумные, наделенные самосознанием, то есть ипостаси разумной природы, так и другие самые разнообразные предметы материального мира. Лицо — это не только Лицо Пресвятой Троицы, конкретный ангел или человек, но и такой-то конь или вол[3].

В современном понимании значение понятия «личность» лежит в совершенно другой плоскости. К основным характеристикам личности в европейской традиции относят свободу, автономность (суверенность), то есть выделенность себя из любого сообщества или толпы, четкое отличие своего «Я» от других, независимость от авторитета, ориентация на свои, сознательно принятые, внутренние ценности, а не на то, что внушается со стороны. Все эти качества становятся возможными потому, что сердцевиной, центром личности является самосознание[4]. Самосознание представляется последним рубежом, оплотом личности, поскольку именно оно является тем принципиально необъективируемым субъектом, который отвечает на вопрос «кто» и о котором нельзя задать вопрос «что». Самосознание рассматривается и как основа нравственности, поскольку именно оно оценивает поступки и помыслы человека на соответствие предзаданным образцам, и выносит свое суждение о них. Именно в этом и выражается, по сути, голос совести.

Важнейшим качеством личности является осознание своей уникальности, своего отличия от других, как ценности. Личность уникальна и несопоставима с другими, поскольку другие тоже уникальны, и эта уникальность и есть высшая ценность. Понятие уникальности и её ценности однозначно включено в новоевропейское понятие личности. В средние века или в византийском обществе, естественно, тоже понималось, что есть Петр, есть Павел, что они представляют собой единичные неповторимые экземпляры человеческой природы. Тем не менее эта уникальность не рассматривалась как ценность. Существовал набор идеальных нормативов — святой, воин, мать семейства и так далее, и человек оценивался на соответствие этим нормам. Каждый отдельный человек не в полной мере соответствовал идеальным образцам, поскольку обладал конкретным набором физических и психических особенностей, но эти особенности рассматривались скорее как отклонение от предписанной ему роли[5]. Естественно, в таком контексте употреблять понятие «личность», невозможно, а понятие «лицо», или «ипостась», как раз и можно было определить как «конкретный набор индивидуализирующих признаков». В идеале же каждый человек должен был образцово соответствовать установленному нормативу[6].

Таким образом, термин «ипостась» и синонимичный ему термин «лицо», принятые в святоотеческой традиции, по своему смысловому значению явно отличаются от термина «личность» в персоналистической традиции Нового и Новейшего времени, и простое отождествление этих понятий является значительным искажением древнехристианской богословской мысли[7].

Однако и не принимать во внимание центральное в европейской традиции понятие «личность» в настоящее время невозможно, поскольку это означает, с одной стороны, исключение православного богословия из актуальной интеллектуальной жизни, а с другой стороны, ведет к полному игнорированию самоощущения современного человека, уже осознавшего себя личностью. В связи с этим уже в XIX веке возникли попытки ввести термин «личность», понимаемый как «самосознание», в богословский контекст[8], и эта тенденция, естественно, продолжилась и дальше[9].

В.Н. Лосский, основываясь в большей степени не на триадологии (в, которой, собственно, и была выработана «ипостасная» терминология), а на христологии православной Церкви[10], вообще пришел к выводу о невозможности положительного определения понятия «личности», и дал свое, ставшее во многом классическим, определение: «личность есть несводимость человека к своей природе»[11]. Однако такое определение допускает достаточно произвольные интерпретации, и, кроме того, остаются вопросы о соотношении терминов «ипостась», «лицо», «личность», хотя сам В.Н. Лосский употреблял их как взаимозаменяемые.

Протоиерей Павел Хондзинский в недавно вышедшей статье предложил свое решение вопроса о соотношении этих терминов, основываясь на некоторых суждениях святителя Феофана Затворника. Святитель Феофан Затворник различает сознание и самосознание, при этом функцию отличения себя от вещей мира выполняет сознание, самосознание же рассматривается как самосознание нравственное. Сознание возникает на уровне душевных явлений, откуда вытекает, что и «лицо», «я» как продукт этих душевных явлений у человека общее с животными. Нравственное же самосознание есть принадлежность духа. Исходя из такого разделения, протоиерей Павел Хондзинский заключает, что и святоотеческие понятия «ипостась» и «сознание» в понимании святителя Феофана Затворника выполняют функцию отличения себя от иного. Разница же заключается в том, что свойственный древности и средневековью взгляд на человека извне заменяется взглядом «изнутри», характерным для Нового времени. Кроме того, сознание, определяя себя не только относительно внешнего мира, но и предвечного закона Божия, становится нравственным самосознанием. Таким образом, по мысли исследователя, святитель Феофан представляет антропологические характеристики Нового времени («я», «сознание», «самосознание») как внутренние характеристики описанного Отцами древности на языке античной метафизики извне понятия «разумной ипостаси» («лица»)[12].

Данное решение представляется весьма интересным и значимым, хотя при этом личность-самосознание предстает как выражение высших проявлений человеческой природы, что противоречит противопоставлению «личность» — «природа», сформулированному богословами-персоналистами и имеющему свои основания[13].

 
О месте самосознания в структуре личности

В процессе богословского осмысления понятия «личность» не менее важным, по нашему мнению, является отдельное рассмотрение понятия «самосознание» и определение его места в структуре личности.

Преподобный Максим Исповедник описывал христианский путь как постепенное преодоление разрывов и обретение целостности при восхождении к Богу[14]. Самосознание как некая надстройка над сознанием, «высший наблюдатель», оценивающий мысли, слова и поступки, как раз и является, по нашему представлению, свидетельством внутреннего разрыва в человеке. Сознание отделено от самосознания, в свою очередь, слово отделено от сознания (можно говорить не то, что думаешь), а действие отделено от слова (говорю одно, делаю другое). Такой разрыв создает возможность греховного действия, примерно как об этом писал Апостол Павел: «доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю» (Рим. 7:19). И в первую очередь такой разрыв создает возможность для лжи, первый пример которой приводится в 3-й главе Книги Бытия: после грехопадения Адам, с одной стороны, начинает давать себе нравственные оценки («нехорошо быть обнаженным»), с другой же стороны, он начинает думать и оценивать, что можно, а что нельзя говорить Господу, начинает придумывать себе оправдания. Можно также добавить, что для преподобного Максима Исповедника была неприемлема мысль о том, что у Иисуса Христа во время Его земного существования возникали какие-либо колебания, изменения или внутренний выбор[15]. Однако у обычного человека нравственная оценка своих мыслей, слов и поступков и тех последствий, которые они влекут, неизбежно сопровождается сомнениями и колебаниями, что явно свидетельствует об отсутствии цельности.

Исходя из мысли преподобного Максима Исповедника, нам представляется особенно важным на пути восхождения к Господу обретение человеком целостности, в том числе восстановление утраченного человеком после грехопадения единства сознания и самосознания. При этом будет обретена и неразрывность, целостность цепочки «мысль-слово-дело», то есть мысль будет едина со словом и поступком (реализацией мысли и слова).

По нашему мнению, сознание и самосознание до грехопадения и в жизни будущего века должны быть единым целым. В связи с этим положением вполне логично соотнести понятия «сознание» и «самосознание» с понятиями «природной» и «гномической» (личностной) волей, согласно терминологии преподобного Максима Исповедника. Природная воля в человеке — это способность стремления к тому, что соответствует природе человека, и она направляет человека к реализации своего логоса — замысла Божиего о человеке. Однако после грехопадения действует еще и искаженный модус природной воли — гномическая (избирательная) воля, произволение. И человек действует не в согласии с заложенными в него внутренними природными стремлениями, но сам лично выбирает пути своей жизни, стремится к тем целям, которые индивидуалистически ставит перед собой[16]. Такой выбор сопровождается оценкой своих действий, ведущих к выбранной цели, и, как следствие, колебаниями и сомнениями. У Господа во время Его земной жизни не было гномической воли, поэтому у Него не было сомнений или внутреннего выбора.

Соотнесение сознания и самосознания с природной и гномической волей представляется достаточно органичным, поскольку воля подразумевает «волящего». Субъектом природной воли выступает сознание, гномической — самосознание.

Человек в падшем состоянии должен использовать личностную, гномическую волю для того, чтобы встать на путь спасения, в конце которого гномическая воля будет отброшена и останется только природная воля, направленная к выполнению замысла Божиего об этом конкретном человеке. Другой возможности, другого инструмента у человека не существует. Подобным же образом и самосознание, и связанная с ним нравственная оценка должны использоваться для движения к Господу. Однако из соотнесения гномической воли и самосознания следует и тот вывод, что личность-самосознание должна не усиливаться, а если и не исчезнуть, то подвернуться радикальной трансформации на пути Обожения.

Некоторое подтверждение этой мысли можно встретить в работах В.Н. Лосского. В статье «Кафолическое сознание. Антропологическое приложение догмата Церкви» В.Н. Лосский задается вопросом: кому же принадлежит кафолическое сознание Церкви? Отвечая на этот вопрос, он приходит к выводу, что кафолическим сознанием Церкви является не сознание Христа, не сознание Святого Духа, а совокупность множества «сознаний» различных личностей — членов Церкви. Глубина их укорененности в Церкви зависит от того, в какой мере они откажутся от «самосознания» и сделают объектом своего сознания не самих себя («само-сознание»), а Церковь. «Сознателен в Истине тот, кто перестает быть предметом собственного сознания… В Церковной реальности, в становлении нового творения многие "личные сознания" становятся сознанием Церкви только в той мере, в какой они перестают быть "само-сознаниями" и ставят вместо собственного своего "я" одно-единственное содержание в многочисленных церковных сознаниях»[17].

В свете вышеизложенного становится очевидным, что самосознанию (как и гномической воле) присуща определенная двойственность. С одной стороны, наличие самосознания (гномической воли) свидетельствует о разрыве, разломе в человеке, утрате его целостности. С другой стороны, самосознание является основой его нравственности. В связи с этим возникает вопрос о самосознания в современном, насущном состоянии, в том числе и о радикальном возрастании его роли в Новое время[18].

 Самосознание как компенсационный механизм

По нашему мнению, самосознание можно рассматривать как определенного рода компенсационный механизм, возникший после грехопадения. Для пояснения принципа действия компенсационного механизма приведем простой пример из области медицины. Когда в человеческом организме происходит травма сустава, вокруг него нарастают мышцы, которые в некоторой степени берут на себя функции, выполняемые суставом. Такие мышцы по необходимости должны быть сильными и могут внешне выглядеть вполне привлекательно, но это всего лишь попытка организма компенсировать неправильную работу одних органов гипертрофированной работой других.

Пример подобной компенсации можно найти в святоотеческой литературе. Он касается разделения человека на два пола. Отцами Церкви высказывалась мысль о том, что разделение на два пола не было необходимостью, но Бог, предвидя грехопадение человека, разделил человечество на два пола. То есть половое различие — это действие промысла Божиего и одновременно механизм, позволяющий в определенной мере компенсировать изменения в человеческой природе, вызванные грехопадением[19].

Нам представляется, что самосознание является такого рода компенсационным механизмом, который позволяет человеку формировать свою систему ценностей и осуществлять нравственное поведение. Если рассматривать самосознание с этих позиций, становится понятным, в связи с какими обстоятельствами начала возрастать его роль в Новое время. В византийском и средневековом обществе сам быт и система ценностей были христианскими, роль личного выбора была невелика. Как отмечает протоиерей Павел Хондзинский, в традиционной России человек спасался через священный быт, иначе говоря, через освященную повседневную трудовую деятельность: «Зарождаясь в богослужебной жизни, церковный быт прорастает глубоко в повседневность, придаёт ей характер осмысленного существования и освящает (сакрализует) её»[20]. Существовала сакральная среда, в которой человек жил и которой старался соответствовать. Такое поведение и обеспечивало спасение. Однако мир постепенно десакрализовался, и в этих условиях человек уже не мог спастись, соблюдая установленный миропорядок, он был вынужден спасаться личными усилиями.

Таким образом, в Новое время все более возрастает значение личностных качеств человека на пути к спасению, и в связи с этим они требуют внимательного рассмотрения. Остановимся на одном из них. По мере роста самосознания особое значение приобретает такое качество личности, как автономность, то есть осознание своего отделения от других людей и от социума, опора на свои внутренние, осознанно выработанные ценности, а не внешний авторитет. Автономность и самосознание являются двумя взаимосвязанными свойствами, они коррелируют друг с другом. Автономность, отделение от социума, ведет к попыткам самостоятельно осознать сложившуюся ситуацию, к возрастанию самосознания, а возрастание самосознания приводит к дальнейшему увеличению автономности, отделению себя от других людей.

Автономность личности, на наш взгляд, вызывает наиболее неоднозначное отношение с православной точки зрения, поскольку она является именно тем свойством, которое позволяет человеку чувствовать свою независимость от Бога[21]. Это ясно видно в современной западной культуре. С православных позиций, такое проявление автономности ставит под сомнение и само понятие личности[22]. Однако вместе с тем автономность позволяет, что очень важно, сделать личный выбор к Богу в условиях, когда в обществе уже господствуют антихристианские ценности. То обстоятельство, что автономность можно использовать и во зло, в отвержение Бога — это общее свойство всех вещей в нашем поврежденном мире. В целом же можно сказать, что в настоящее время спасение без принятия на себя «бремени личности», осознания своей автономности, выработки своей системы ценностей, базирующихся на Христовых заповедях, принятия на себя ответственности за свои поступки, становится невозможным.

 Некоторые предварительные выводы

В случае, если мы исходим из определения, что личность есть несводимость к природе, то, естественно, она (личность) не может определяться своими природными свойствами, к которым относятся сознание и самосознание. Сторонники богословского персонализма вполне последовательно не включают самосознание в число качеств личности. Так, С.А. Чурсанов, один из современных последователей этого направления, к основным атрибутам личности относит свободу, открытость, творчество, уникальность и целостность[23].

С другой стороны, если мы рассматриваем личность как совокупность высших свойств человеческой природы — разума, духа, то, как уже было сказано, это влечет за собой проблемы в области христологии, ведь Христос принял в Свою ипостась всю полноту человеческой природы, и если бы ипостась-личность сводилась к природным качествам, то Он неизбежно должен был принять и человеческую ипостась, что ведет к несторианской ереси.

Возможен и компромиссный вариант, когда личность в высшем смысле, как проявление образа Божиего в человеке, остаётся неопределимой, но самосознание признается как важнейшее проявление, признак личности. Такое определение личности принято в учебном пособии протоиерея Вадима Леонова «Основы православной антропологии»[24] и является вполне взвешенным.

Вместе с тем, с учетом высказанных в настоящей статье положений, самосознание, по нашему мнению, нельзя рассматривать как неотъемлемое свойство личности, поскольку по мере своего приближения к Богу оно утрачивается (или радикально изменяется). Самосознание скорее является свидетельством внутреннего разрыва в человеке и одновременно инструментом, с помощью которого человек может преодолеть этот разрыв и устремиться к Богу. В этом отношении сознание и самосознание соответствуют святоотеческому учению о наличии в человеке двух воль — природной и гномической.

В процессе секуляризации общества роль самосознания существенно возрастает, вплоть до того, что самосознание фактически отождествляется с личностью. Но в этих условиях именно развитое самосознание и связанная с ним внутренняя автономность позволяют человеку сделать самостоятельный выбор ко Христу.

 

Литература

1. Баткин Л.М. Итальянское Возрождение в поисках индивидуальности. – М.: Наука, 1989. – 272 с.

2. Дионисий (Шленов), игум. Гефсиманское моление в свете христологии преподобного Максима Исповедника. URL: http://www.portal-slovo.ru/theology/44610.php.

3. Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. – М.: Искусство, 1984. – 350 с.

4. Леонов В., прот. Основы православной антропологии: Учеб. пособие. – М.: Изд-во Московской Патриархии РПЦ, 2013. – 456 с.

5. Лосский В.Н. Боговидение: Сб. ст. – М.: Изд-во АСТ, 2006. – 757 с.

6. Малков П.Ю. Ипостась: личность или индивидуум? (К вопросу о присутствии в святоотеческом наследии смысловых аналогов понятия «личность») // Он же. По образу Слова: Сб. ст. – М., 2007. URL: http://orthodoxy.cafe/index.php?topic=3691.0.

7. Малков П.Ю. «Не упуская собственный логос». Преподобный Максим Исповедник о «логосах ипостасной особенности» и жизни будущего века. URL: http://ss.lvwww.pravoslavie.ru/93234.html

8. Панайотис К. Христу. Преп. Максим Исповедник о бесконечности человека. URL: http://www.pravoslavie.ru/put/nasledie/pchristou-prepmaximisp.htm

9. Романов Н.В. Историческое развитие культуры. Проблемы типологии – М.: Наука, 1991. – 192 с.

10. Терстеген Герхард. Краткий трактат о сущности и пользе истинного благочестия. URL: http://www.bogoslov.ru/text/5141999.html.

11. Улитчев И.И. Богословский персонализм В.Н. Лосского, его истоки, специфика и возможность применения для изложения православных вероучительных истин: Автореф. дис. канд. богословия. – М., 2014. URL: http://download.pstgu.ru/ DATACENTER/ DIR_FILES/ DIR_ZIP/Docum/dissovetB/Ulitchev.doc.

12. Улитчев И.И. Некоторые проблемы адаптации терминологии и методологии персонализма для изложения православных вероучительных истин // Научные труды Донской духовной семинарии: Сб. – Вып. 1. – Ростов-на-Дону, 2013. – С. 53-72.

13. Хондзинский П.В., прот. Святитель Филарет Московский: богословский синтез эпохи. Историко-богословское исследование. – М.: Изд-во ПСТГУ, 2012. – 304 с.

14. Хондзинский П.В., прот. Антропология святителя Феофана Затворника и зарождение первых персоналистических концепций в русском богословии // Вестник ПСТГУ. Сер. I. Богословие. Философия. Религиоведение. – 2017. – Вып. 70. – С. 11-27.

15. Хоружий С.С. Исихазм как пространство философии // Вопросы философии. – 1995. – № 9. – С. 80-95.

16. Чурсанов С.А. Лицом к лицу: Понятие личности в православном богословии XX века. – М.: Изд. ПСТГУ. – 2014. – 264 с.

17. Шичалин Ю.А. О понятии «личности» применительно к триединому Богу и Богочеловеку Иисусу Христу в православном догматическом богословии // Вестник ПСТГУ. Сер. 1. Богословие. Философия. – 2009. – Вып. 1(25) – С. 47-72.


[1] См., например: Улитчев И.И. Богословский персонализм В.Н. Лосского, его истоки, специфика и возможность применения для изложения православных вероучительных истин: Автореф. дис. канд. богословия. Разд. Общая характеристика работы. – М., 2014. URL: http://download.pstgu.ru/DATACENTER/DIR_FILES/DIR_ZIP/Docum/ dissovetB/ Ulitchev.doc.

[2] Малков П.Ю. Ипостась: личность или индивидуум? (К вопросу о присутствии в святоотеческом наследии смысловых аналогов понятия «личность») // Он же. По образу Слова: Сб. ст. – М., 2007. URL: http://orthodoxy.cafe/index.php?topic=3691.0.

[3] Там же.

[4] В контексте рассматриваемой богословской полемики Ю.А. Шичалин принимает как корректное определение личности из статьи Вл. Соловьева для словаря Брокгауза и Ефрона: «Личность (философ.) – внутреннее определение единичного существа в его самостоятельности, как обладающего разумом, волей и своеобразным характером, при единстве самосознания…» (Шичалин Ю.А. О понятии «личности» применительно к триединому Богу и Богочеловеку Иисусу Христу в православном догматическом богословии // Вестник ПСТГУ. Сер. 1. Богословие. Философия. – 2009. – Вып. 1(25). – С. 49).

[5] Вот что пишет об этом историк-медиевист А.Я. Гуревич: «Человек не осознает себя как автономную индивидуальность, он принадлежит к целому и должен выполнять в его рамках отведенную ему роль… Социальная роль, предназначенная для человека, рассматривалась как его призвание (vocatio), – высшею силою он призван выполнять это призвание и всецело соответствовать своей роли. Его личные способности направлены на то, чтобы с наибольшим успехом осуществлять свое социальное предназначение». Подробнее см.: Гуревич А.Я. В поисках человеческой личности // Категории средневековой культуры. – М.: Искусство, 1984. – С. 296-327.

[6] В святоотеческой литературе достоинство человека видели не в его уникальности, то есть не в том, что он «ипостась», или «лицо» (что с точки зрения традиционной терминологии было бы абсурдом, так как не существует природы без ипостаси), а в чертах его природы, прежде всего в разумности и свободной воле. Подробнее см.: Улитчев И.И. Некоторые проблемы адаптации терминологии и методологии персонализма для изложения православных вероучительных истин // Науч. тр. Донской духовной семинарии: Сб. – Вып. 1. – Ростов-на-Дону, 2013. – С53-72.

[7] Малков П.Ю. Ипостась: личность или индивидуум? (К вопросу о присутствии в святоотеческом наследии смысловых аналогов понятия «личность») // Он же. По образу Слова: Сб. ст. – М., 2007. URL: http://orthodoxy.cafe/index.php?topic=3691.0.

[8] Хондзинский П.В., прот. Антропология святителя Феофана Затворника и зарождение первых персоналистическиех концепций в русском богословии // Вестник ПСТГУ. Сер. I: Богословие. Философия. Религиоведение. – 2017. – Вып. 70. – С. 24.

[9] Например, по словам С.С. Хоружего, «...путь Обожения требует не растворения и утраты, но усиления и расширения индивидуального самосознания, конкретно-личной идентичности человека…» (Хоружий С.С. Исихазм как пространство философии // Вопросы философии. – 1995. – № 9. – С. 82).

[10] Малков П.Ю. Ипостась: личность или индивидуум? (К вопросу о присутствии в святоотеческом наследии смысловых аналогов понятия «личность») // Он же. По образу Слова: Сб. ст. – М., 2007. URL: http://orthodoxy.cafe/index.php?topic=3691.0

[11] Лосский В.Н. Богословское понятие человеческой личности // Лосский В.Н. Боговидение. – М.: Изд-во АСТ, 2006. – С. 654.

[12] Хондзинский П.В., прот. Антропология святителя Феофана Затворника и зарождение первых персоналистическиех концепций в русском богословии // Вестник ПСТГУ. Сер. I: Богословие. Философия. Религиоведение. – 2017. – Вып. 70. – С. 20.

[13] Если мы рассматриваем личность как совокупность высших свойств человеческой существа (разума, духа), то сталкиваемся с проблемами в области христологии. Ведь Христос принял в свою ипостась всю полноту человеческой природы, и если бы ипостась-личность сводилась бы к природным качествам, то он неизбежно должен был принять и человеческую ипостась, но, как известно, учение о двух ипостасях во Христе является несторианской ересью. См., напр.: Малков П.Ю. Ипостась: личность или индивидуум? (К вопросу о присутствии в святоотеческом наследии смысловых аналогов понятия «личность») // Он же. По образу Слова: Сб. ст. – М., 2007. URL: http://orthodoxy.cafe/index.php?topic=3691.0.

[14] «Перед человеком была поставлена задача объединить пять великих разделений в природе (нетварное и тварное, умопостигаемое и чувственное, небеса и земля, рай и мир (за пределами рая), мужское и женское) посредством правильного использования естественных способностей. Начиная с его собственного разделения на мужское и женское, человек должен был через бесстрастие, в Божественном целомудрии отринуть свою природу и стать просто "обнаженным человеком"; затем, проходя через другие противоположности, в конце концов он мог бы объединить нетварное естество с тварным, по дару благодати являя их как единое. Однако первый человек оказался не в состоянии не только сохранить соединение имеющихся основ, но даже отпал от приближения к своему прототипу <…>, пошел по пути, ведущему к дальнейшему разделению и почти пришел к небытию» (Панайотис К. Христу. Преподобный Максим Исповедник о бесконечности человека. URL: http://www.pravoslavie.ru/put/nasledie/pchristou-prepmaximisp.htm).

[15] Дионисий (Шленов), игум. Гефсиманское моление в свете христологии преподобного Максима Исповедника. URL: http://www.portal-slovo.ru/theology/44610.php.

[16] Малков П.Ю. «Не упуская собственный логос». Преподобный Максим Исповедник о «логосах ипостасной особенности» и жизни будущего века. URL: http://ss.lvwww.pravoslavie.ru/93234.html.

[17] Лосский В.Н. Кафолическое сознание. Антропологическое приложение догмата Церкви // Лосский В.Н. Боговидение. – М.: Изд-во АСТ, 2006. – С. 719.

[18] На наш взгляд, сейчас почти невозможно в полной мере оценить произошедший в Новое время переворот в самосознании человека. В своё время русский философ Н.В. Романов выдвинул идею о наличии в исторической перспективе двух типов сознания – с отсутствием развитого самосознания и с наличием такового. Такой подход выглядит достаточно очевидным, но Н.В. Романов, по нашему мнению, очень четко сформулировал данную проблему. Он выделил, опираясь на исторические, социологические и антропологические исследования, тип сознания, непосредственно погруженный в деятельность, и назвал его симпрактическим (погруженным в практику). Человек с таким типом сознания с наших позиций выглядит довольно странным, поскольку он не имеет мотивации, выходящей за пределы его непосредственной повседневной деятельности. Он не решает абстрактные задачи, например, силлогизмы (поскольку нет конкретных обстоятельств, требующих конкретного решения); отказывается выполнять тесты, связанные с какими-то воображаемыми или условными обстоятельствами, поскольку нет конкретной мотивации (для нашей культуры мотивом может являться «проверить себя» и т.д.); не может дать себе характеристику, не привлекая внешних свидетельств («говорят, что я медлительный») и так далее. Также В.Н. Романов напоминает об известном факте, что в ранних юридических памятниках отсутствует различение намеренных и ненамеренных действий. Он делает такой вывод: процесс овладения традиционной личностью своим поведением полностью исключает момент аутоабстрагирования – рефлексивное самосознание остается практически недоступным для неё, личность оказывается просто лишенной возможности осуществлять произвольный, осознанный контроль над своей собственной мыслительной деятельностью. Второй тип сознания, «теоретический», по Н.В. Романову, или иначе – «оценочный», характерен для современной культуры, и связан с развитым самосознанием, когда человек не только действует, но и постоянно оценивает свои действия, проверяет свою мотивацию, соотносит поступки со своими внутренними ценностями и так далее. В.Н. Романов связывает формирование такого типа сознания с возникновением в обществе новых видов деятельности, обусловленных развитием письменности, для которых характерен некий «зазор» (хотя бы временной) между замыслом действия и его исполнением. При отсутствии этого «зазора» замысел и исполнение прямо и четко связаны и непосредственно следуют друг за другом («сказал-сделал»). (Подробнее см.: Романов Н.В. Историческое развитие культуры. Проблемы типологии. – М., 1991. – 192 с.). Этот момент представляется важным, но, вероятно, не является единственным. В любом случае переход от одного типа сознания к другому не был одномоментным и занимал значительное время. Н.В. Романов ссылается на записи советского психолога А.Р. Лурии, проводившего полевые исследования в Средней Азии в первой половине XX века. Сам Н.В. Романов применяет идею о двух принципиально различных типах сознания к русской культуре XIX века. Но для целей нашего исследования описанный им «симпрактический» тип сознания важен как некая историческая иллюстрация того, что человек с отсутствием самосознания или, скорее, малой степенью его выраженности, является сознательным разумным человеком, способным вполне адекватно жить и действовать в окружающей среде и в своём социуме, за одним исключением – он фактически лишен нравственности, поскольку внутренняя нравственная самооценка отсутствует, а его поведение полностью определяется внешними обстоятельствами (главным образом нормами, принятыми в социуме).

[19] Леонов В., прот. Основы православной антропологии: Учеб. пособие. – М.: Изд-во Московской патриархии РПЦ. – 2013. – С. 92.

[20] Прот. Павел Хондзинский. Святитель Филарет Московский: богословский синтез эпохи. Историко-богословское исследование. – М.: Изд-во ПСТГУ, 2012. – С. 16.

[21] В советской историографии процессу выделения личности современного типа из средневековой анонимности уделялось значительное внимание. В качестве одного из таких исследований можно назвать книгу Баткина Л.М. «Итальянское Возрождение в поисках индивидуальности» (1989), получившую известность в своё время. Однако процесс становления личности здесь рассматривался только с одной стороны – как процесс возникновения самодовлеющей богоборческой личности, происходивший в рамках европейского ренессанса. При этом личность выделялась, прежде всего, за счёт реабилитации, а затем и гипертрофирования чувственности, что стало мейнстримом европейской культуры на долгое время. Однако существовала и другая сторона процесса, представление о которой дают, например, появляющиеся в настоящее время переводы ранних немецких протестантов, выполняемые игуменом Петром Мещериновым, когда личность современного типа, с развитым самосознанием, не поднимала бунт против Бога, но искренне искала пути ко Христу в своих исторических условиях. См., напр.: Терсте́ген Герхард. Краткий трактат о сущности и пользе истинного благочестия. URL: http://www.bogoslov.ru/text/5141999.html и другие аналогичные публикации.

[22] Можно отметить также, что, на наш взгляд, требование послушания, как в семейной, так и монашеской жизни, если оно не сопровождается любовью (= благодатью Святого Духа), ведет как раз к подавлению автономности личности. Представляется, что это может служить подтверждением мысли В.Н. Лосского о том, что личность, личностное существование обеспечивается Святым Духом: «…наши личности, дабы каждая из них могла свободно осуществлять своё единение с Богом, должны утверждаться в своём личном достоинстве Святым Духом». Подробнее см.: Лосский В.Н. Искупление и обожение // Лосский В.Н. Боговидение. – М.: Изд-во АСТ, 2006. – С. 632-645.

[23] Чурсанов С.А. Лицом к лицу: Понятие личности в православном богословии 20-го века. – М.: Изд ПСТГУ, 2014. – С. 138-151.

[24] Леонов В., прот. Основы православной антропологии: Учеб. пособие. – М.: Изд-во Московской Патриархии РПЦ, 2013. – С. 117-118.

Подписаться на ленту комментариев к этой публикации

Комментарии (30)

Написать комментарий
#
11.12.2017 в 19:36
Попробую все-таки сформулировать некое резюме.
Как здесь уже отмечали, нам мало известно о состоянии человека до грехопадения. Я исхожу из того, что сознание первоначального Адама было цельным, но он обладал при этом моральным чувством, то есть различением добра и зла. На мой взгляд, подобное заключение правомерно. Собственно, если мы что-то говорим об Адаме, исходя из состояния падшего человека, это тоже предположение.
Второе - личность как образ и подобие Божие неопределима, но главным проявлением личности в падшем мире является самосознание.
Исходя из этих предпосылок, сопоставление самосознания и гномической воли в падшем состоянии представляется мне вполне правомерным, со всеми вытекающими, прежде всего двойственной ролью и того и другого на пути ко спасению. На мой взгляд, такая гипотеза может помочь и в понимании других имеющихся фактов. Во всяком случае, самосознание при таком подходе выходит из ряда чисто психологических явлений, которыми богословие, как правило, не интересуется.
Возможно, некоторую путаницу вызвало то, что я сразу попытался рассмотреть самосознание в некоторой исторической перспективе. Надо было более четко разделить эти два момента.
Вероятно, и терминология может требовать уточнения.
В общем основное я высказал в статье, что мог, пояснил в комментариях, хотелось бы завершить дискуссию.
Спасибо всем высказавшимся в обсуждении.
Ответить

#
7.12.2017 в 14:58
...Существовала сакральная среда, в которой человек жил и которой старался соответствовать. Такое поведение и обеспечивало спасение. Однако мир постепенно десакрализовался, и в этих условиях человек уже не мог спастись, соблюдая установленный миропорядок, он был вынужден спасаться личными усилиями.
Мысль интересная, но врядли оценка совершенно верная. Куда делось внутреннее делание, борьба с греховностью личным усилием? Как будто "священный быт" есть залог бесстрастия... А ведь внутреннее делание есть по преимуществу новозаветное.
Ответить

#
8.12.2017 в 19:24
Мысль интересная, но вряд ли оценка совершенно верная. Куда делось внутреннее делание, борьба с греховностью личным усилием? Как будто "священный быт" есть залог бесстрастия... А ведь внутреннее делание есть по преимуществу новозаветное.

Здесь как раз нужно бы хорошее историческое исследование. Но вопрос интересный, поэтому попробую поделиться некоторыми соображениями.
Безусловно, борьба со страстями и внутреннее делание требуют развитого самосознания. С другой стороны, в средневековье с развитым самосознанием было не очень хорошо. На мой взгляд, ответ здесь заключается в том, что борьба со страстями была монашеским деланием. И средством формирования личности с развитым самосознанием была прежде всего частая исповедь с исповеданием помыслов. Такая исповедь под руководством наставника заставляла разбираться в своих внутренних желаниях, намерениях, мотивациях и т.д., то есть и формировала самосознание. Для мирян же (а подавляющее большинство мирян составляли крестьяне) исповедь с разбором мотиваций не предусматривалась, да это было и невозможно. Для мирян требовалось назвать грехи, то есть конкретные поступки. Даже и с этим, как я понимаю, были проблемы, недаром же были пособия со списками грехов, чтобы даже на уровне действий сказать - такое-то действие грех, а такое не грех. Крестьяне, выросшие в традиционной крестьянской общине, действительно спасались через освященный быт, то есть через благочестивую жизнь, а эту благочестивую жизнь организовывали святые императоры и другие правители, почему они и стали святыми. Такая благочестивая жизнь могла приносить плоды, как можно судить по русскому крестьянству, но было и много специфических проблем, о чем писал, например, Достоевский. Но во всяком случае, когда этот внешний быт разрушается, а внутренней работы нет, происходит катастрофа.
В наше же время уже нет ни святых императоров, ни даже крестьян. И приходской священник вряд ли будет выслушивать наши помыслы. Но в этом, на мой взгляд, и нет необходимости - все-таки самосознание в нас сформировано культурой. И нам нужно, условно говоря, "откровение помыслов" перед собой - то есть разбираться в своих желаниях, намерениях, мотивациях и т.д., то есть заниматься внутренней жизнью, с Божией помощью и помощью Священного Писания, благо сейчас все грамотные. Нужно постараться быть максимально честным перед собой, в чем и заключается искренность. Здесь я как раз и вижу промыслительное значение возрастания самосознания - что у нас есть инструмент для внутренней работы, независимый от внешних условий.

Ответить

#
9.12.2017 в 12:25
Да, я всё это понимаю. Просто не могу поверить, что всё так внешне-механически в отношении влияния "священного быта"? К примеру, наш гипотетический крестьянин оком похотливым воззрел на чью-то жену, ему совесть однозначно подсказывает, что это нехорошо, потому что идёт вопреки внешним устоям. И что наш крестьянин ввиду этого помысла без борьбы и размышлений уступает совести место, отстраняясь от помысла худого, ибо -- "быт священен"?.. Не верится. Скорее всего, что-то думал, как-то боролся, как-то молился, размышлял за сохой (без кавычек) о Боге и Его Промысле, воспитании Им человеков, искушениях и смысле своего существования (которое суть в безгрешном Царствии Небесном в его понимании).
Что сейчас изменилось в отношении тех времён? Так, как этот гипотетический крестьянин, размышляют, борятся, ищут примерно столько же (в процентном отношении) людей за своею "сохой". Разница только в том, что культура скопила больше опыта самосознания и расширила его описываемый круг в человеке. Но, как и прежде, для того, чтоб отклонить худой помысел или день за днём "ходить за сохой", необходимо личное произволение (понуждение себя) и никакое количество прочтённых книжек о самосознании не подмога в этом. То есть на практике, похоже, ничего не изменилось...
Стало больше в "несвященном быту" места для выбора, повода для оценок? -- Да, круг этот стал шире, "гноми" стал использоваться относительно чаще. (Хотя мы во многом рабы привычек, потому что на творчество и поиск нужно вдохновение, и, выбрав раз, не меняем решения до момента "X"). Но что касается значимых для человека составляющих в применении самосознания -- молитва, труд, семья -- то в сущности не изменилось ничего: ежедневное крестоношение. И, в целом, это сопоставимо с тем, что поисходило бы в раю -- расширение самопознания и всего творения (в свете Божьей Истины). То есть самосознание не может считаться компенсационным механизмом, на мой взгляд. (И по другим причинам, излагаемым в другой ветке).
Ответить

#
10.12.2017 в 15:27
"Что сейчас изменилось в отношении тех времён? Так, как этот гипотетический крестьянин, размышляют, борятся, ищут примерно столько же (в процентном отношении) людей за своею "сохой". "
Думаю, что не так. Лучше не исходить из гипотетических крестьян и общих соображений. Я писал там внизу по поводу исторического подхода, но в длинном обсуждении мысль теряется. Тут действительно нужны конкретные исторические исследования. Они в общем есть - изменения в истории самовосприятия и восприятия человеком окружающей действительности неплохо исследованы. Сейчас большинство исторических исследований посвящены как раз "истории менталитета", а не политической или социальной истории. И эти изменения в человеке действительно были достаточно кардинальны. Кстати, исследования в области исторического менталитета начались еще в 20-м веке, и, вероятно, статья В.Н. Лосского написана как раз в этом контексте, когда самосознанию в научных и философских работах стало уделяться слишком уж большое место. Но мы этот контекст не знаем, поэтому его статья выглядит достаточно абстрактно.
И еще насчет истории самосознания, точнее, отсутствия рефлексирующего сознания. Прошу прощения, сам не люблю, когда посылают куда-нибудь почитать, но все-таки, если будет время и желание, посмотрите работу В.Н. Романова (я суперкратко пытался изложить её в примечаниях) , хотя бы первую главу и раздел про Россию 19-го века. Он там поднимает тему диалогичности в русской культуре, типа диалога между народом и интеллигенцией. На мой взгляд, эта тема умерла, но его идеи можно приложить в более широком контексте, например, для исследования русской религиозности (можно и европейской, но для нас эта тема малоинтересна).
Он там опирается, в частности, на народника Г. Успенского, писателя, ходившего в народ. И основной вывод Успенского состоял в том, что все явления народного быта, как “гармонические”, так и весьма далёкие от какой бы то ни было гармонии, имели своим общим источником внешнюю по отношению к крестьянину силу - “власть земли”, исключавшую в его жизни момент волевого определения цели и обусловливавшую тем самым принципиальное отличие всего его духовного строя от внутреннего мира образованного человека:
“У земледельца нет ни шага, нет поступка, нет мысли, которые ни принадлежали бы земле... Она забрала его в руки без остатка, всего целиком, но зато он и не отвечает ни за что, ни за один свой шаг. Раз он делает так, как велит его хозяйка земля, он ни за что не отвечает: он убил человека, который увел у него лошадь, - и невиновен, потому что без лошади нельзя приступить к земле; у него перемерли все дети - он опять не виноват: не родила земля, нечем кормить было; он в гроб вогнал вот эту свою жену - и невиновен: дура, не понимает в хозяйстве, ленива, через нее стало дело, стала работа. А хозяйка-земля требует этой работы, не ждет.
Словом, если только он слушает того, что велит ему земля, он ни в чем не виновен; а главное, какое счастье не выдумывать себе жизни, не разыскивать интересов и ощущений, когда они сами приходят к тебе каждый день, едва только открыл глаза! Дождь на дворе - должен сидеть дома, вёдро - должен идти косить, жать и т. д. Ни за что не отвечая, ничего сам не придумывая, человек живет только слушаясь, и это ежеминутное, ежесекундное послушание, превращенное в ежеминутный труд, и образует жизнь, не имеющую, по-видимому, никакого результата (что выработают, то и съедят), но имеющую результат именно в самой себе" (Власть земли).
Но в общем это совсем уж выходит за рамки данного обсуждения. Я, вероятно, попробую сформулировать какое-то резюме, поскольку основное я высказал в статье, что-то пояснил в комментариях, вряд ли дальнейшее обсуждение может что-то принести.

Ответить

#
12.12.2017 в 01:46
" Власть земли " - как-то уж слишком по-язычески звучит. " Сакральная среда и священный быт " намного лучше было. Царь-помазанник Божий на престоле - никакой политики, никаких мнений ( гноми ) и никаких выборов ( президентов ), ты-крепостной - никаких забот об экономике, бизнесе, работе, зарплате, карьерном росте и т.д. Работай с утра до ночи и молись. Класс. Для гноме и для излишеств самосознания места нет. Сакральная среда и священный быт, однако. Почти как в монастыре. Шутки, шутками, а что-то в этом есть .......
Ответить

#
10.12.2017 в 14:02
// То есть на практике, похоже, ничего не изменилось...//

Изменилось. Существование человека стало в большей степени виртуальным. Самосознание - штука полностью виртуальная. Ваш крестьянин, идущий за сохой, с чем в основном имел дело?
С чувственно воспринимаем миром он имел дело. А современный человек погружен в умопостигаемый ( виртуальный ) мир. Его активность в этом виртуальном мире аналогична той активности, которую инициирует самосознание человека. Современный человек гипертрофически развивает гноми и в силу этого теряет способность к чувственному восприятию реальности. Возмещает свой чувственный голод и заменяет естественное чувственное существование противоестественными средствами: шоу, разврат, обжорство, вещизм и т.д.
Истинная счастливая жизнь - это чистое чувственное восприятие реальности, не омраченное виртуальными отвлечениями ( помыслами, фантазиями и т.д. ). Современным людям такая жизнь почти недоступна. Современные люди погружены в виртуальность и почти не воспринимают ( чистым образом ) чувственную реальность. ( Зато гноми - на высоте ).
Ответить

#
7.12.2017 в 13:36
// Возможен и компромиссный вариант, когда личность в высшем смысле, как проявление образа Божиего в человеке, остаётся неопределимой, но самосознание признается как важнейшее проявление, признак личности. Такое определение личности принято в учебном пособии протоиерея Вадима Леонова «Основы православной антропологии» и является вполне взвешенным.//

По-моему, " образ Божий " указывает скорее на природу человека и соотносится с ней. Человек был создан по образу Божьему, и он имел не ущербную природу, но по подобию Божьему он не был создан. В создании подобия Божьего стал принимать сам человек. Природу же ( образ Божий ) он получил от Бога в готовом виде. Сотворить личность без участия в этом процессе самого человека невозможно. То есть подобие Божие и личность создаются трудами, в том числе, и человека. Отсюда можно сделать вывод, что подобие Божие и личность - понятия тождественные.
В своем первом комментарии, когда я писал об индивидуальности ( индивидуума ), я имел в виду не внешние ( природные ) особенности индивида, а его внутренние особенности, связанные с восприятием себя, т.е. имел в виду особенности самосознания падшего человека. Подчеркиваю здесь слово " падшего ", потому что самосознание первозданного человека кардинально отличается от самосознания падшего человека. " Утрата индивидуальности " или, иначе, индивидуализма, о которой я писал в своем первом комментарии, - это утрата того, что появилось в самосознании человека после его грехопадения.
Но при этом следует учитывать то, что выше обозначенный процесс не есть просто возвращение в исходное состояние. В этом процессе, рискну сказать, свершается созидание личности или созидание подобия Божьего.

Ипостась, как форма существования природы, т.е. индивидуальная форма природы, оставляет в стороне личность или подобие Божие, и характеризует только образ Божий в человеке и соотносится с ним. Так как процесс становления личностью или процесс формирования подобия Божьего в человеке еще продолжается и не завершен, то и формирование понятия " личность " в богословии находится в процессе своего становления. Понятие Личность должно включить в себя еще и ( формирующееся ) подобие Божие. Личность отличается от ипостаси так же, как образ Божий отличается от подобия Божьего. Они взаимосвязаны, но они - не одно и то же. Окончательному формированию подобия Божьего предшествует процесс восстановления и, возможно, преображения поврежденного грехопадением образа Божьего.
Трансформация традиционного для богословия понятия " ипостась " в понятие " личность ", на мой взгляд, неизбежно так же, как неизбежно созидание полноценного человека, созданного по образу и ( в итоге ) и по подобию Божьему. ( Ипостась - это человек, созданный по образу Божьему, а личность - человек созданный по образу и по подобию Божьему ).
Вопрос о соотношении понятий " сознание " и " самосознание " требует детальной проработки. Понятия " гномическое " и " природное " служат для этого основой, но полностью их заменить не могут, т.к. сознание тесно связано с Богом, а о гноме и о природе такого сказать нельзя.
Ответить

#
8.12.2017 в 19:30
Сотворить личность без участия в этом процессе самого человека невозможно. То есть подобие Божие и личность создаются трудами, в том числе, и человека.
Я во многом согласен с вами. Я как раз и пытаюсь сказать, что без формирования личности спасение невозможно.
Ответить

#
7.12.2017 в 13:27
// Возможен и компромиссный вариант, когда личность в высшем смысле, как проявление образа Божиего в человеке, остаётся неопределимой, но самосознание признается как важнейшее проявление, признак личности. Такое определение личности принято в учебном пособии протоиерея Вадима Леонова «Основы православной антропологии» и является вполне взвешенным.//

По-моему, " образ Божий " указывает скорее на природу человека и соотносится с ней. Человек был создан по образу Божьему, и он имел не ущербную природу, но по подобию Божьему он не был создан. В создании подобия Божьего стал принимать сам человек. Природу же ( образ Божий ) он получил от Бога в готовом виде. Сотворить личность без участия в этом процессе самого человека невозможно. То есть подобие Божие и личность создаются трудами, в том числе, и человека. Отсюда можно сделать вывод, что подобие Божие и личность - понятия тождественные.
В своем первом комментарии, когда я писал об индивидуальности ( индивидуума ), я имел в виду не внешние ( природные ) особенности индивида, а его внутренние особенности, связанные с восприятием себя, т.е. имел в виду особенности самосознания падшего человека. Подчеркиваю здесь слово " падшего ", потому что самосознание первозданного человека кардинально отличается от самосознания падшего человека. " Утрата индивидуальности " или, иначе, индивидуализма, о которой я писал в своем первом комментарии, - это утрата того, что появилось в самосознании человека после его грехопадения.
Но при этом следует учитывать то, что выше обозначенный процесс не есть просто возвращение в исходное состояние. В этом процессе, рискну сказать, свершается созидание личности или созидание подобия Божьего.

Ипостась, как форма существования природы, т.е. индивидуальная форма природы, оставляет в стороне личность или подобие Божие, и характеризует только образ Божий в человеке и соотносится с ним. Так как процесс становления личностью или процесс формирования подобия Божьего в человеке еще продолжается и не завершен, то и формирование понятия " личность " в богословии находится в процессе своего становления. Понятие Личность должно включить в себя еще и ( формирующееся ) подобие Божие. Личность отличается от ипостаси так же, как образ Божий отличается от подобия Божьего. Они взаимосвязаны, но они - не одно и то же. Окончательному формированию подобия Божьего предшествует процесс восстановления и, возможно, преображения поврежденного грехопадением образа Божьего.
Трансформация традиционного для богословия понятия " ипостась " в понятие " личность ", на мой взгляд, неизбежно так же, как неизбежно созидание полноценного человека, созданного по образу и ( в итоге ) и по подобию Божьему. ( Ипостась - это человек, созданный по образу Божьему, а личность - человек созданный по образу и по подобию Божьему ).
Ответить

#
6.12.2017 в 23:41
Ммм... "Гноми" у человека "технически" есть с момента творения [1]. У Христа "гноми" нет потому что Он -- Ипостась Божества, Абсолюта. Но, собственно, я хотел только сказать, что не наличие "гноми" есть признак потери цельности в человеке, а утеря Бога как средоточия жизни, утрата единения с Ним стали причиной разделений. "Гноми" всего лишь по состоянию самости, утраты абсолютной опоры (Бога) теперь "двоится". Как и наши природные способности не сочетаются друг с другом теперь вполне здраво.
Поэтому, мне кажется, что это "натяжка" -- считать сознание и самосознание как некое природное, задуманное Богом разделение. Раз в раю Адам и Ева и должны были превосходить "максимовы" разделения, то не потому что они должны были что-то превозмочь, а -- освоить природное [2] (не самостно конечно же, да и не были они в самостном состоянии). Я к тому, что наличие "гноми" в раю не делало человека нецелостным. Поэтому предположение о том, что "гноми" есть компенсационный механизм, на мой взгляд тоже сомнительно. Личность как таковая (в православном понимании, в терминологии Лосского) не появляется же по падении, и самообладание (обладание своей природой, даже если как в раю -- в полной жертвенной самоотдаче не себе, а Богу) не есть результат падения. Как раз наоборот -- по падении личность теряет свою полноправность над природой, подчиняясь её самостным прихотям, определениям, оценкам, рефлексиям. Не надо забывать, что личность своим произволением (гноми) приносит, жертвует, "закалает" всю свою природу Богу во освящение. И в таком состоянии Адам был сотворён, то есть никакого "максимова" различения\разделения, которое надо было бы Адаму в раю превзойти в нём не было: он сразу был в приношении себя Богу и был с Ним в единении. То есть жертвовал не только своим отличием себя от других (сознанием по-вашему), но и самосознанием, потому что всё оценочное и определяющее было так же отдано Богу -- Мере бытия.

[1] Ну, хотя бы потому, что чем-то же должен был Адам выбирать слушаться или нет, и направлять свою природу по райским заповедям и конкретным повелениям Бога?

[2] Здесь "разделения" скорее надо бы понимать как "различения\различия". Через превосхождение различного (при "возделывании рая") Адам должен был восходить от различий в творении к более основополагающим\общим логосам творений и в итоге прийти к созерцанию общего логоса творения, что дало бы ему возможность "возделывать" всю тварь в цельности. Это такое самопознание с посвящением себя Богу и познание всего приоткрывающегося Адаму творения в Боге и для Бога. То есть "максимовы" разделения становятся страстными, проблемными, противоборствием и разделением (в прямом смысле) только по падении, до падения превосхождение этих разделений суть процесс самопознания и познания творения в Боге.
Ответить

#
7.12.2017 в 20:02
о. Авелю.
"Ммм... "Гноми" у человека "технически" есть с момента творения [1]. [1] Ну, хотя бы потому, что чем-то же должен был Адам выбирать слушаться или нет, и направлять свою природу по райским заповедям и конкретным повелениям Бога?"
Безусловно, до грехопадения у Адама было различение добра и зла. Но тут можно привести такое соображение. Умные люди говорят, что все-таки такое различение отличалось от того различения, которое возникло после грехопадения, когда Адам "опытным" путем познал добро и зло, то есть ощутил зло в себе. До этого такое различение было как бы "внешним". Думаю, у такого объяснения есть основания.
В любом случае я шел, как говорится, от "вещей видимых" к "вещам невидимым". Очевидно, что в современном обществе гномическая воля некоторым образом гипертрофирована. Мы все время выбираем - выбираем бренд одежды, выбираем марку фотоаппарата, машины, выбираем жену, выбираем даже президента и т.д. На мой взгляд, такая ситуация определяется как раз развитием самосознания, поскольку человек с развитым самосознанием стремится сделать свой личный выбор, а не полагаться на авторитет (такой выбор часто бывает ложным или условным, но это другой вопрос). Так что связь самосознания и гномической воли для меня представляется достаточно очевидной.
С другой стороны, разделение самосознания и сознания и, как следствие этого, постоянное оценивание своих мыслей и поступков, сомнение и колебания в выборе также представляется мне достаточно очевидным. И, вследствие этого, недолжным. Есть еще какие-то моменты, от которых я отталкивался.
Безусловно, то, что я написал, это гипотеза. Если проверить исходные посылки подобной гипотезы сложно, можно проверить вытекающие выводы, посмотреть в исторической реальности, например. Некоторые вещи я вижу, но расписывать их сейчас, наверное, нет смысла, слишком выходит за рамки статьи.
Ответить

#
8.12.2017 в 23:00
Безусловно, до грехопадения у Адама было различение добра и зла.

Дело не в различении добра и зла, а в произволении личности в первую очередь. По крайней мере для меня в понятии "гноми" произволение личности имеет главный акцент, имеет преимущество над всем, потому что именно личность своим произволением всё остальное в своей природе приносит в жертву тому или иному. Дело же не просто в оценке чего бы то ни было, но в том, Кого\что личность своим произволением для оставшегося в понятии "гноми" сделает мерилом добра и зла, истины и лжи -- Бога или свою природу, а уж природа (та, что в "гноми") своё отработает в любом случае (что даже как-то и не вполне личностно на самом деле).

Очевидно, что в современном обществе гномическая воля некоторым образом гипертрофирована. Мы все время выбираем - выбираем бренд одежды, выбираем марку фотоаппарата, машины, выбираем жену, выбираем даже президента и т.д. На мой взгляд, такая ситуация определяется как раз развитием самосознания, поскольку человек с развитым самосознанием стремится сделать свой личный выбор, а не полагаться на авторитет (такой выбор часто бывает ложным или условным, но это другой вопрос).
Хм. Вообще, не факт, что человек с развитым самосознанием стремится сделать свой личный выбор, а не полагается на авторитет... Кто-то наоборот понимает важность послушания, следования Традиции, Преданию, то есть свою самость (личным произволением) "режет" и самосознание вверяет опыту других (я таких видел, но не скажу, что сам такое могу). Так что проблема не в развитости самосознания или гипертрофированности, тем более что в нашем состоянии это связано с самостью, гордостью и противлением Богу -- и в раю самосознание развивалось бы тоже, но не в самости. И развитость самосознания ещё не ключевой фактор в оценке гномической воли как гипертрофированной потому, что в раю интенсивность развития самосознания была бы выше наверняка, ибо была бы связана с нетленным благом, мотивирующим на большее, наше тленное так не мотивирует. Так что не факт, что самосознание гипертрофировано и что-то компенсирует. Вслед за этим выводом отсекается вариант, предполагающий различие самосознания и сознания -- "максимовым" разделением по предведению падения (то есть как механизм компенсации при достижении цели, функционирования личности в соответствии с логосом).

Другие разделения по прп.Максиму имеют онтологическое измерение. Например, чувственное и умное, земное и небесное... В человеке сознание и самосознание каким образом разделены\различны (безотносительно к райскому или падшему состоянию в силу онтологичности разделения), какой общий логос они имеют, чтобы быть соединёнными в нём (человеке) и служить ступенью к восхождению в возделывании твари? -- Я не могу найти ответ на это вопрос, потому что онтологическое разделение подразумевает и структурную самостоятельность, самобытность, сущность (логос, например, люди и ангелы). Сознание и самосознание же не существуют отдельными объектами, сущностями.
Даже если для сознания как отдельной сущности (в вашей терминологии это коррелят к природным волениям, как я помню) есть пример -- животные, то примера для отдельной сущности с самосознанием я не припомню. Что тогда логос человека как общий логос над логосами сознания и самосознания может соединять? -- Не знаю такого. Онтологический вариант "максимова" разделения похоже также отпадает.

Возможно, необходим иной взгляд на проблему "личность -- природа" и, соответственно, необходимо приводить другие свойства более отточенных понятий "сознание" и "самосознание". Например, с точки зрения контроля, или обладания собственной природой, господства над ней... Хотя самым правильным был бы аспект достижения своего достоинства, призвания, соответствия логосу.
Ответить

#
9.12.2017 в 20:06
Посмотрел еще статью в Православной энциклопедии - пишут, гномическая воля после грехопадения.
Ответить

#
9.12.2017 в 16:12
Дело не в различении добра и зла, а в произволении личности в первую очередь. По крайней мере для меня в понятии "гноми" произволение личности имеет главный акцент, имеет преимущество над всем, потому что именно личность своим произволением всё остальное в своей природе приносит в жертву тому или иному. Дело же не просто в оценке чего бы то ни было, но в том, Кого\что личность своим произволением для оставшегося в понятии "гноми" сделает мерилом добра и зла, истины и лжи -- Бога или свою природу, а уж природа (та, что в "гноми") своё отработает в любом случае (что даже как-то и не вполне личностно на самом деле).
Я наверное, не до конца схватываю. Я рассуждаю примерно так - человек, его природа. воля, предназначение сотворены Богом. Если человек поступает в согласии с природной волей, то это означает, что он поступает соответственно с тем, что он действительно, на самом деле хочет. Это и есть свобода. Я не вижу здесь места для гномической воли.

Ответить

#
Алэксандрос, Ελληνική Δημοκρατία
11.12.2017 в 16:29
Место гномической воли четко обьяснябт отцы прежде всего св.Максим дейсивовать в согласии с природной. Гноми по гречески мнение. Там где нет места гномической воли там есть бездумный скот. Человек всегда с гноми и с гноиической избирательной волей...
Ответить

#
12.12.2017 в 02:34
Небольшое дополнение:
Открытие чего-то нового и существенного совершается только в безмолвном уме. " Гномический человек " познать Бога не может, да и представления о себе он складывает только из своего " гноме ".
Ответить

#
12.12.2017 в 02:22
Не существует никакого бездумного скота. Скот тоже думает. Примитивно, об одном и том же, но думает. Гномический человек от скотины отличается только тем, что думает он чуть активнее и шире, но так же, как и скот, остается во власти своих помыслов и мнений. Святой, смиренный человек может выйти из под власти помыслов, и может погрузиться в безмолвное созерцание и молитву. Вот он - не " бездумный скот ". Гноми над ним больше не довлеет и не властвует ( над ним ).
Ответить

#
10.12.2017 в 15:51
...Я рассуждаю примерно так - человек, его природа. воля, предназначение сотворены Богом. Если человек поступает в согласии с природной волей, то это означает, что он поступает соответственно с тем, что он действительно, на самом деле хочет. Это и есть свобода. Я не вижу здесь места для гномической воли.

Так было в раю, когда человек был в единении с Богом. И при этом природа человека не действовала самостно. Она действовала по вдохновению, "прикосновению" Божию. Как мы помним, единение и любовь у нас христиан подразумевает самоотдачу, жертвенность. Поэтому все природные воления у человека в раю были благодатны, боговдохновенны и по сути были призвания Божии к познанию Творца и всей твари. (Вкушение пищи, именование зверей, принятие жены есть призвания Божии). Адам же в раю имел возможность соизволять или не соизволять, проявлять личный выбор, произволение. Все чувства, способности человека были богопросвещены и причастны абсолютному ведению Бога. Это порождало сообразное видение всего -- сути вещей (логосов), видение абсолютное по свойствам, а не мнительное, "двоящееся", как у нас сейчас с нашими относительными мерками. Но тем не менее это то_же (развивающееся) самосознание (по вашей терминологии). Отличие только в том, что сейчас у нас оно самостно и опирается на тварные свойства нашей природы, а не абсолютной, Божьей. А так, "технически", и рассудок и воля и вся душа (да и тело) действуют, одинаково. Как мясорубка, если образно и несколько упрощённо: чем наполняешь, то и на выходе. Совесть может "скрипеть", детали "разбиваться" друг о друга, когда мы что-то не то мелем или не так мелем, а может "мерно жужжать", когда и нагрузка приемлемая и содержимое "по вкусу". Но вся "техчасть" (безличностно! и даже рассудок -- у него свои законы) отрабатывает, как ей и положено, но что обрабатывать -- дело личного произволения. В раю же, Адам посвящая себя Богу, "закалял" своё произволение в послушании Богу, принимая Его воспитание (ну, раз он как сын). Но личное произволение у него есть всегда, разница только в посвящении своей природы Кому\чему.
Возможно, необходимо уточнение терминологии. Надо точнее разобраться что есть "гноми", что есть "гномическая воля". Я сам не вполне владею этой терминологией. Но по крайней мере что такое личное произволение понятно, надеюсь. Просто я сталкивался с понятием "гноми", которое подразумевало личное произволение и способность мнить, оценивать. Но вот оценивать можно оказывается по-разному. Возможно, что понятие "гномическая воля" воспринимается (и встречалось мной тоже) хотя и как личное произволение, но по падении человека, то есть "двойственное", "мнящее" из-за некорректного перевода слова "гноми"?.. Это к специалистам. Но факт есть факт -- личное призволение и самосознание (в вашей теминологии) в раю были, хотя и не самостные, хотя и не "мняще-двоящиеся".
Ответить

#
11.12.2017 в 20:51
"Надо точнее разобраться что есть "гноми", что есть "гномическая воля"."
На мой взгляд, может быть, даже более интересно разобраться с тем, что такое "природная", а может быть и Божья воля (это я и для себя пишу, на заметку). Мне кажется, что во всех рассуждениях на эту тему звучит тема некоего принуждения, с которым надо соглашаться. А, на мой взгляд, если рассматривать это как то, что человек сам по настоящему хочет, все выглядит несколько иначе. И выбор уходит. Но это так, к слову.
Ответить

#
9.12.2017 в 11:36
Хм. Вообще, не факт, что человек с развитым самосознанием стремится сделать свой личный выбор, а не полагается на авторитет... Кто-то наоборот понимает важность послушания, следования Традиции, Преданию, то есть свою самость (личным произволением) "режет" и самосознание вверяет опыту других (я таких видел, но не скажу, что сам такое могу).
Это идеал или конечная цель. Я же не говорю, что развитие самосознания - это самоцель. Это инструмент, я и пишу об этом. Но, как говорится, чтобы что-то отдать, надо это что-то иметь.
Ответить

#
8.12.2017 в 17:17
Самосознание
личности. Само-осознание личностью. Во главу поставлено всё-таки "само-". Почему к полноте учения о человеке надо добавить это «само»? Почему в
человеке вдруг усилиями толкователей добавляют САМО? Если до этого в
христианстве – человек действующий, ради окружающих его, то сейчас – замкнутый
(или законченный) индивидуум с каким-то правом судить-рядить-оправдывать самого
себя и всех вокруг? Если в Предании и Учении Святых Отцов человек стремится к
Богу и, его Суд и Промысел определяет Сам Бог, то зачем здесь «небольшое
дополнение» или «вставочка» САМО? Эта "добавочка",
усиленно пропагандируемая и оправданная логистикой «личностного мнения», уже не
просто ставит человека перед вопросом о выборе между Промыслом Божьим и
своеволием, а выносит его из этого Выбора во «всёпонимающее» что-то такое
среднего рода «само-» , типа «судьба», «хаос», «непроявленное» и т.д. И главное
в этом – именно этому «само» приписывается право главенствовать в человеке. Не
целостный человек, а именно этот фактор в нём - «само». И уже нет просто «синергия Бог-человек», есть
ещё и «само», которое займёт
главенствующую роль в Суде человеку. Интеллектуальная логистика «пере-скачка» с
духовных сил и природных способностей, данных Богом человеку, как личности, с
Предопределения о человеке, с Благодати, Преподаваемой на перёд человеку при
его движении к Богу, на откровенную подмену Бога чем-то таким среднего
неопределённого рода понятием, которое и будет всё определять в жизни человека.
При этом утверждается абсолютная не нужность Бога, безбожие. На что же способен
в отсутствие Бога, поражённый безбожием ум человека? Прятаться от страха в
кустах, защищаться фиговыми листочками и валить всю свою вину на других. " Мы все время выбираем..." Ой, ли? Если находясь в Боге, личность не просто знает, а
видит и прекрасно различает, что есть добро и реалии жизни, то в нашей современности
у личности полностью отсутствует не только Божественное знание о добре, но и
обыкновенный доброкачественный опыт о пользе и вреде лично ему окружающих его вещей и событий.
Индивидум (снаружи) – личность (внутри) просто вынужден под страхом гибели
заниматься не перспективой развития, но "выгадыванием – угадыванием", теперь не
его пользы и его личного добро-делания, а биться за само своё существование,
уже в понимании выбора между меньшим или большим принесением зла самому себе.

Ответить

#
9.12.2017 в 14:14
Самосознание
личности. Само-осознание личностью. Во главу поставлено всё-таки "само-". Почему к полноте учения о человеке надо добавить это «само»?
Потому что это насущное состояние человека. Про конечное идеальное хорошо сказано в статье В.Н. Лосского, на которую я ссылаюсь. Но я пытаюсь осмыслить насущное состояние.
Ответить

#
6.12.2017 в 11:01

Интересные размышления, спасибо. Еще в поддержку Ваших мыслей о двойственности самосознания (или гноми? раз уж Вы их, антропологически, отождествляете) - Рим. 2:15

"они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую".

То есть гноми искажено при грехопадении, но при этом свидетельствует о существовании естественного закона (или, по Отцам, нетварного логоса человеческой природы).

Вот к этому месту вопрос:

"С другой стороны, если мы рассматриваем личность как совокупность высших свойств человеческой природы — разума, духа, то, как уже было сказано, это влечет за собой проблемы в области христологии, ведь Христос принял в Свою ипостась всю полноту человеческой природы, и если бы ипостась-личность сводилась к природным качествам, то Он неизбежно должен был принять и человеческую ипостась, что ведет к несторианской ереси."

Вы, с одной стороны, критикуете персоналистов (и правильно), но здесь почему-то повторяете их ошибку: "ипостась-личность". Вы же сами в начале статьи верно говорите, что "личность" (в понимании современной философии и персонализма) - это не "ипостась" в понимании православного богословия. Поэтому никаких проблем в области христологии здесь нет - Христос воспринял тело с разумной душой, по Халкидонскому оросу.

Ответить

#
8.12.2017 в 17:40
// Поэтому никаких проблем в области христологии здесь нет - Христос воспринял тело с разумной душой, по Халкидонскому оросу.//

А каким образом, по-вашему, при воипостазировании Христос человеческой природы исчезает человеческая ипостась, если под ипостасью понимается частная ( индивидуальная ) природа?
Если конкретная разумная душа ( с умом ) человека и конкретное человеческое тело по определению есть человеческая ипостась, то каким образом они реально существуют во Христе без человеческой ипостаси?
Ответить

#
6.12.2017 в 19:02
Дмитрию.
Спасибо за комментарий. Прошу прощения, не совсем уловил смысл вопроса. Я, собственно, не критикую персоналистов. Во вводной части я несколько раз ссылаюсь на статью П.Ю. Малкова, где он показывает, что персоналистское отождествление "ипостась-личность" в принципе возможно. Я в общем тоже придерживаюсь такого мнения, может быть, не сумел как-то четко выразиться.
Я и сам пытаюсь связать ипостась и личность-самосознание, может быть, немного с других позиций, чем персоналисты. Кстати, есть еще один важный для меня момент, не уверен, что я хорошо смог выразить это в статье. Для меня соотнесение самосознания и гноми было важно не только с антропологических позиций, но и, скажем так, с "исторических".
То есть, с одной стороны, соотнесение самосознания и гномической воли позволяет ввести самосознание в богословский контекст. С другой стороны, самосознание, как и гноми, принципиально существует в истории - от грехопадения до жизни будущего века. При таком рассмотрении самосознания в православную антропологию вносится историческое измерение, и это позволяет отойти от утверждений типа, что в человеке ничего не меняется, человек две тысячи лет назад был точно таким, как сейчас и т.д. В чем-то не меняется, а чем то и меняется, поскольку меняется самосознание.
Историческое развитие самосознания на данный момент в общем неплохо изучено, на мой взгляд, было бы интересно применить анализ изменения самосознания к каким-то вопросам Православия, скажем, для анализа обрядоверия, или, о том, что в современных условиях главную роль в христианской жизни играют не какие-то внешние действия, а внутренняя жизнь христианина, жизнь "внутреннего человека", о чем сейчас иногда говорят и что, на мой взгляд, невозможно без глубокой внутренней рефлексии.
Ну эти вопросы, естественно, требуют более глубокой проработки.
Ответить

#
7.12.2017 в 19:53
Да? А мне показалось, что Ваша статья содержит вполне убедительную критику персонализма, начиная с:

Таким образом, термин «ипостась» и синонимичный ему термин «лицо», принятые в святоотеческой традиции, по своему смысловому значению явно отличаются от термина «личность» в персоналистической традиции Нового и Новейшего времени, и простое отождествление этих понятий является значительным искажением древнехристианской богословской мысли.

и т.д.

Прочёл статью Малкова, на которую Вы ссылаетесь. По-моему, первая ее часть содержит вполне убедительную критику персонализма, которой, очевидно, и Вы отчасти воспользовались. А вот вторая часть производит слабое впечатление и представляет собой некое «переливание из пустого в порожнее», попытку «зацепиться» за одну-две выдернутые из контекста цитаты Отцов и на этой основе «сказать новое слово в науке». К сожалению, в работах П.Ю.Малкова такие, на мой взгляд, бесплодные попытки бывают. В любом случае, его статья никак не доказывает правомерности отождествления ипостаси и личности хотя бы в каком-то смысле.

Насчёт же того, что Вы, вслед, наверное, за тем же Петром Юрьевичем, ведёте начало «гноми» и «самосознания» от грехопадения, - это представляется мне полным абсурдом. По сути, это насилие над мыслью - говорить, что у Адама до грехопадения не было самосознания или гноми, это не возвышает его над нами, а, напротив, низводит его на уровень животного. К тому же, если не было самосознания, то не было и вины, а значит, не было и грехопадения. (Кстати, статья Малкова на эту тему - о гномической воле - на Православии.ру, не найду сейчас ссылку, грешит тем же недостатком: обоснование тезиса вырванной из контекста цитатой со множеством пропусков.)
Ответить

#
8.12.2017 в 14:57
"Насчёт же того, что Вы, вслед, наверное, за тем же Петром Юрьевичем, ведёте начало «гноми» и «самосознания» от грехопадения, - это представляется мне полным абсурдом. По сути, это насилие над мыслью - говорить, что у Адама до грехопадения не было самосознания или гноми, это не возвышает его над нами, а, напротив, низводит его на уровень животного. "
Я уже отвечал по этому пункту о. Авелю, можно, я процитирую сам себя.
"Безусловно, до грехопадения у Адама было различение добра и зла. Но тут можно привести такое соображение. Умные люди говорят, что все-таки такое различение отличалось от того различения, которое возникло после грехопадения, когда Адам "опытным" путем познал добро и зло, то есть ощутил зло в себе. До этого такое различение было как бы внешним".
По моей мысли, у Адама сознание и самосознание было единым, при этом "зло" было внешним, а внутри были заповеди Божии. В такой ситуации Адам в каждый момент знал, как ему поступить в соответствии с заповедями и волей Божией о себе, ему не нужно было колебаться и выбирать. Даже если "технически" гноми у него была, ей не было где проявиться. У нас же другая ситуация - у нас зло внутри, а заповеди Божии снаружи, тут гномической воле есть где разгуляться.
"вслед, наверное, за тем же Петром Юрьевичем" - нет, это моя зона ответственности. Я кстати задавал ему этот вопрос в обсуждении его статьи, он ответил так же, как Вы.
Ответить

#
8.12.2017 в 13:45
Самосознание человека после грехопадения изменилось, а значит изменилась и его гномическая воля, т.к. источником гномической воли является самосознание. Когда мы говорим: " гномическая воля " и " гноми ", то имеем в виду то, что знаем на основании опыта, т.е. имеем в виду нынешнее состояние самосознания, возникшее после грехопадения. Каким оно было до грехопадения, достоверно мы не знаем. Потеряв контакт с Богом после грехопадения, человек утратил возможность и способность к обретению достоверного знания. Гноми человека формируют знания. Те самые недостоверные знания, которые человек стал накапливать ПОСЛЕ грехопадения. Поэтому многие богословы начало гномической воли и самосознания человека ( в их нынешнем виде ) ведут от грехопадения. ( До - они были другими ).
Ответить

#
5.12.2017 в 15:09
Очень важную и интересную тему Вы подняли. Излагаете все правильно, но если Вы и дальше будете прорабатывать ее, и будете копать еще глубже, то наверняка столкнетесь с большими трудностями и неприятностями. Думаю, что Вы придете к выводу о том, что личность человека своими корнями уходит в Бога. Непознаваемость сущности Бога ведет к непознаваемости личности человека. Познавая основы и глубины личности человека, Вам придется поставить под сомнения догмат о непознаваемости природы ( сущности ) Бога. Это трудность. Неприятность связана с тем, что становление личностью осуществляется путем утраты индивидуальности ( в обыденном, примитивном понимании этого слова ). Утраты индивидуальности индивидуума, а не утраты уникальности личности. Индивидуум, существующий в каждом из нас, будет протестовать, и будет создавать неприятности для Вас.
Ответить

Написать комментарий

Правила о комментариях

Все комментарии премодерируются. Не допускаются комментарии бессодержательные, оскорбительного тона, не имеющие своей целью плодотворное развитие дискуссии. Обьём комментария не должен превышать 2000 знаков. Републикация материалов в комментариях не допускается.

Просим читателей обратить внимание на то, что редакция, будучи ограничена по составу, не имеет возможности сканировать и рассылать статьи, библиограммы которых размещены в росписи статей. Более того, большинство этих статей защищены авторским правом. На просьбу выслать ту или иную статью редакция отвечать не будет.

Вместе с тем мы готовы рассмотреть вопрос о взаимном сотрудничестве, если таковые предложения поступят.

Прим.: Адрес электронной почты опубликован не будет и будет виден лишь модераторам.

 *
Введите текст, написанный на картинке:
captcha
Загрузить другую картинку

добавить на Яндекс добавить на Яндекс