Большая православная газета

Общие размышления о системе православных СМИ в России весьма быстро приведут к выводу о том, что нам не хватает по-настоящему общецерковной газеты. Желательно, чтобы она выходила ежедневно или хотя бы раз в неделю. Ее с интересом и энтузиазмом будет читать и воцерковленный читатель и тот, кто гуляет вдоль церковной ограды. Для авторов этой газеты не будет запретных тем. Они легко смогут сочетать светский формат материалов и серьезный подход к проблемам духовной жизни. Эта газета будет стоить сущие копейки, и у нее будет широкая подписка даже в депрессивных регионах. Кажется, лишь по недоразумению эта газета не была создана вчера, но создать ее завтра нам уж точно не составит труда. Главное — нарисовать радужные перспективы, четко обозначить достоинства «проекта» с миссионерской точки зрения и для внутрицерковных нужд...

Проблема в том, что к реальной жизни эти рассуждения прямого отношения не имеют. Сам характер аргументов говорит о глубоком дилетантизме говорящих. Но еще более опасно то, что такие размышления развивают в нас мечтательность.

Мечтательность — страшный бич нашей духовной жизни. Мы мечтаем, что наши дети (в отличие от нас самих) будут твердо стоять в православной вере. Мы мечтаем, что, поехав в монастырь, непременно попадем к духоносному старцу. Мы мечтаем, что, заучив как таблицу умножения перечень «какому святому в какой нужде молиться», мы достигнем последних высот духовной жизни. Мы всё мечтаем... Но как мало тех, кто мыслит церковно и действует профессионально.

Казалось бы, кто посмеет оспорить необходимость большой и хорошей православной газеты? Таких безумцев нет. Но это кажется тем, кто не видит проблем информационного общества, кто не понимает «экономики знаний», кто живет представлениями в лучшем случае конца XX века.

Да, сегодня у нас нет по-настоящему общецерковной газеты. Но у нас также нет новостного агентства, общецерковной радиосети, влиятельных аналитических интернет-проектов, новых серьезных православно-ориентированных программ и документалистики на федеральных телеканалах. И если выстроить эти недостающие звенья иерархически, можно долго спорить о том, что окажется на первом месте. Однако у меня нет сомнений, что на последнем окажется газета.

Но допустим, что это не так. Как же мы докажем, что газета — это наша первостепенная потребность? Опросы последних лет показывают, что потенциальная аудитория достаточно равномерно распределяется между печатными СМИ, радио, телевидением и Интернетом. Разница лишь в том, что доля электронных СМИ неуклонно растет, а печатных также неуклонно снижается. Более того, социологический опрос среди москвичей, проведенный в 2008 году по заказу Правительства Москвы показал, что среди православных москвичей доля тех, кто преимущественно пользуется телевизором для получения новостей, составляет 78%.

Несколько лет назад после моего выступления на конференции в Ивановской семинарии мне задали вопрос: «Почему у Церкви нет еженедельной газеты? Я понимаю, вопрос сложный, но все-таки». Мне пришлось возразить, что вопрос, к сожалению, очень простой. Двух минут хватит, чтобы на него ответить. И я последовательно задал три вопроса: «Кто из собравшихся читает газеты каждый день? Раз в неделю? Несколько раз в месяц?» В зале находились студенты и преподаватели ивановских вузов. Из почти сотни собравшихся каждый день газеты читали 4-5 человек (и это были только преподаватели), раз в неделю еще 3-4 человека, несколько раз в месяц еще 2-3 человека (среди второй и третьей группы была молодежь). Ответ был вполне красноречивым. Дополнительных вопросов не возникло.

Сегодня навык чтения газет мы уже утратили. Слишком мало семей, которые выписывают газеты. Еще меньше газеты покупают. Даже потенциальная аудитория крайне мала, что уж говорить о реальной.

Но допустим, что это не так. И мы получили важное задание — создать общецерковную газету (не имеет значения, официальную, полуофициальную или совершенно неофициальную). Перед руководителями проекта встают крайне сложные вопросы:

Остановимся на каждом вопросе подробнее.

Кадры

О глубочайшем кадровом кризисе в России сказано немало. За прошедшие 20 лет религиозной свободы мы не озаботились тем, чтобы подготовить новые кадры православных журналистов. Единственный факультет церковной журналистики Российского православного университета дает крайне слабое образование, к последнему курсу на нем остается 5-7 человек, которые в Церковь работать не идут.

Церковь не смогла сохранить отделение церковной журналистики на факультете журналистики МГУ. Оно закрыто, а это был единственный шанс для системной подготовки профессиональных журналистских кадров.

Воспитать новых журналистов — это несколько лет напряженной работы и весьма серьезные финансовые вложения. На это никто не пойдет. (Есть интересные компромиссные варианты, в частности, проект декана факультета международной журналистики МГИМО(У) Ярослава Скворцова, но он еще не запущен и говорить об этом рано).

Старые кадры никогда не сидят без работы, их можно только перекупать. Если человек где-то работает, на новое место он пойдет неохотно и только тогда, когда ему предложат что-то ощутимо лучшее. Предложение поработать «за идею» или «рядом с великими людьми» сегодня не выглядит привлекательно.

Но за последние 20 лет «ощутимо лучшее» предложение по работе церковные структуры никому еще не сделали. Мое мнение — и не сделают. А если вдруг сделают, то это очень ненадежно — через пару месяцев могут выгнать без объяснений.

Да, «случайных» авторов можно найти и немало. Такой ресурс есть. Но без авторского коллектива, без концептуального видения, которое формируют редакторы, они ничто.

Другими словами, собрать в новой редакции сильный профессиональный коллектив практически невозможно. И это не просто печально, это очень тревожно.

Распространение

Этот вопрос связан с а) целевыми группами и потенциальным читателем, б) с инвестициями в распространение. Скажу кратко: никому в постсоветской России не удалось организовать действительно широкое распространение не-желтой прессы. Это фикция, что есть действительно общенациональные качественные газеты. Издания предпочитают желтеть, но не терять аудиторию (посмотрите на эволюцию «Комсомольской правды» за последние 4-5 лет) Даже газета «Аргументы и факты», хозяева которой хорошо известны как люди православные, развивается исключительно как бизнес-проект, и в сторону православия не разворачивается. Кстати, несколько лет назад и при АИФ'е были неуклюжие попытки запустить православное приложение. Условия, насколько я помню, оказались очень жесткими — возможности влиять на концепцию никакой, работа тяжелая, зарплаты смехотворные. Сколько ни искали людей, никто не пошел.

В дискуссиях последних месяцев можно услышать, что удачный опыт распространения православной периодики есть у издательства «Димитрий и Евдокия». Да, действительно, с распространением журналов кое-что получается, хотя обороты этой торговли не позволяют называть эту инициативу бизнесом. Это одна из форм жертвенного служения. И, что важно, за распространение православных газет не берутся даже они — слишком скоропортящийся товар.

Сегодня есть два типа православных газет, которые чувствуют себя более менее благополучно. Во-первых, это рекламно-информационные издания (типа газеты «Возглас»), которые распространяются бесплатно и формируют свой бюджет из поступлений за рекламу. Как правило в таких газетах нерекламные материалы достаточно низкого качества и на чтение они не рассчитаны. Такую газету надо просто пролистать за минуту.

Второй тип издания — это варианты мультиформата (типа газеты «Радонеж»). Такие издания существуют не сами по себе, а как результат конвергенции, то есть взаимопроникновения различных типов СМИ. Газета «Радонеж» без радиостанции «Радонеж» выжить не сможет.

Конечно, есть еще опора на административный ресурс, которым пользуется абсолютное большинство официальных епархиальных изданий. Но распространение из-под палки никогда не позволит изданию стать по-настоящему авторитетным.

Кстати, именно административный ресурс является одним из серьезных препятствий к широкому распространению общецерковных изданий в епархиях. Нередко общецерковную газету воспринимают как прямого конкурента епархиальной, и тем же самым административным ресурсом блокируют ее распространение.

Нельзя сбрасывать со счетов и общий кризис системы распространения периодических изданий в 2008-2009 годах. Этот кризис серьезно ударил по рынку периодики во многих странах мира, и структуру рынка в ближайшие годы ждут серьезные изменения.

Региональные редакции

Однако возможность значительно расширить сеть распространения и тем самым укрепить «большую» газету все-таки есть. Единственное эффективное решение состоит в следующем: центральной редакции необходимо создавать сеть региональных редакций. Это называется франчайзинг.

Здесь не обойтись без политической воли Синода и правящего архиерея, подкрепленных административным ресурсом.

Формула может быть следующей: в региональную редакцию отсылается макет общецековного выпуска газеты, региональная редакция снимает ряд полос (по согласованию) и ставить на освободившееся место епархиальную информацию. Это может быть от одной до шести полос при 16-полосной газете. Затем региональная редакция отправляет газету в свою типографию и распространяет тираж.

И это не теория. Так на общенациональном рынке печатных СМИ работают все светские издания. Ту же самую схему используют в работе с регионами теле- и радиосети.

Так уже несколько лет работает «Церковный вестник». В 2006 году в Южно-Сахалинске была создана региональная редакция газеты, которая успешно работает до настоящего времени.

Преимущества понятны, так как центральная редакция предоставляет: а) концепцию издания, б) качественный принципиальный макет, сделать который в регионах порой просто невозможно, в) сверстанные материалы по основным событиям и темам.

Почему это опыт не получил широкого распространения? На мой взгляд, проблем всего две:

Бюджет

Доходная часть. Бюджет общенациональной газеты будет составлять как минимум несколько миллионов долларов в год. Требуется долгая и кропотливая работа по построению сети региональных редакций и переподготовке кадров. Через своего рода корпоративный университет должны пройти сотни сотрудников из всех уголков России.

Я не вижу ни спонсоров, ни инвесторов на такой проект. Точнее, об инвесторах и речи быть не может. каждый, кто имеет представление о медиабизнесе в России, понимает, что общенациональная газета — это безнадежно убыточный проект. Его окупаемость не может быть больше 30, в лучшем случае 45%.

Никакой это не медиабизнес. Это или голая благотворительность, или политический интерес. До последнего времени абсолютное большинство церковных медиапроектов рассматривалось именно как благотворительность.

Однако в России убытки несут все общественно-политические издания. Как же они выживают? Очевидно, что убытки компенсируются политически интересом тех или иных сил. Вполне возможно, что второе дыхание церковных СМИ связано именно с таким переосмыслением их информационной деятельности, которая позволит более внятно сформулировать политическую заинтересованность в выпуске таких изданий. Но в России это может быть и путь в тупик.

Несколько лет назад я говорил с Мишелем Кубье, в то время главным редактором «Ля Круа». Среди прочего я спросил его, насколько стабильно финансовое положение редакции. И его ответ был весьма примечательным (я могу быть неточным в цифрах, но общая картина ясна): «Можно сказать так: если у нас 100 000 подписчиков мы чувствуем себя прекрасно, если около 80 000 — балансируем на грани, если меньше — мы работаем в убыток и приходиться брать кредиты».

Сегодня на «Ля Круа» можно подписаться за 336 евро в год (около 15 000 руб.). Какое количество подписчиков наберет православная газета с такой подписной ценой? Или лучше поставить вопрос по-другому: кто из нас готов платить такие деньги за подписку на газету? Будет ли достаточной мотивация, что я как подписчик получаю уникальный контент и кроме этого, реально поддерживаю редакцию? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы дать правильный ответ. Число таких подписчиков не будет исчисляться даже тысячами.

Рассчитать бюджет качественного общецерковного издания несложно. Сократить это бюджет тоже можно, но это пойдет в ущерб и качеству, и распространению.

Признаемся честно: если 15 000 рублей для нас дорого, то какая сумма будет приемлемой? Оперативно получать качественный информационный продукт можно только за соответствующие деньги. Не можешь или не хочешь платить — не получишь продукта, он просто не сможет быть создан.

Несколько слов о содержании

Любопытно, что как бы пламенно мои собеседники ни агитировали за скорейшее создание «большой» газеты, все они немедленно входили в ступор при вопросе о концепции издания. О чем и как писать? На какую аудиторию ориентироваться? К какому читателю обращаться? О чем не писать? Тут сразу же начинается блуждание впотьмах. Любые тезисы могут быть разбиты и уничтожены.

Горькая правда заключается в том, что сегодня в России слишком мало людей, которые готовы к разговору о вере и Церкви. Речь не идет о серьезном разговоре. Даже спокойный и честный разговор не вызывает интереса, и причин тому множество.

Массовый читатель газет привык к предельной простоте. Последние годы его не баловали аналитикой и расследованиями, его не научили ценить мнение. Он понимает, что есть всего два варианта — пиар и развлечение. В лучшем случае их смесь. Третьего не дано. Да читатель третьего уже и не ищет.

Конечно, апологеты «большой» газеты понимают, что нельзя идти на поводу у общественного интереса к пиару и развлечению. Любопытство в отношении церковной жизни нельзя поддерживать постоянно. Да, и любопытство может сыграть свою роль при обретении веры. Но это лишь возможность прикоснуться к церковной жизни, а войти в нее можно только через покаяние и молитву.

Если мы признаем значение покаяния и молитвы, то следует признать и тот факт, что газета является лишь воспомогательным инструментом при формировании православного мировоззрения. В условиях, когда практические не работают основные инструменты (прежде всего — приходские общины), наивно уповать на действенность воспомогательных.

Допустим, что газета смогла убедительно рассказать о важности полноценного участия в приходской жизни. Где те приходы, в которых читатели газеты смогут использовать полученные знания на практике? Развитие «большого» издания неразрывно связано с развитием приходской жизни и не существует в отрыве от нее.

Вернемся к контенту. Сегодня есть три основных варианта смыслового наполнения:

Остальные варианты контента — информационно-рекламный, газета как дайджест катехизических материалов, разного рода вариации на тему религиоведения и политической публицистики с использованием церковной тематики — применительно к нашему случаю рассматривать не имеет смысла.

Христианская общественно-политическая газета сегодня в России невозможна. Она будет глупой и скучной, потому что не сможет отражать реальную жизнь, а только ее имитировать. Публичная политика как таковая в России практически превратилась в фарс — что уж говорить о православных политических деятелях! Православную общественность раздирают глубокие внутренние противоречия, и оснований для консолидации пока нет.

Христианская культурно-просветительская газета будет занудной и бестолковой. Трезвый и конструктивный взгляд на современную культуру пока еще свойственен немогим православным.

Желтая по формату, но качественная по контенту православная газета выглядит очень привлекательно как массовое издание, но даже под нее так и не удалось найти финансирование, хотя концепция «Мирской жизни» Евгением Стрельчиком была написана блестяще. Что уж говорить о проектах, которые декларируют приверженность серьезному контенту.

Last but not least

С чем связаны разговоры о газете? Как правило с тем, что кто-то где-то испытывает острый информационный голод. Но этот голод весьма специфический. Информации на самом деле много, но нам хочется чего-то другого. Жан Бодрийяр как-то верно заметил: «информации становится все больше, а смысла все меньше».[1] Официальный фасад церковной жизни выглядит неестественно скучно. Как читатели мы понимаем, что подлинная духовная жизнь она о другом, но бессознательно продолжаем искать ее в том числе и в СМИ.

Мы уже так привыкли. СМИ — это одно из главных свидетельств о подлинности события или явления. Если СМИ о чем-то не сообщили, то это не имеет значения или вовсе не существует. Экзистенциальная потребность в новостях и текущей информации — это чаще всего признак нашего маловерия, духовной неопытности, чрезмерной заботы о земном.

Но отмахиваться от этих чаяний неверно. Я полагаю, нам крайне необходим концептуальный и в то же время практический документ, который определит место информационной деятельности. Например, «Основы информационной политики Русской Православной Церкви до 2015 года» или «Основные направления развития православных СМИ до 2020 года».

Мы предложили начать работу над этим документом еще в 2006 году, но не сложилось, хотя сама идея, сформулированная в итоговом документе II Православного фестиваля СМИ «Вера и слово», было одобрена Священным Синодом.

В этом документе следует детально прописать инструментарий информационной работы, адаптировав его для различных регионов. Где-то следует делать акцент на общецерковную газету с региональной вкладкой. Где-то следует выпускать приходской листок, где-то биться за то, чтобы телеканал «Спас» опустили в кабельную сеть и т.д.

Прочее

Конечно, при создании газеты возникает множество других вопросов — о личности руководителя, о свободе слова в современной России, о манипулировании сознанием, об объективности, об уже упомянутой конвергенции. Я не претендую на раскрытие всех проблем создания «большой» православной газеты.

Знаю одно — никакой романтики при обсуждении этих вопросов быть не может. Чем яснее будет понимание, что запуск «большой» газеты — это бизнес-проект, тем лучше и участникам, и читателям. У нас же прекраснодушная болтовня —это норма.

Что можно сделать сегодня?

Необходимо понять, что уникальный и при этом качественный контент «забесплатно» получить невозможно. Труд профессионалов должен быть оплачен. В какой мере это возможно сегодня? Где искать источники?

Государственные чиновники сегодня более заинтересованы в политкорректном религиоведении, а не в ярком и убедительном свидетельстве о Христе и Его Церкви. Государственного финансирования ожидать не приходится.

Политическая элита сегодня более заинтересована в развитии эффективных инструментов массовой политической работы с использованием «элементов» православия, а не в полноценной духовно-просветительской и миссионерской деятельности. Помощи от них не будет.

Бизнес-сообщество, потенциальные спонсоры более заинтересованы золотить купола, чинить и строить недвижимость, чем поддерживать гуманитарные и информационные проекты Церкви. Надеяться на них бессмысленно.

Конечно в каждой из этих групп есть исключения из правил, но они уже давно выбрали те проекты, которые считают необходимым поддерживать.

На мой взгляд, единственная надежда на создание «большой» газеты связана с весьма сложной конструкцией и, соответственно, сложным балансом интересов. С одной стороны, священноначалие должно ясно понять свою заинтересованность в «большой» газете, реально и искренне ее поддерживать. То же самое относится к уровню благочинных и настоятелей богатых храмов, от которых зависит развитие региональных редакций.

С другой стороны, «большая» газета должна стать народным проектом. Таким, который финансируется людьми из своего собственного кармана. Теперь такие проекты принято называть сетевыми. Если в стране 70 млн. православных, то собрать хотя бы 60 млн. рублей в год не должно быть невыполнимой задачей. Пусть сегодня это невозможно, но это не значит, что завтра ситуация не изменится.

И тогда «большая» православные газета станет реальностью.

[1] Baudrillard Jean. In the Shadow of the Silent Majorities, or, The End of the Social and Other Essays. Translated by Paul Foss, John Johnson and Paul Patton. News York, Semiotext, 1983. P. 95.