Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
   
Золотой фонд
Новое в справочном разделе
Комментарии читателей rss

Путешествие в Эгладор

31 марта 2009 г.
Продолжая проект «Религии вымышленных миров», предлагаем вниманию читателя статью доцента ПСТГУ П.Ю. Малкова «Путешествие в Эгладор», которая посвящена исследованию религиозного феномена «толкиенизма». Автор публикации не рассматривает мировоззрение самого Дж.Р.Р. Толкина; речь идет лишь об искаженном восприятии произведений неумеренными «фанатами».

ЭгладорДавным-давно... Хорошее начало для любой сказочной истории. Но то, что описано ниже действительно произошло давным-давно:

в те годы, когда в Нескучом саду огромными толпами собирались почитатели наследия Толкина, облаченные в «средиземские» костюмы;

в те годы, когда я еще собирался написать книгу о христианских корнях творчества Толкина;

в те годы, когда я пытался найти ответ на вопрос - можно ли считать современные молодежные движения «толкинистов» одной из форм новых религиозных движений;

в те годы, когда сто рублей по причинам инфляции были просто-напросто копейками;

- случилось это еще в прошлом тысячелетии в древних 1990-ых...

Книги у меня тогда так и не получилось, а вот свое путешествие в Нескучный сад в тогдашний Эгладор я по свежим следам все же описал.

НиеннаВ Эгладоре меня интересовали не только вполне «традиционные» последователи Толкина, но и почитатели книг так называемых Ниенны и Иллет: двух наших отечественных «беллетристок», создавших вполне сатанистскую антитезу благочестивому католику-христианину Толкину и его миру. Две эти дамы взяли да и переписали Толкина «наизнанку». У них получилось, что Бог Толкина Эру-Илуватар всего лишь небесный деспот и тиран; а вот Мелькор толкиновский сатана эдакий Прометей, революционер и благородный богоборец. Идея эта нашла в те годы своих многочисленных почитателей среди толкинистов и породила в среде собиравшейся в Эгладоре молодежи огромное количество орков и прочей нечисти. Этот феномен меня тогда очень заинтересовал, и потому во время своего путешествия в Эгладор я расспрашивал о нем представителей так называемых «темных» адептов созданной Ниенной (вкупе с Иллет) «Черной книги Арды».

Сопровождал меня в это путешествие и был эдаким моим, с позволения сказать, «Вергилием» один из моих тогдашних студентов по Свято-Тихоновскому институту: ныне уже лицо в священном сане, а некогда одно из волшебных существ Средиземья. Не могу утверждать наверняка, но ходил слух, что он был в том мире чуть ли не орком...

Итак:

ПУТЕШЕСТВИЕ В ЭГЛАДОР

...«И Мелиан оградила своей силой весь тот край —
вокруг него встала будто стена из теней и чар — завеса Мелиан,
сквозь которую никто не мог пройти против ее воли или Тингола...
И эти укрытые земли, что долго звались Эгладором,
стали называться Дориафом, огражденным королевством, Землей Завесы».

Дж. Р. Р. Толкин. Сильмариллион.
 

«Эгладор? Это место для детишек и сатанистов...»

Один из жителей королевства Эгладор.

 

Въездные ворота королевства Эгладор являют картину крайнего запустения. Левая их створка — тяжелая, литая, изукрашенная замысловатой вязью — висит перекошенная, на одной петле. Впереди за воротами сереют мокрые от дождя и по-осеннему желтые деревья, убегают вдаль многочисленные дорожки сада. Навстречу мне из пределов Королевства, спеша его покинуть, выходят пожилые парочки, мамы с младенцами и прочие обыватели: время их прогулок здесь на сегодняшний вечер закончилось, теперь здесь остаются полновластными хозяевами лишь существа из мифов и сказок — эльфы, орки, хоббиты (обычных людей в этих краях почти не встретишь — они в Эгладоре не в моде).

ЭгладорЯ не торопясь вхожу внутрь парка. Меня обгоняют двое воинственного вида низкорослых существ. На вид — вполне обычные дети лет 13-14, но наверное не просто дети, а хоббиты или эльфы. Один из них вооружен грозным, пусть и коротким, мечом (жаль, что деревянным), второй — странным оружием, слегка напоминающим булаву. Громко и оживленно они разговаривают о предстоящих им сегодняшним вечером битвах и схватках.

Прохожу дальше. Насколько видно из-за, мешающих обозреть все Королевство, кустов и деревьев, везде здесь присутствуют, прогуливаясь, беседуя или сражаясь друг с другом, весьма загадочные и до зубов вооруженные существа. Со всех сторон доносится стук мечей (звона стали не слышно — почти все оружие здесь сделано из дерева), раздаются воинственные вопли. В пылу битвы существа эти употребляют иногда далеко не эльфийские выражения, выказывая свои досаду и торжество отнюдь не с помощью квенийского или синдаринского языков, а на «ненормативном» русском.

«Сейчас тут народу еще мало, примерно одна треть от того что будет позже», — поясняет мне мой «Вергилий» (в здешних краях легко вспомнить о Данте) — проводник и экскурсовод по этим загадочным землям, один из жителей Эгладора.

Вокруг, как кажется, больше всего «тинейджеров» — веселящихся всласть, громко и радостно приветствующих друг друга при встрече (будто целый год не виделись), деловито обсуждающих предстоящие им рыцарские подвиги. Некий широкоплечий и высокий молодой человек (а скорее всего — не-человек) лихо крутит перед собой огромным двуручным мечом — готовится к бою. Неподалеку от него другое существо деловито достает из сумки старательно завернутую в тряпки здоровенную секиру, разворачивает ее и любовно, по-отечески рассматривает. К нему подходит молодой парень с неким подобием ятагана. «Ты пойдешь сегодня в "стенку"?» Обладатель секиры грозно смотрит на вопрошавшего и важно кивает, — «Пойду». Оба расстаются довольные друг другом...

К нам подходит девушка — невысокого роста, в плаще и шляпе: «Ой, ребята, нет ли у вас ста рублей?» Толкиенутые

Мой Вергилий со вздохом лезет в карман. Вместо ста рублей — ничтожной суммы, на которую вряд ли можно что-то купить вообще — в кармане обнаруживаются чуть более солидные пятьсот.

«Тебе повезло», - говорит девушке Вергилий, вручая ей купюру.

«Вот спасибо, парни», — радостно благодарит девушка и готовится исчезнуть из нашего поля зрения.

«Слушай, — обращается к ней Вергилий, — ты часом не "темная"?»

Девушка обиженно надувает губы и представляется нам как весьма ответственное лицо среди «светлых» эльфов. С этими словами она упархивает.

Откуда-то доносятся звуки гитары. Слегка разочарованные тем, что нам не удалось пока побеседовать с кем-либо из «темных», идем на эти звуки.

«Сейчас мы послушаем одного из менестрелей», — сообщает Вергилий.

Мы вступаем в более густонаселенный район Королевства.

Я спрашиваю у Вергилия не может ли кого-то здесь смутить мой вид и одежда. Как мне кажется, на фоне обилия мечей, джинсовых курток и мудрено заплетенных буйных шевелюр, я выгляжу излишне цивильно и несколько вызывающе.

«Нет, здесь это никого не волнует. В Эгладоре каждый одевается как хочет, и никому до таких вещей дела нет», — объясняет мне Вергилий.

Как бы в подтверждение его слов прямо передо мной появляется здоровенный мужик средних лет, воинственного вида, рыжебородый, в берете, защитном костюме цвета «хаки» и сапогах. Удивительно, но вместо ожидаемого мной, соответствующего костюму грозного оружия, он почему-то держит в руках прозаический складной зонтик.

Мы наконец подходим к менестрелю. Служитель муз на поверку оказывается девушкой, облаченной в длинное и несколько бесформенное одеяние и обремененной гитарой. Она поет увлеченно и самозабвенно. Возле ее губ один из слушателей держит диктофон. Обступающая менестреля толпа столь плотна и обширна, что подойти ближе нам не удается. Приходится стоять поодаль и ловить лишь обрывки фраз из исполняемой баллады. Девушка поет про королей, великолепные чертоги, золото и битвы: набор вполне эльфийский и классический.

«У менестрелей песни порой просто бесконечные, — комментирует ее выступление Вергилий, — придется подождать, пока она закончит. Может быть удастся ее проинтервьюировать».

Однако, побеседовать с менестрелем нам так и не удается. По окончании пения девушку плотно обступают поклонники и поклонницы таланта и увлекают от нас в сторону, к парковым лавочкам.

Начинает накрапывать дождь. Мы прячемся под дерево. В сумке у меня есть зонт, но доставать его оттуда и раскрывать над собой на мой наивный взгляд — означает выглядеть на территории Королевства самым настоящим пугалом. Вокруг нас продолжают самозабвенно биться под дождем воинственные парочки. Лихой молодой человек орудует сразу двумя руками — в правой у него длинный тонкий меч, в левой — широкий и короткий. Вновь мелькает где-то вдалеке рыжебородый мужчина в костюме цвета хаки. Зонт над собой он, также как и я, не раскрывает.

«А он тоже местный?» — интересуюсь я у моего проводника.

Вергилий кивает: «Да, я вижу его в Эгладоре довольно часто. Здесь можно встретить людей самого разного возраста».

Дождь кончается, мы направляемся в эпицентр событий — к некоему подобию дворца. Невысокое крыльцо, колоннада — Эгладорский замок, а если по-простому, прозаически — парковый домик-павильон московского Нескучного сада. Колонны используются в качестве доски объявлений. Пробиваемся через кучку читателей к одной из них. Сразу бросается в глаза крупно написанное черным фломастером объявление:

СУЩЕСТВА !

КТО В ПРОШЛЫЙ ЧЕТВЕРГ ПОТЕРЯЛ ЧАСЫ — ОНИ У МАНВЭ

Припоминаю кто такой Манвэ. По Эгладорской мифологии — что-то вроде воинственного и грозного архангела, возглавляющего вселенскую борьбу с темными силами зла... При переводе с эльфийского на русский это могло бы, наверное, прозвучать примерно так: «Потерявшему в прошлый четверг часы просьба обращаться к архистратигу Михаилу».

Рядом с объявлением благородного и честного Манвэ, готового по первому требованию вернуть чужие часы, располагается реклама:

СТУДИЯ "ЗЕЛЕНЫЙ ДЖАСПЕР" ПРЕДСТАВЛЯЕТ:

«СНЫ О СРЕДИЗЕМЬЕ»

Впервые с 1990 года, со знаменитых «Песен Алой Книги» вашему вниманию предлагается чисто толкиенистский сборник, не искаженный ни «множественностью миров», ни ролевушно-постхипповским фольклором.

Среди авторов Иллет, Хэлл, Райэн, Лориэль, Арлекин, Остинг, Тошка, Таллэ, Леголас, Мяути, Рана...

Приобрести сие можно либо найдя меня в Четверг в Нескучном саду, либо позвонив по телефону (приводится телефон - П.М.) и договорившись о встрече. Цена экземпляра - 5 тыс. Кроме того, в продаже, как всегда, полный комплект "Конца Эпохи" и сборник "Перевод с придуманного" (Новосибирск, 1991).

Внизу этой рекламы стоит краткая подпись: Лин.

Интересно: Тошка, Арлекин или, скажем, Мяути — это тоже эльфийские имена?

ТолкиенутыеОстальная печатная продукция, вывешенная на колоннах и на окружающих павильон фонарных столбах, посвящена дискуссии по следам двух печатных-же выступлений с громкими названиями «Крик гнева» и «Крик гнева-2». Обсуждается в них плачевное положение дел в Эгладоре. Листовок, выражающих реакцию эгладорцев на оба «Крика» — две. Под одной стоит поистине аристократическая подпись Ратислав-эр-Арвит, другая принадлежит перу личности, именующей себя ЧЕРТОПОЛОХ (ОН ЖЕ — ВЕЩИЙ ОЛЕГ). Из обоих сочинений следует, что некоторые из жителей Королевства всерьез обеспокоены проникновением на их территорию существ, не только не читавших творения Профессора (так здесь принято именовать Дж. Р. Р. Толкина), но вообще ничего не читавших за всю свою недолгую жизнь. Поэтому некогда «элитный» и интеллектуальный Эгладор распадается ныне на отдельные «тусовки». Как же следует преодолевать кризис?

Ратислав-эр-Арвит свидетельствует, что «толкиенисты — очень разношерстный народ — кто-то любит маньячиться (то есть сражаться на мечах — П.М.), кто-то спорит о философии Толкиена, а кто-то просто поет эльфийские песни, и объединить все это в одно целое не так то просто». И все же Ратислав-эр-Арвит предлагает собраться вместе (за зданием библиотеки) и обсудить создавшееся положение. Листовка завершается вполне смиренным постскриптумом:

«PS. Может быть я, по сути еще новичок здесь, (я на Эгле около года) еще "не дорос" до права решать общеэгладорские проблемы, но видит Эру, единственная цель статьи — ускорить время, когда наступят Светлые Дни Эгладора».

Слово «Светлые» в тексте кем-то зачеркнуто синей шариковой ручкой и исправлено на «темные». Внизу этой же личностью приписано: «ну на хрена что-то менять». Видимо, здесь потрудился кто-то из «темных» или «серых»...

Вторая листовка, созданная ЧЕРТОПОЛОХОМ (ОН ЖЕ - ВЕЩИЙ ОЛЕГ), по содержанию своему куда более анархистская чем первая. Автор считает, что с одной стороны, «отсев людей по каким-либо признакам — называется геноцидом», а с другой - напоминает эгладорцам позабытый ими «главный урок Профессора» — «любая власть порочна по определению». Эгладор для свободолюбивого ЧЕРТОПОЛОХА — одно из немногих мест в мире, «где любой может быть самим собой — или напротив, тем, кем хочет быть». Таким образом Королевство являет собой «своеобразную опухоль свободы среди правил приличного поведения». По убеждению автора листовки все разговоры об угрозе разгона Эгладора — бессмысленны. «...Нас нельзя разогнать просто потому, что мы не просто тусовка, — утверждает ЧЕРТОПОЛОХ. — Разогнать можно стадо коров. Эглад же дает возможности для самовыражения, для воспитания личности. И я могу с полной уверенностью утверждать, что подавляющее большинство из нас — особенно старожилы — именно личности. Нам нет нужды в давлении сверху, ограничениях — мы достаточно разумны, чтобы быть выше этого». Мысли, как можно заметить выражены ЧЕРТОПОЛОХОМ красиво и убедительно; особенно значимо здесь высказывание о преимуществе старожилов как личностей.

Далее (ОН ЖЕ — ВЕЩИЙ ОЛЕГ) выступает против самой идеи закрытости и элитарности, против тех кто негодует по поводу проникновения в Королевство новых существ. Себя ЧЕРТОПОЛОХ относит здесь скорее к «годующим» эгладорцам: «А тех, кто кричит и негодует, годующие личности, могут обвинить как минимум в двух смертных грехах». С точки зрения «годующего» ЧЕРТОПОЛОХА, грехи эти — гнев и гордыня.

Листовка завершается риторическим вопросом: «Так задумайтесь — а что было бы без свободы Эглада?» Внизу под печатным текстом приписано от руки: «Хватит делить народы по расово-идейному признаку!»

Неподалеку висит еще один листок, обремененный на сей раз стихотворным ответом на литературное творение существа по имени Бихолдер. Поэтическое произведение язвительно, изящно и не слишком длинно, для того чтобы его процитировать полностью. Усваиваю для себя лишь несколько строк из этого шедевра:

Над поляной Эгладора
Возмущенья дух витает.
Раздается ропот гневный
И цензурный и не очень —
То Бихолдера творенье
Существа всех рас читают...

 

Внизу листка со стихотворением подпись: Элхе Ахеле.

... Дождь кончается, из-за облаков чуть проглядывает солнце. На поляне перед замком выстраивается «стенка». Две шеренги молодых и воинственных существ сходятся для боя. С каждой стороны — человек по восемь или десять. С громкими криками и стуком деревянных мечей они налетают друг на друга, нанося при этом страшные и смертельные раны врагу. Постепенно сражающихся делается все меньше: убитые покидают поле боя, прихрамывая и потирая при этом ушибленные места.

ТолкиенутыеСейчас это пестрое маскарадное сборище молодежи совсем не напоминает мне собрание верующих. Разве возможно назвать все увиденное мною новым религиозным движением?

Может быть Эгладор — это просто веселая молодежная тусовка, не обремененная никаким родом «духовности», кроме анархических или демократических идей?

...Мой Вергилий здоровается с высоким и темноволосым молодым человеком. Затем торопливо подводит меня к нему, по дороге объясняя:

«Это — Темный эльфийский Сказитель (здесь звучит еще одно из мудреных эгладорских имен). Можно его расспросить поподробнее об учении "темных". Он — один из самых известных Темных Сказителей после Ниенны».

Мы подходим к темноволосому молодому пареньку.

«Вот тут человек интересуется околотолкиновскими молодежными движениями», — представляет меня Вергилий, а затем спрашивает: «Можешь с ним поговорить о "темных" и о книге Ниенны?»

Темный Сказитель со мной явно разговаривать не хочет. Из его путанных объяснений следует, что вообще-то он существует в мире в двух ипостасях — иногда он Темный Сказитель, а иногда — просто сказочник. Сегодня он как раз сказочник, и поэтому всей полнотой информации на данный момент не обладает.

Однако мой Вергилий настаивает на разговоре, и Сказитель-сказочник наконец сдается. Мы с ним доброжелательно улыбаемся друг другу и вступаем в разговор.

Вначале выясняется вопрос о том, кто же на самом деле, с точки зрения «темных» оппонентов Профессора сотворил Арду — толкиновский мир. Выясняется, что это все же Единый Бог, именуемый Толкином «Эру» или «Илуватар». Однако, Эру «не единственный такой в мире, и там, откуда он пришел, подобных ему много».

«А что же сделал для мира Мелькор?» — спрашиваю я о главном герое книги Ниенны, по толкиновской мифологии — cатане, падшем ангеле-валаре, Люцифере.

«Мелькор сделал гораздо больше для нас чем, скажем, Эру: он дал миру свободу воли, свободу выбора. Если сравнивать с христианством, то он был для Арды тем, чем для нашего мира стал Христос».

ТолкиенутыеЯ благодарю Темного Сказителя за столь ценное разъяснение.

«Скажи, ведь ты помнишь известную сцену из книги Ниенны, когда силы света распинают темных эльфов на белой скале. Дальше в тексте книжки есть пассаж о том, что именно с тех пор в памяти людей и остались печальные легенды об умирающих, распятых, убитых богах, которым надлежит воскреснуть. Можно ли понимать это место так, что Ниенна считает историю Христа искаженным отзвуком истории мучений и гибели темных эльфов, и отчасти страданий самого Мелькора?»

«Да, вполне, — с готовностью соглашается Темный Сказитель, — кроме того, можно еще вспомнить и о Прометее. Он тоже учил людей свободе».

Я продолжаю разговор: «В Эгладоре как я слышал, много тех, кто считает себя сатанистами?»

Мой собеседник согласно кивает: «Да, это действительно так.

«Также как здесь много и тех, кто считает себя христианами самых различных конфессий...»

Снова согласие.

«А вот есть ли у местных сатанистов какие-нибудь обряды, таинства? Конечно я понимаю, что это может держаться в секрете...»

«Народ здесь слишком разный, чтобы создавать какие-то единые обряды. Кроме того, мы чтим тьму, но не поклоняемся ей. У темных эльфов никогда не было храмов, святилищ. Вряд ли в таких условиях могут появиться какие-то развитые обряды».

«Нынешним летом мне довелось услышать по радио — на Молодежном канале — беседу в прямом эфире с одним из эгладорцев. Он сказал, что в движении каждый может найти для себя то, что хочет и подтвердил, что среди "толкинистов" существуют закрытые уровни. Так ли это?»

Мой собеседник хмурится.

«Я не знаю о закрытых уровнях ничего, а вот что правда, так это то, что в Эгладоре каждый находит то, что хочет. Здесь мирно уживаются и последователи Толкина и почитатели Ниенны - "светлые", "темные", и даже "серые"».

Далее вступает в разговор мой Вергилий и с горячностью начинает выяснять у Темного Сказителя состоится ли по убеждению «темных» Дагор Дагорад, Последняя Битва добра со злом, толкиновский вариант Армагеддона. Темный Сказитель с некоторым сожалением соглашается, что такая битва действительно должна произойти, и нехотя признает, что добро в ней должно одержать верх над тьмой.

«К несчастью в бою побеждает всегда тот, кто сильнее, у кого больше воинов. По Толкину светлые всегда побеждали темных численностью: по принципу "все на одного". Эру и валары действовали всегда по-подлому...»

Здесь мирное течение нашего разговора оказывается прерванным. На лужайку перед замком выезжает рафик, из которого один за другим, начинают вылезать вооруженные резиновыми дубинками блюстители порядка. Темный Сказитель смотрит на них с некоторой опаской: «Нам лучше отойти в сторону».

Пока мы с Вергилием послушно переходим на другой край поляны, Темный Сказитель умудряется раствориться в толпе. Я теряю его из моего поля зрения.

Как я замечаю, мой Вергилий также хочет наконец раствориться в эгладорской атмосфере, пообщаться с друзьями, сразиться с кем-нибудь в честном бою. Сопровождать меня он устал.

«Пожалуй, я пойду», — неуверенно говорит он, испытующе глядя на меня.

ЛесЯ соглашаюсь. Мне тоже уже пора отправляться домой — в прозаический людской мир. На мой взгляд, в этом осеннем королевстве прохладно, сыро и несколько неуютно. Почему-то в этой густой толпе вдруг припоминается пустынный Старый лес из толкиновского «Властелина колец» — странный, живой и одновременно угрожающе-неподвижный: с его мокрой листвой, седыми от влаги травами и грозной, подстерегающей зазевавшегося путника, хищной древней ивой у ручья. Начинает смеркаться.

Я иду к выходу из Эгладора. Навстречу мне валят валом толпы вооруженных до зубов деревянным оружием молодых существ. (Отмечу, что за вечер я все же увидел здесь пару настоящих спортивных рапир). Смотрю на их лица и замечаю то, чего не замечал прежде. Может быть, это разговор со Сказителем-сказочником подействовал на меня так, но теперь я вижу во всех них необъяснимое и удивительное сходство. И дело здесь не в длинных волосах, переплетенных разноцветными шелковыми нитками или охваченных тряпичными лентами. Что-то общее есть у них в самом выражении лиц, блеске глаз: общее настроение, общий дух, дух мира Арды.

В православном храме также иногда можно почувствовать схожее единство: единство молитвы, веры, устремленности вперед — к Богу. Но самый оттенок этого «храмового» ощущения совсем иной — полярный эгладорскому.

Может быть мне это только кажется, но в лицах существ Нескучного сада читается больше чем единство интересов и увлечений; в них угадывается подлинная «религиозность», вера в мир Арды и правящие в нем «высшие силы»...

Впрочем, возможно я ошибаюсь.

У самого выхода из Королевства я вижу идущего мне навстречу воина. Скорее всего это эльф: в бархатной дорогой куртке, голова его увенчана высоким капюшоном, из под которого выбиваются густые кудри. За спиной у него в красивых расписных ножнах подвязан меч. На руках — замысловатые кожаные перчатки. Зрелище величественное и прекрасное. Портит эту картину, пожалуй, лишь одно: между пальцев у дивного темноволосого эльфа небрежно зажата тлеющая сигарета...

Ключевые слова:
См.также:
Подписаться на ленту комментариев к этой публикации

Комментарии (4)

Написать комментарий
#
19.04.2011 в 13:31
Нормальная отповедь. Там, где многие перешли бы на мат. Вот только предмета обсуждения уже почти что и нет. И если ни что не изменится, скоро нас не будет совсем. И само "исследование", силно отдающее ПГМ, и фотографии - это все из прошлого.
Ответить

#
30.01.2010 в 23:24
Извините, хочу внести маленькую коррективу к исследованию, проведенную автором в Эгладоре (который действительно чем-то напоминает толкиновский, во всяком случае, когда я в первый и единственный раз туда попала, с трудом его вообще нашла, не говоря о центральном павильоне:) Опоздала на встречу часа на два)

Так вот, насколько я помню, в ЧКА аналогия не с реальным христианством, а с гностицизмом. Можете сами проследить параллели, это несложно. Не столь уж редкая ошибка в вере... катаров и гностиков среди верующих вообще хватает. Как бороться, как показывать пример, не знаю - в толкинистическом движении уже в какой-то мере поборото, т.к. ЧКА создавалась в эпоху застоя в тусовке и засилья чрезмерно пафосных и неотягощенных совестью "светлых", никакого отношения к Профессору не имеющих, но почерпнувших в нем только пафос. С тех пор утекло много воды, и образовалась довольно устойчивая и действительно культурообразующая часть движения, тянущаяся к творчеству именно по Толкину, создающая сказку, умеющая ценить мир таким какой он есть и видеть его именно как христиане или как "светлые" по Толкину. С переменным успехом, но это почти Инклинги. Часть наиболее давних участников с той же Ниенной на ее форуме переписывается, я видела и даже не решаюсь добавлять что-то, по-моему, эти люди способны представить христианство "вовне" лучше многих. А Иллет с тех пор, насколько я помню, стала православной христианкой, рассорилась с соавтором и написала "Исповедь стража", которая является опровержением ЧКА. Она писала во всей этой истории за многих безобидных и наиболее красивых персонажей.
Не говоря о сотне других трудов, намного более сильных, чем ЧКА, например, "По ту сторону рассвета" Ольги Брилевой, "Ab surdo" Лоры Бочаровой. Мне кажется, взрослея, прочитавшие ЧКА, если они не останавливаются в поисках, набредают на эти книги, а потом воспринимают и Сильмариллион, который довольно труден даже взрослым. Со мной, по крайней мере, так было.

Если говорить о том, где искать таких людей... Эгладор, конечно, привлекает иногда и более старшее поколение, так как многие на нем выросли. Но еще легче найти отдельные ролевые клубы, мастерские группы и собственно игры. Кроме того, постоянные любители этого дела общаются в блогах, социальных сетях, и постепенно легко познакомиться с другими (ну, заинтересованному по крайней мере легко, если общаться, ведь просто так к человеку не подойдешь)

Следует заметить, что могут искать в РИ и Толкине люди. по крайней мере, что я могу назвать.
-самореализации разных типов, но это элементарно
-боевки, красивых костюмов, соревнования, но это в любом развлечении
-общения со сходными по духу людьми
-убегания от мира, действительно. особенно для тех кто поверил в Арду как в реальный мир, хотя он - вторичное творчество. здесь уместно вспомнить конец "Покорителя Зари" Льюиса и что Аслан говорит в утешение Эдмунду и Люси. Увидевшие мир, который напоминает их, но в котором все лучшее многократно усилено - должны вернуться в свой и научиться различать Христа и там. Для того они и попали в Нарнию. Но следует не забывать и фразу из "Серебряного кресла": если выдуманный мир лучше реального, а реальный - такое гнусное место, что в нем незачем жить, то лучше отправиться на поиски другого мира, даже если придется потратить на это всю жизнь, и неважно, что он выдуман. Конечно, это применимо к сказочному подземью, но как его иногда напоминает скучная жизнь обывателя! Весь мир, конечно, не напоминает. Во всем мире - надо учиться различать то, что ценили в сказках, или создавать заново, если оно утеряно. потому и надо быть верным выдумке: она есть то различение Арды исцеленной, восстановленных неба и земли, которое, как считает Толкин, есть у рода Людей как уникальный дар. Выдумка может быть воплощена. Знаете, как говорил Грин: нужно создать другому сказку.
- Собственно. создание сказки. Воплощение лучшего, как умеем. В творчестве, ведь красота и радость, и отношения остаются с нами. Почему вы думаете, что друзей, с которыми мы познакомились в Арде, забудем в реальной жизни, или в реальной жизни забудем заповедь тех же эльфов (шутливую, игровую) "они, конечно, орки, но мы-то нет и не будем так поступать". Например.
Это то создание сказки. о котором говорил Толкин как о волшебстве эльфов или творении вторичной реальности. Мы, конечно, не эльфы. Но мы Люди, а это больше: мы со-творцы, как подтверждают все святые отцы. Мы обязаны творить, возводить тварь ко Творцу, воцерковлять культуру и мир, так как "вся тварь стенает и ждет откровения сынов Божиих". Этого кажется многие не помнят... а ведь это обязанность христианина, это заповедь Адама: возделывать мир и хранить его, и нрекать твари имена. И она не отменена.
А по Толкину. друзья эльфов получают частичку их дара. Никто не сказал об этом лучше той же Лоры:
"Нам - стоять на страже ваших снов,
Вам - пройти насквозь огромный мир..."
эльфы Толкина похожи на разное в нашем мире, но прежде всего - это творцы сказок и те, кто этим хранят людей от оскудения души. Может быть, меньшие ангелы, они изначально у Толкина телесны, но со временем в мире Теней истаивают... хотя это только подобие. Сам Толкин говорил о роде непадших людей, или падших другим образом, старших братьев и тоже Детей Эру.

-Разговор о самых острых темах. это относится к любой РИ, но Толкин вмещает много из философии, истории, жизни самых разных персонажей и судеб.
-Творчество, в том числе пореаловое: нарисованный витраж долгие годы будет украшать вашу парадную комнату, а гости, которые соберутся в ней, долгие годы будут радоваться и петь о любви, цене убеждений, дружбе, совести, свободе... это не просто "мечта", это состоявшаяся реальность. В походе к полигону и на самом полигоне может случиться всякое. В процессе сотворчества людей люди открывают для себя совершенно новые горизонты. Это может продолжаться годами, выйти на уровень исторических РИ, вывести к философии, серьезные разговоры об истории, культуре, смысле жизни. Это уже больше чем хобби, это способ служения Богу творчеством, как и любая другая область культуры.
-Мораль и нравственность. Мир Толкина - рыцарский мир. И трудновато жить такой раздвоенной жизнью, что у Толкина ты благородный рыцарь, а дома сволочь. Человека, который пытается быть пафосным рыцарем, в мире Толкина за версту видно, в том числе и ему: этот мир не терпит лжи, это лакмус.

И так далее.
И о "квазирелигии"... Я не знаю, почудилось ли мне то, что Вы негативно отозвались о "вере" в Арду. Да, если это поставление первичного мира на место вторичного, это ерунда, это мотивация номер 4. Но если это - доверие Богу и вера в то что Его мир бесконечен и многообразен, что у Него обителей много? Но если это - уверенность в том что каждым мифом Бог хочет сказать нам важное, и оно вполне реально?
А Вам ли не знать что сказал ап.Павел о язычниках: "пока не пришло время, вы были подчинены вещественным стихиям мира, как наследник домоправителю..." Разве не язычники подменяют Бога тварью? Но вот ап.Павел говорит что этой твари до времени по милосердию поручил их Бог, т.к. они были не готовы воспринять истину. Разве у Бога не много милосердия? У Него не забыты ни католики, ни протестанты, ни даже воинствующие атеисты, в каждом Он ищет хоть крупицу добра, хотя всех и зовет в Православие.

Вот, это то, чем дышит молодежь, как говорится. Знаете, судить стоит по плодам. Я не думаю, что если бы в этом не было зерна жизни, на нем могли бы вырасти столь прекрасные плоды, которые выросли по всему миру за полвека. Я думаю, это имеет смысл. Хотя бы какой-то.
Ответить

#
3.12.2009 в 20:24
В 98-99 гг. очень даже использовались текстолитовые мечи.
Ответить

#
11.09.2009 в 01:40

> в те годы, когда сто рублей по причинам инфляции были просто-напросто копейками;
> - случилось это еще в прошлом тысячелетии — в древних 1990-ых...
http://stock.rbc.ru/demo/cb.0/daily/USD.rus.shtml?show=before170898
Итак, 100 рублей были копейками с 1993 до января 1998.
ЧКА вышла в 1995 году.
А на фотографиях я вижу ТЕКСТОЛИТОВЫЙ клинок и весьма приличные костюмы. Для справки - в прошлом веке (90-е) не использовались =\
> но вообще ничего не читавших за всю свою недолгую жизнь
А это, простите, ровно с выхода фильма ВК - 10.12.2001.

Итого: написано прикольно, но это не один день. Это целых лет 10 описаны.
Ответить

Написать комментарий

Правила о комментариях

Все комментарии премодерируются. Не допускаются комментарии бессодержательные, оскорбительного тона, не имеющие своей целью плодотворное развитие дискуссии. Обьём комментария не должен превышать 2000 знаков. Републикация материалов в комментариях не допускается.

Просим читателей обратить внимание на то, что редакция, будучи ограничена по составу, не имеет возможности сканировать и рассылать статьи, библиограммы которых размещены в росписи статей. Более того, большинство этих статей защищены авторским правом. На просьбу выслать ту или иную статью редакция отвечать не будет.

Вместе с тем мы готовы рассмотреть вопрос о взаимном сотрудничестве, если таковые предложения поступят.

Прим.: Адрес электронной почты опубликован не будет и будет виден лишь модераторам.

 *
Введите текст, написанный на картинке:
captcha
Загрузить другую картинку

добавить на Яндекс добавить на Яндекс