Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
   
Золотой фонд
Новое в справочном разделе
Комментарии читателей rss

Можно ли упразднить соборность?

21 мая 2013 г.

Нынешний век по праву можно было бы назвать веком подмен. «Симулякр» Ж. Бодрийяра – знамя нашей эпохи. Естественно, и в церковную среду неизбежно проникают эти не всегда очевидные флюиды подмен, которые порой затрагивают не просто внешние, но внутренние и существенные стороны собственно церковной жизни.

Последнее время вдруг активно заговорили о проблеме соборности в Церкви. О недооцененной роли мирян. О «диктате» иерархии. О «вертикали власти». О бесправности простых прихожан и «оттеснении» их от процессов церковного управления. И обобщая вышесказанное – об упразднении в Церкви соборности.

А можно ли в принципе соборность в Церкви упразднить?

Если она тождественна демократии -– тогда, конечно же, можно. Любая иерархичность полагает конец демократии как таковой. Когда в одном теле два сознания – это шизофрения; когда бесконечное множество – это мультишизофрения, – как один из вариантов демократии, – но к соборности это не имеет никакого отношения.

По слову В.Н. Лосского, соборность есть «самое дивное свойство Церкви» – именно по причине своей мистичности, и упразднить её можно только вместе с самой Церковью. И было бы полным безумием смотреть на соборность как на некий «церковный» извод принципа демократичности. Ведь соборность как «кафоличность» по сути тождественна «полноценности», «полноте», «завершённости» церковной общины во главе с её предстоятелем, раскрывающей и проявляющей всю полноту жизни во Христе и со Христом в Божественной Евхаристии. И именно в этом – существо соборности.

Подлинная соборность как кафоличность зиждется на двух основах: избранности предстоятеля народом Божиим и делегированности епископу или же пресвитеру права предстоять от лица общины пред Господом – и быть совершителем Таинств Церкви, глашатаем Господней воли, свидетелем покаяния, очевидцем Воскресения.

Поэтому в Православии нет и в принципе не может быть иерархического авторитаризма, и в этом – один из важнейших опознавательных признаков именно святоотеческой Восточно-Кафолической Православной веры. Не «сверху вниз» «навязывается» церковному «люду» нечто очень важное и значимое, но, напротив того, церковная община «снизу вверх» выталкивает, выносит на поверхность то, чем она живёт, что её волнует и тревожит – причем «выталкивает»  не перед лицом какого-то «большого и властного начальника», но перед Единственным Начальником нашего спасения – Христом. Не так давно созданный, но уже показавший свою эффективность инструмент этой внутрицерковной коммуникации между церковной «широтой» и иерархической «высотой» – Межсоборное присутствие – можно с полной уверенностью назвать удачным примером воплощения идеи соборности без какой бы то ни было попытки вторжения в существующие институты управления Церковью.

Последние изменения в Положениях об Архиерейском и Поместном Соборах Русской Православной Церкви чётко зафиксировали отличия между функциями Поместного и Архиереского Соборов. Поместный Собор предстаёт как орган всецерковной рецепции, орган полноправного гласа народа Божия, свидетельствующего о Правде Божией, но не подменяющего собой функции церковного управления, которые по праву принадлежат собранию глав церквей «по местам» – то есть епископам. То, что благодаря внесённым поправкам исчезло дублирование или перетекание функций этих двух важнейших инструментов церковной соборности – несомненное благо и для церковного управления, и для сохранения постоянной и живой «обратной связи» между иерархией и «лаиками», мирянами. И в этой ситуации Межсоборное присутствие становится практически постоянно действующим представительством различных срезов церковного сообщества – своеобразным «посольством» Поместного Собора, вбирающего в себя, анализирующего, прорабатывающего самые острые и жизненно важные вопросы современной церковной жизни – и разрабатывающего проекты общецерковных документов для последующего обсуждения церковной полнотой и утверждения иерархией.

Но здесь хотелось бы затронуть несколько иную тему. Очевидно, что разговоры об «упразднении соборности» произрастают не на пустом месте. И причина здесь вовсе не в коррекции прав и областей ответственности того или иного церковного органа: проблема действительно есть, но она находится совершенно в другой плоскости. Кто-то смотрит с недовольством «наверх», а в действительности надо смотреть в прямо противоположном направлении – вниз, а если еще точнее – вокруг. То, что сегодня в церковной среде дух соборности едва ли ярко выражен – причина не в «деспотичности» церковных «деспотов», то есть «владык» по-гречески, а в недостаточной ответственности мирян и их слабой включенности в жизнь евхаристической общины.

Откуда произрастает соборность? Из понимания каждым прихожанином своего места и роли в жизни конкретной церковной общины. И это – самое главное: без этого фундамента соборность превращается в фантазм, который можно наполнять любыми смыслами в зависимости от информационной, политической или какой угодно иной задачи. Когда храм Божий становится прежде всего лишь местом собрания верующих для удовлетворения индивидуальных духовных потребностей –  о соборности говорить не приходится. 

Соборность ни в коем случае нельзя умалять до принципа управления; это совершенно иное, над-операционное, это своеобразная печать истинности, свидетельство верности народа Божия своему Пастырю. Соборность нельзя ни искусственно родить, ни административно упразднить: без нее Церковь Христова исчезает как Тело Христово, составляемое и собираемое из многих – и всех таких разных.

Церковь – Тело Христово, в котором одна Глава – Христос. Не даже самый святой «батюшечка» или «старец», не маститый протопресвитер или юный иерей, не архиерей и даже не Святейший Патриарх – какими бы праведными, святыми, мудрыми и исполненными благодатных даров они бы ни были. Именно поэтому мы дерзаем называть нашу Церковь – не «патриаршей» или же «священнической», а только Христовой. В ней все – от только что вчера переступившего порог храма неофита и до Святейшего Патриарха – слуги Христовы, Его друзья, Его помощники. Каждый на своём месте, каждый со своей мерой ответственности – и сопутствующей помощью Божией, но при этом все смотрящие в одном направлении – Пастыреначальника Христа.

Как тонко отметил С. Фудель, «соборность есть онтологическое единство, единство любви, священная сущность Церкви». И если уж говорить о самой возможности упразднения соборности в Церкви, надо иметь мужество сказать в полный голос: если соборности больше нет, значит, и от Церкви уже ничего не осталось. Иначе мы лжём, когда всякий раз, возглашая Символ веры, свидетельствуем, что мы – в Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Значит, Церковь перестала быть собственно «экклесией», «собирающей» тех, кто услышал Божественный призыв. Что же тогда от неё может остаться? И на этот вопрос есть очень простой ответ: да ничего не останется. Непредвзятому историку Церкви любого периода очевидно: Церковь живёт не благодаря «бесчисленному сонму кристально-чистых святых», на которых, словно на столпах, мирно покоится её величественное здание, а вопреки бесчисленному количеству непотребных, недостойных, кривых, хромых, сухих, слепых, вечно спотыкающихся – но и постоянно поднимающихся – и потому живых членов Церкви. В том числе и тех самых христиан, о которых еще апостол Павел с болью в сердце говорил – из-за вас поносится имя Христово. «Грядущего ко Мне не изжену вон» – и доколе жива эта тоненькая, порой совсем незаметная ниточка, обращённая ко Христу, связывающая кающегося грешника с Ним, нельзя человеку отказывать в его праве быть членом этого удивительного Богочеловеческого организма  удивительного прежде всего по своей силе регенерации, постоянного обновления, непрекращающегося преодоления всего человеческого, слишком человеческого неистощимой Божественной благодатью. Церковь покоится ни на чём ином, кроме как на Кресте Христовом: Он – «верных утверждение, Церкви ограждение», Он – средоточие непрекращающегося Божественного истощания, умаления, кенозиса, и Он же – источник восстановления и возрождения неустойчивой, любопреклонной к падению и греху человеческой природы.

Соборность в Церкви можно упразднить лишь только вместе с самой Церковью. Не устоит никакая человеческая организация, какими бы «гвоздями власти» её ни пытались сколачивать  развалится словно карточный домик, и развалится прямо на глазах. То, что средоточие церковной жизни, некий «духовный эпицентр» Церкви не зависит ни от места, ни от времени, ни от сана или статуса в церковной номенклатуре – вещь очевидная. И неспроста апостол Павел обращает внимание: там, где умножается грех – преизобилует благодать; точно так же, как все силы живого организма бросаются на противоборство болезни – так и эта «густота благодати» не бежит, не отворачивается брезгливо, а, напротив, буквально обнимает, обволакивает собой обескровленное, запутавшееся в немощах и страстях больное грешащее человечество в Церкви. И пока это происходит – Церковь жива. Ибо она – Христова!

Подписаться на ленту комментариев к этой публикации

Комментарии (6)

Написать комментарий
#
5.08.2013 в 00:54
Теоретическая (она же богословская) часть о Соборности в Православной Церкви (вот все с большой буквы) откликается у меня рецепцией и согласием. Но, наверное по своим технарским замашкам, она мне представляется добротной теорией абсолютной Соборности в сферической Церкви. ну понятно же что "вдруг активно заговорили о проблеме соборности" - это о том как это красивое богословие "практически" воплощается в наше время в РПЦ. если перейти от небесной Церкви к нашей вполне земной - Московскому патриархату, то несложно в истории найти преценденты того как эта самая соборность уничтожалась, и что из этого получалось. зачем писать о неотьемлимости Соборности в таком констексте? каков тут посыл? что нельзя отнимать соборность чтобы не потерять Церковность? - аминь. Или что не стоит обращать внимание на возгласы требовательные об недостатке ее? - да запросто соборность отнимается, можно подумать 20в век незаметно для РПЦ прошел.

Непонятен мне выпад автора : "То, что сегодня в церковной среде дух соборности едва ли ярко выражен – причина не в «деспотичности» церковных «деспотов», то есть «владык» по-гречески, а в недостаточной ответственности мирян и их слабой включенности в жизнь евхаристической общины."
мнится мне автор перекладывает беду со здоровой головы на больную, или попросут лукавит. откуда возьмутся эти самые "ответсвенные миряне" если их не воспитывать, не оказывать доверия? и как они будут включаться в эту жизнь? один знакомый благочинный искренне выразил свое мнение о правильном подходе к рецепции - миряне голосуют ногами, если не нравится настоятель - иди в соседний храм. продолжая эту мысль: не нравится епископ, или недает действовать - уходи в другую епархию, или из жизни церкви выключайся. ну и чего удивляться "слабой включенности"?
тут могу лишь напомнить автору о проекте реформы прихода собора 17г - собор рассматривал ситуацию не многим более легкую чем ныне, тем не менее принял проект устава прихода в расчете на отвественных и включенных прихожан, а если таковых не допускать то их не будет.

"Последние изменения в Положениях об" - можно подробнее раскрыть вопрос?
Ответить

#
19.07.2013 в 19:49


Одна моя знакомая, кстати, с высоким образовательным
статусом, четверть века назад, при начале своей церковной жизни, решила: я хочу
понять, как жили в церкви мои предки – простые русские крестьяне, они по
церквам не бегали, а жили в своем храме, со своим разъединственным батюшкой.
Как у них это получалось?



Храм был от ее дома в десяти минутах хотьбы. И вот туда она
ходила и сама, и детей своих водила. Духовника у нее не было, потому что она
решила: все священники в моем храме одинаковы. И старалась (пробовала)
применить к своей жизни то, что ей они предлагали. Эффект был разный, но она
продолжала жить именно так, одинаково относясь ко всем священникам в своем
храме. Иногда мысли от этого рождались у нее печальные, и тогда она с обидой
спрашивала у Бога: почему здесь нет того, чего я ищу? разве наш храм хуже
других? Но все равно женщина эта продолжала свой «эксперимент»: я не уйду из
своего храма, я должна именно здесь найти всю духовную помощь. Так же, как
находили ее русские крестьянки.



Потому что у этой женщины был интерес (даже, если хотите,
исследовательский): она хотела понять, как спасались русские крестьянки,
простые русские женщины.



Был, правда, момент, когда она пообщалась с очень опытным,
мудрым священником, не в своем храме, и он ей объяснил, как надо соотносить со
своей жизнью советы священников. И этих нескольких бесед (да что там беседы:
вопрос-ответ), нескольких встреч, ей хватило на всю оставшуюся жизнь. Но без
этих ответов ей, конечно, пришлось бы туго.



И вот по прошествии многих-многих лет вдруг эта женщина
поняла, что они все выросли. Выросла паства, выросло и священство. Рост был
одновременный – но рост этот был друг для друга. Они стали друг другу очень
подходить, и это стало заметно даже со стороны. Все, оказывается, болели одними
проблемами, одними болями, и все росли – друг для друга. И духовника этот храм
вырастил для этой женщины… Потому что она его ждала. Сама этого не понимая. А
уж об отношении ее к храму и говорить нечего: она в нем готова была каждую
плиточку на полу перецеловать…



Вот это и есть соборность, которая доступна в понимании всей
русской пастве – без высоких богословских мудрствований. Вот это и есть «практическое
богословие», которое мы лицезрим в нашей приходской жизни.

Ответить

#
19.07.2013 в 09:39
Приведу маленький пример из своей церковной жизни. Учился я в духовном заведении. Учеба подходит к концу и вот, на последнем курсе вводят новый предмет, как экспериментальный: «Практическое богослове». Литературы нет, информации, что это такое – нет. Спросил у куратора – не знает. Священникам тоже ничего неведомо. А контрольные нужно писать. Дабы разрешить вопрос, пришлось обратиться к другим конфессиям. Оказывается, что практическое богословие, это воплощение догматического богословия в реалиях церковно-общинной жизни. Что же писать? Ничего в своей «общине» не наблюдаю. Пришлось написать о том, если бы была община, то как бы пришлось тут действовать. А поскольку общины нет, то нет и выражения теории. За контрольную получил положительную оценку. Но дело не в том. Когда сдавал госэкзамены, то в аудитории собалось около ста человек, миряне, священники, иноки. И вот экзамен по практическому богословию. Из всей толпы никто ничего не ведает. Это меня весьма удивило. Пришлось углубиться в этот вопрос – мертвая тишина. Но больше всего меня поражает противостояние священников, тех людей, которые должны были бы что-то делать. Сдвинуть с места эдакий вот столп – легче сдвинуть гору. Я заметил один нюанс в этом воросе. Человек в сане мнит на себе благодать через рукоположение. Он даже уверен в том, что ему самообразование уже не нужно – его учит Сам Дух Святый. Но он даже и не подозреает, что и Дух Святый нужно стяжать и в Священное Писание вникать и святоотеческой литературой не пренебрегать. Во тогда начнется созидание соборности в себе, тоесть созидание целокупности, как приведению единства своей природы к иерархической подчиненности: дух, душа, тело. Это будет созидание соборности Бога и человека, где гномическая воля будет соответствовать естественной, а последняя - являть волю Божию. Это будет созидание соборности общины: народ, пастырь, Бог. Это будет созидание вселенскости: приход, эпархия, поместность, вселенскость, Тело Христово. Это будет созидание соборности: Бог и преображенная тварь. Этот будет соборность - как цель творения. А для всего этого нужно весьма мало, - начать с самого себя, а в первую очередь, с пастыря (естественно, если он не выгорел, не сгорел, или же еще и начинал гореть, а так просто, тлеет для виду, как угли в кадильнице. Вроде и благоухание помпы-обряда есть, но силы духовного-огня нет).
Ответить

#
19.07.2013 в 14:27
//Оказывается, что практическое богословие, это воплощение догматического богословия в реалиях церковно-общинной жизни. Что же писать? Ничего в своей «общине» не наблюдаю //

Возможно, я плохо образованный и невнимательный человек, но мне представляется этот вопрос не таким уж и сложным. Просто устанавливается связь между богословскими положениями и принципами построения кругов богослужений. ( Здесь придется покорпеть интеллектуально немного ). Потом понаблюдать как заложенные в богослужении принципы воплощаются на практике. ( Здесь придется наблюдать в первую очередь за собой, в душу другого человека так просто не залезешь ). Если принципы заложенные в богослужениях действительно воплощаются, то и видение соборности возрастает. Природа соборности - это то что приносит с Собой Святой Дух. В первую очередь, в отношении соборности, - это любовь и сострадательность, это то что связывает вместе слабых и сильных, первых и последних. Связывает так сильно, что первые не могут "усовершенствоваться" до такой степени, что оторвутся от последних. Я даже рискну предположить и рискну высказать такую крамольную мысль: мне кажется, что если бы не было в христианстве соборности, то некоторые великие святые закачивали бы свою земную жизнь Воскресением. Но они не Воскресли, потому что соборно соединены с теми кто очень далек от Воскресения. Они Воскреснут вместе, когда последние будут к тому готовы. И все это - по велению Духа Святого и по свойству общей человеческой природы. Соборность невозможно отменить так же как и невозможно отменить Дух Святой. А с укреплением терпения христиан, она ( соборность ) тоже крепнет.
Ответить

#
18.07.2013 в 00:31
Говоря о соборности, нужно различать соборность, как существенное свойство Церкви и соборность,как реализацию этого свойства в жизни церковной общины и в каждом человеке. Соборность в Церкви упразднить нельзя, поскольку Церковь, это, в первую очередь, полнота жизни Пресвятой Троицы, а во-вторых, причастность этой жизни, жизни человечества, объединенного этой жизнью. Но говоря о жизни общины, можно говорить и о упразднении соборности, как отсутствии выражения общиной этого свойства. Сделать это весьма легко. Достаточно во главе общины стать человеку, далекому от христианских понятий, как община превратится в рабов, обеспечивающих привольную жизнь деспота, который устрашает ее Богом и всяческими карами. А если такой человек находится на одном месте 30-ть лет, то от соборности и духу не останется. «Разделяй и властвуй» - печальный опыт жизни многих общин. Священник, кучка сексотов и холуи – вот и вся соборность. Лично я о соборности читал, но реально ее не видел. Попытка реализовать соборность впирается в глухую стену противостояния священника. Многие боятся соборности, воспринимая ее, как угрозу своему извращенному существованию. А иные и не хотят, поскольку это заставит выйти из своей психологической ниши. Вот так и сидит каждый в своей религиозной норе, индивидуально «спасается» и утешается своей святостью.
Ответить

#
23.05.2013 в 22:01


Что такое соборность?

В статье поминается (как без этого) Символ веры: Во едину
Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.



Вот я задам три риторических вопроса. Человек (или община)
могут сделать церковь святой? Нет. Это делает Христос.



Могут люди сделать ее апостольской? Нет. Это было, есть и
будет. И дело это — Христа.



Но почему же люди думают, что могут создать соборность
церкви? Или умалить ее?



Соборность — это залог свободы каждого из нас, и моей в том
числе. В мире нет страшнее рабства, чем по крови. А соборность церкви — она
освобождает нас от этого. Соборность нашей церкви означает, что единство ее основано
не на узах крови. Это не родовая церковь, вот в чем фишка. Здесь, у нас,
духовное родство, свободное, вне уз крови. Господь церковь СОБИРАЕТ. Берет тех,
кто Ему нужен, люб, красив перед Ним.



А мы — весь живот свой Христу предаем. Мы стараемся
выполнить свой жизненный долг честно. Но Господь возьмет с нашей жизненной нивы
тех, кто Ему люб… Потом что Он свободен в своей СОБОРНОЙ ЦЕРКВИ.



Мне кажется, что такое сознание было доступно любой
крестьянке в православной церкви. Потому что кто же не чует, где его ждет свобода,
где веет вольный воздух?

Ответить

Написать комментарий

Правила о комментариях

Все комментарии премодерируются. Не допускаются комментарии бессодержательные, оскорбительного тона, не имеющие своей целью плодотворное развитие дискуссии. Обьём комментария не должен превышать 2000 знаков. Републикация материалов в комментариях не допускается.

Просим читателей обратить внимание на то, что редакция, будучи ограничена по составу, не имеет возможности сканировать и рассылать статьи, библиограммы которых размещены в росписи статей. Более того, большинство этих статей защищены авторским правом. На просьбу выслать ту или иную статью редакция отвечать не будет.

Вместе с тем мы готовы рассмотреть вопрос о взаимном сотрудничестве, если таковые предложения поступят.

Прим.: Адрес электронной почты опубликован не будет и будет виден лишь модераторам.

 *
Введите текст, написанный на картинке:
captcha
Загрузить другую картинку

добавить на Яндекс добавить на Яндекс