Золотой фонд
Новое в справочном разделе
Комментарии читателей rss

Служение митрополита Вениамина (Федченкова) в Северной Америке. Часть II

29 июня 2012 г.
Во второй части статьи Ростислав Просветов продолжает повествование, посвященное личности митрополита Вениамина (Федченкова). В данном материале фигура иерарха предстает на фоне событий, происходивших в Североамериканской митрополии  в 1945–1946 годах, в контексте поиска путей воссоединения отколовшихся приходов в Америке с Московским Патриархатом.

Предвосхищая вопрос о Церкви и ее границах, который был поднят во второй половине XX века в трудах известных богословов Свято-Сергиевского богословского института в Париже и Свято-Владимирской духовной академии в Нью-Йорке[1], митрополит Вениамин (Федченков) в 1946 году писал: «Вопрос “екклезиастический” (церковный) стал на очередь в церковном мире данной эпохи. Прежде были ереси против троичности, против Христа Господа, Духа Святого, против икон. То все прошло, а ныне мы нуждаемся в осознании и разрешении вопроса именно о Церкви. И прежде всего нужно начать мучитьсяим, не теоретически, не на словах, а в душе. Тогда будем искать и ответа на муку. Но беда нашей эпохи: мы не болеем этим. Вот в России за 25 лет настрадались довольно всякими расколами; и пришли к миру. В Европе отчасти тоже прошли эту школу. В Америке тоже пережили немало. Но все здешние столкновения, в сущности, были раздорами раскольников с раскольниками, своя своих преследовали. И только с запроса Матери-Церкви в 1933 году митр[ополиту] Платону началась борьба против канонической Церкви»[2].

В апреле 1945 года малый Архиерейский Собор Североамериканской митрополии во главе с митрополитом Феофилом (Пашковским) отклонил условия Патриарха Алексия (Симанского) по воссоединению с Московской Патриархией и назначил комитет для Созыва Всеамериканского Собора[3]. Патриарх Алексий 22 апреля получил телеграмму от митрополита Вениамина с сообщением о результатах переговоров. Одним из условий объединения, которое выдвинул митрополит Феофил, было назначение американским экзархом вместо митрополита Вениамина архиепископа Алексия (Сергеева). Владыка Вениамин докладывал: «Епископ Алексий [Пантелеев] сообщает, что Собор епископов состоится 25 мая. Всеамериканский Собор отложен до осени. Благоприятно для меня. В приезде архиепископа Алексия сейчас нет необходимости. Надежды на мир возрастают. Благословите нас. Сердечно. Митрополит Вениамин». В ответной телеграмме, от 24 апреля, глава Русской Православной Церкви настаивал на необходимости посылки в Америку архиепископа Алексия [Сергеева][4].В очередной телеграмме, поздравляя Патриарха с Пасхой и Победой, митрополит Вениамин сообщал: «Три епископа Сан-Франциско публично отклонили условия патриарха. Леонтий [Туркевич] открыто требует разделения. Собор всех епископов состоится в Чикаго 24-26 мая. Архиепископ Алексий [Сергеев] должен быть к этому времени. Сердечно любя Вениамин Федченков»[5].

25 мая 1945 года Архиерейский Собор в Чикаго подтвердил апрельское решение малого архиерейского собора и окончательно отклонил условия Москвы. Всеамериканский Собор был отложен до осени.

Митрополит Вениамин телеграфирует 4 июня: «Мы будем бороться за воссоединение отдельных приходов. Когда приедет архиепископ Алексий [Сергеев], мы должны созвать наш Всеамериканский собор»[6]. В следующей телеграмме он сообщал: «Мы решили провести многочисленные собрания в течение этого лета по праздничным дням, испрашивая Вашего Указа на состав всего собора из семи-восьми [архиереев] вместе с архиепископом Алексием [Сергеевым]». И в конце добавил: «Я нуждаюсь в отдыхе по будням на все лето»[7]. Видимо, события последних месяцев и постоянные разъезды по стране подорвали силы 65-летнего экзарха. К тому же в трудные периоды своей жизни митрополит Вениамин всегда прибегал к особому молитвенному подвигу, следуя словам апостола: «Если же у кого из вас недостает мудрости, да просит у Бога, дающего всем просто и без упреков, ­– и дастся ему» (Иакова 1:5).

Утешением митрополиту Вениамину было то, что 30 июня 1945 года он получил советское гражданство, ходатайство о котором подавал еще в 1940 году через Нью-Йоркское советское консульство[8]. Помимо этого, владыка состоял в списке лиц, представленных к награждению Советскими правительственными наградами за проведение большой патриотической работы в годы войны. Однако резолюция В.М. Молотова на докладной записке Г.Г. Карпова в отношении американского экзарха гласила: «Это – неудобно и нецелесообразно»[9].

Единичные приходы Североамериканской митрополии продолжали переходить в ведение экзарха. Однако большинство сочувствующих Патриархии ждали решений Всеамериканского Собора.

6 сентября 1945 года в США прибыл архиепископ Ярославский и Ростовский Алексий (Сергеев). Его прием был подготовлен и осуществлен духовенством и мирянами обеих юрисдикций, объединившихся в специальный Комитет по встрече патриаршего посланника. Помимо представителей Русской Православной Церкви, к приезду архиепископа Алексия проявили значительный интерес американские религиозные организации, полагая, что его визит будет содействовать делу объединения[10].

Под воздействием церковно-общественного мнения, которое выражали клирики и прихожане Североамериканского митрополичьего округа, митрополит Феофил изъявил согласие на личную встречу с патриаршим посланником, которая состоялась 25 октября 1945 года в здании американской митрополии. На этой встрече митрополит Феофил предъявил архиепископу Алексию следующие условия воссоединения: полная автономия, утверждение его, митрополита Феофила, главой Церкви в Америке и невмешательство Московской Патриархии во внутренние дела автономии. Архиепископ Алексий, ссылаясь на то, что пункты условий представлены на английском языке, потребовал отдельного перевода их на русский язык и отложил продолжение обсуждения до следующей встречи. Патриарх телеграфировал своему посланнику: «Условия Митрополита Феофила признаю неприемлемыми»[11].

Вторая встреча двух иерархов состоялась 8 ноября 1945 года. На ней патриарший представитель выдвинул встречные требования к митрополиту Феофилу: признать Патриарха Московского и всея Руси Алексия (Симанского) главой Американской Церкви; разорвать все отношения с главой РПЦЗ митрополитом Анастасием (Грибановским) и созвать в ближайшее время Всеамериканский Собор[12]. В случае принятия этих требований, архиепископом Алексием обещано было снять запрещение с иерархии митрополии и поставить перед патриархом вопрос о посылке делегации во главе с митрополитом Феофилом в Москву для дальнейших урегулирований по вопросу объединения[13]. Ответ на эти «контрусловия» Патриархии митрополит Феофил отложил до собора архиереев в Чикаго, который назначил на декабрь того же года, и туда же был приглашен архиепископ Алексий (Сергеев).

В то время, когда созыв Собора в Чикаго был уже назначен, митрополит Феофил неожиданно выпустил оповещение, в котором заявил о том, что условия, предложенные Московской Патриархией, являются для него неприемлемыми, и призвал свою паству к сохранению существующего положения. Для выяснения церковно-общественного мнения по данному вопросу митрополит Феофил решил созвать собрание клириков и мирян Нью-Йоркского и Нью-Джерсийского округов с постановкой на нем вопроса о существующем положении. В свою очередь архиепископом Алексием было выпущено обращение к архиереям, клирикам и мирянам Североамериканской митрополии, в котором разъяснялась позиция Московской Патриархии, а также вся история самих переговоров.

Собрание клириков и мирян Нью-Йоркского и Нью-Джерсийского округов показало, что значительная часть клириков и приходов высказалась за немедленное безусловное воссоединение. Председательствующему на собрании архиепископу Виталию (Максименко) не удалось провести подготовленной резолюции, благодаря чему собрание разошлось, вообще не приняв никаких решений[14].

Накануне Чикагского Архиерейского Собора архиепископ Алексий еще раз попытался вступить в переговоры с митрополитом Феофилом с тем, чтобы урегулировать создавшееся положение. Однако последний на эти переговоры не пошел[15].

Большой архиерейский собор русских православных епископов, заседавший в Чикаго в течение трех дней, завершил свою работу 19 декабря 1945 года. Доклад архиепископа Алексия (Сергеева) был заслушан на второй день заседаний. К участию в самих заседаниях патриарший представитель допущен не был. Итогом Собора стало решение о созыве Всеамериканского Церковного Собора в 1947 году, на котором должен был быть поставлен «наиболее острый вопрос о возобновлении отношений с Российской церковью»[16]. 12 января 1946 г.Патриарх Алексий телеграфирует в США: «…отсрочка Собора на 1947 г. свидетельствует, по-моему, о желании м[итрополита] Феофила и иже с ним протянуть время, а там-де «даст Бог дело покажет, в какую сторону действовать…» Такой маневр нам не нравится»[17].

Поскольку переговорный процесс зашел в тупик, а также ввиду того, что митрополит Вениамин (Федченков) был, фактически, отстранен архиепископом Алексием от переговорного процесса и управления американским экзархатом, Патриарх отзывает своего посланника в Москву, чтобы на ближайшей сессии Синода заслушать его доклад по Америке[18]. В это время митрополит Вениамин, находящийся на отдыхе во Флориде, пишет обширный доклад Патриарху Алексию – «Раскол или единство?»[19]. 7 марта 1946 года архиепископ Алексий (Сергеев) отбыл в Москву, учредив вместо себя «комиссию» по делам примирения во главе с епископом, а вскоре архиепископом Нью-Йоркским Макарием (Ильинским)[20].

Как было уже сказано, митрополит Вениамин в переговорах с представителями Североамериканского митрополичьего округа участия не принимал. Ни одна сторона не хотела его видеть в качестве участника объединительного процесса. С самого начала своей миссии в Северной Америке архиепископ Алексий (Сергеев) резко дистанцировался от патриаршего экзарха и даже не служил вместе с ним[21]. Вполне возможно, что такие указания им были получены в Москве. Считалось, что так переговоры с митрополитом Феофилом будут проходить успешнее. Однако вел себя при этом патриарший посланник грубо и некорректно. Уверяя, что наделен особыми патриаршими правами, архиепископ Алексий совершенно отстранил митрополита Вениамина от управления епархией и не только не советовался с ним по «американским вопросам», но даже и не слушал его мнения. Окончательным желанием архиепископа Алексия стало устранение патриаршего экзарха. В той же телеграмме, где Патриарх Алексий (Симанский) говорил о неприемлемых условиях митрополита Феофила, он добавляет: «…вопрос о митрополите Вениамине нахожу преждевременным. Окончательных решительных действий не принимайте до получения от нас указаний в связи с вашим докладом»[22].

Авторитарные методы архиепископа Алексия повергали в изумление митрополита Вениамина. Он был вынужден уступать и подчиняться напору патриаршего посланника, признавая, что с ним бесполезно спорить. Так, по требованию архиепископа Алексия митрополит Вениамин должен был наградить некоторых лиц из духовенства, считая, однако, что они этих наград не заслуживают[23]. Помимо прочего, патриарший посланник потребовал от митрополита Вениамина подписать заранее подготовленный документ, якобы «для внутреннего употребления», в котором говорилось, что вся деятельность патриаршего экзарха, касающаяся политической стороны жизни в России, «ни в какой мере не является выражением воззрений Русской Церкви», и что «Р[усская] Церковь никогда не вмешивалась в политическую жизнь Родины и проч. и проч.»[24]. Это предложение митрополит Вениамин категорически отверг. В своем докладе Патриарху Алексию он писал по этому поводу: «Я решительно отказался дать свое имя под этими обеими неправдами. Напрасно я ссылался на авторитет Патриарха Сергия, – который в особом письме дал мне указания (точнее спросил моего ответа: как я работаю здесь, в Америке на пользу Советского Союза? – что, конечно, важно было и для нашей Церкви, и для Родины, и даже для Америки, союзницы нашей) <…> Напрасно я указывал Арх[иепископу] Алексию, что и Ваше Святейшество двухкратно, в беседах с заграничными корреспондентами, заявляли для заграницы, что одним из важнейших достижений Церкви за время войны было полное единогласие в деле защиты Родины и вообще во взаимных отношениях Церкви и Правительства. И я лично глубоко убежден не только в совершенной правде этого сотрудничества, не только в огромной, первостепенной важности такого взаимоотношения, – но и в полной искренности таких заявлений <…> к счастью Церкви (и моему), я уверен в правде и искренности дружелюбия Церкви с Правительством; я видел это сам в Москве; а иначе я был бы не только разочарован, но и усумнился бы в истинности пути нашей Церкви по существу (только с другой стороны, чем делают раскольники). И потому я отказался дать фальшивую подпись и вредную, по существу, декларацию…»[25]

 Открыто владыка Вениамин не смел протестовать против своеволия архиепископа Алексия, опасаясь помешать этим делу примирения и показать в своем лагере разделение. Однако измучившись сложившимся положением дел, он пишет 29 октября 1945 года в письме Патриарху: «Отпустите меня в монастырь. Я уже дело это готовил в последнее время. Большую часть тех сумм, которые Вы дали мне на выкуп нашего подворья, – я (по совету практичных людей) употребил не на это, но, что район не подходящий; а внес деньги на приобретение монастыря: огромный и хороший храм, епископальная миссия) и рядом 2 дома. Очень дешево… И вот туда мне и хотелось бы уйти... Ваше святейшество! Не торопитесь отказывать мне. Я знаю (и А[архиепископ] А[лексий] говорил), что нужда в служителях церкви большая.. Верно. Но одним человеком меньше – не такая уже беда! <…> Я еще и у святейшего П[атриарха] Сергия просился перев[ода]. А теперь у Вас и у Свящ[енного] Синода прошу: отпустите... Если же не совсем, то хотя бы на время – года на 3 или более. <…> Почему прошу? О душе пора думать! Я знаю: можно возражать против этого... Но поймите и меня, Владыка. Слава Богу, не сгораю от властолюбия; денег не люблю. А о душе думаю все ж… Как я растерял духовную благодать! А без нея – скучно и пусто. <…> В монастыре <…> мы предлагали организовать зачаток православной Миссии: печатание, переводы, воспитание будущих кандидатов прав[ославной] амер[иканской] церкви… У меня есть способности организации служб (по возможности монастырских) и книжной работы. И кто знает; мо[жет] б[ыть] я послужу церкви («Богоданной» мне, как писал П[атриарх] Сергий, в 1933 г.) этим путем больше, чем администрацией?!»[26]

На эту мольбу патриарх отвечал митрополиту в письме от 12 января 1946 года: «По Вашему личному вопросу скажу, что, хотя Вы и очень ценны нам как архипастырь действующий, и – там ли, «в мори далече», или здесь, на Руси, – однако, не смею «вопреки глаголати» Вашему желанию уединиться в обители, тем более, что она так, по-видимому, благоприятно устрояется в Ваших краях, где, к тому же, она под Вашим руководством и при Вашем непосредственном участии может принести большую духовную пользу окрест живущим и чающим Христова утешения в духе православного подвижничества. Но это – еще впереди, а пока – Вы еще потрудитесь на своем месте во славу и торжество нашей Церкви»[27].

И митрополит Вениамин продолжил свои труды. По поводу примирения с митрополитом Феофилом он в том же письме предлагает следующие условия: «Широчайшая автономия, утверждение митрополита Феофила теперь, ни звука о соборе, ни слова о прекращении политической борьбы… Я вообще склонен идти навстречу, до возможного предела. Хотелось бы лишь созвать Всеамериканский собор, чтобы увидеть настроение представителей церкви всей. Я молюсь об этом (мире), желаю его, говорю и в проповедях. Народ и духовенство тоже желают…»[28]

«Примирительная» позиция митрополита Вениамина и стремление идти навстречу митрополиту Феофилу в даровании Североамериканской митрополии автономии «до возможного предела» вызвали недовольство архиепископа Алексия (Сергеева) и опасения в Москве. Не все одобрили снятие запрещения с покойного митрополита Платона (Рождественского), которое исхлопотал в Патриархии митрополит Вениамин по своему искреннему желанию и настойчивым просьбам юрисконсульта М.И. Печковского. Больше всего утешало владыку то, что хоть после смерти митрополит Платон воссоединен с Церковью Христовой и теперь за него можно было молиться «с миром в сердце»[29]. Впрочем, митрополит Вениамин пояснял: «Я лично (как и Печковский) просил только за Митрополита Платона. Живых я не разумел, – т.е. Митрополита Феофила и его сотрудников; так как они еще живы, и могут принести покаяние сами или ходатайствовать о снятии запрещения»[30].

Об изменении своего отношения к представителям Североамериканской митрополии владыка Вениамин писал: «…после отъезда Архиепископа Алексия я, – «вопреки рассудку», – почувствовал симпатии к… М[итрополиту] Феофилу, к Архиеп[ископу] Виталию… Уже они показались мне много смиреннее и милее. И я даже одно время почувствовал желание написать им добрые приветы… Но удержался»[31].

Видя всю безуспешность своих попыток к примирению в Америке, митрополит Вениамин начал тяготиться своим положением здесь. 27 марта 1946 года Японский епископ Николай (Оно) и другие зарубежные иерархи Дальнего Востока присоединились к Московской Патриархии. 4–5 апреля 1946 года православная японская и русская паства, созвав Церковный Собор, обратилась за помощью в Америку, с просьбой послать им епископа патриаршей церкви. В связи с этим, в июне 1946 года митрополит Вениамин докладывал Патриарху Алексию: «Здесь нет нужных кандидатов. Покойный Митр[ополит] Сергий [Тихомиров] дважды звал меня помощником. Патриарх Сергий [Страгородский] в 1931 году отложил решение на будущее. Верую, настал момент воли Божией трудиться там, если благословите Вы это мне. Спасительное примирение в Америке без меня легче. Временно заменить можете одним из 13 архиепископов. Лучше не откладывать решения»[32]. В ответ Патриарх телеграфирует 5 августа 1946 года: «В Японию мы направляем епископа из Москвы. Ваши доклады нам очень нужны, еще не получены. Пока действуйте в Америке»[33]. И митрополит Вениамин продолжил свое служение в Америке.

Продолжение следует…



[1] См.: Николай Афанасьев, протопр.Границы Церкви // Православная мысль, сб. 7. Париж, 1949. С. 17-36; Александр Шмеман, прот. О церкви // Православие и жизнь. Сборник статей под ред. проф. С. Верховского. Фонд «Христианская жизнь», Клин, 2002; Александр Шмеман, прот.Знаменатеьная буря // Вестник русского Западно-европейского патриаршего экзархата. 19 an. 3 et 4 tr. Paris, 1971. № 75–76; Иоанн Мейендорф, прот.Кафоличность Церкви // Православие в современном мире.  М., 1997. С. 110-128.

[2] Вениамин (Федченков), митр. Раскол или единство? (Материалы для решения вопроса об Американской Церкви) // Церковно-исторический вестник. 1999. № 4-5. С. 84.

[3] Государственный архив Российской Федерации (Далее – ГА РФ). Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 76. Л. 61.

[4] Письма Патриарха Алексия I в Совет по делам Русской православной церкви при Совете народных комиссаров – Совете министров СССР. 1945-1970 гг. М., Росспэн, 2009-2010. Т. 1. С. 54.

[5] Там же. С. 56.

[6] ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 76. Л. 65

[7] Там же. Л. 66

[8] ГА РФ. Ф. 7523. Оп. 59. Д.  222. Л. 3.

[9] «Письма…» С. 72.

[10] Среди них: Епископальная Церковь, Федерация Христианских Церквей Америки, Американские члены Всемирного Совета Церквей, Американский Комитет содействия Всемирному Совету Церквей, Группа церковных руководителей-мирян всех главных вероисповеданий Америки, Американское Библейское общество.

[11] «Письма…» С. 87.

[12] ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 76. Л. 98.

[13] Там же. Л. 110.

[14] Там же. Л. 176.

[15] Там же. Л. 177.

[16] Там же. Л. 111.

[17] «Письма…» С. 107.

[18] ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 76. Л. 104.

[19] См.: Вениамин (Федченков), митр. Указ. соч. С. 4-139. История с этим докладом вышла весьма примечательная. Архиепископ Алексий (Сергеев), отплывая в Одессу, потребовал 400-страничный доклад митрополита Вениамина и увез с собой. По прибытии в Советский Союз доклад не был сдан ни в Патриархию, ни в Совет по делам русской православной церкви. На вопрос, где же доклад, архиепископ Алексий отвечал, что он остался в США в советском консульстве. Однако из консульства отвечали, что доклада у них тоже нет. Наконец, на встрече Патриарха Алексия (Симанского) с Г.Г. Карповым 19 октября 1946 года последний счел необходимым напоминать: «куда пропал доклад» митрополита Вениамина? (См. ГА РФ Ф. Р-6991. Оп. 11. Д. 76. Л. 227). Только после этого напоминания доклад «благополучно нашелся».

[20] Владыка Макарий еще 26 января 1946 года покинул митрополита Феофила и был принят в общение с Патриаршей Церковью.

[21] ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 76. Л. 227.

[22] «Письма…» С. 87; ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 76. Л. 97.

[23] Подробнее см. доклад митрополита Вениамина патриарху Алексию от 26-27 апреля 1946 года в Приложении. Документ № 9.

[24] ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 139. Л. 24.

[25] Там же. Л. 24-25.

[26] Там же. Л. 92 об.-93.

[27] Там же. Л. 112. В «Письмах…» этот документ обрывается таким образом, что складывается впечатление об окончательном положительном решении Патриарха Алексия отпустить митрополита Вениамина в монастырь.

[28] «Письма…» С. 101.

[29] ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 76. Л. 150. И после кончины митрополита Платона владыка Вениамин в своей домовой церкви считал возможным служить по почившему иерарху панихиду (См.: Вениамин (Федченков), митр. Раскол или единство? (Материалы для решения вопроса об Американской Церкви) // Церковно-исторический вестник. 1999. № 4-5. С. 18).

[30] ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 76. Л. 150.

[31] Там же. Д. 139. Л. 15-16.

[32] «Письма…» С. 170.

[33] Там же.

Подписаться на ленту комментариев к этой публикации

Комментарии (6)

Написать комментарий
#
Ростислав Юрьевич Просветов, Россия, Тамбов
15.07.2012 в 22:17
Считаю необходимым в дополнение к этой части статьи
разместить здесь любопытный документ, опубликованный И.А. Курляндским (См.: Курляндский, И.А.
Сталин, власть, религия (религиозный и церковный факторы во внутренней политике
советского государства в 1922-1953 гг.). М., 2011. С. 544.)

Цитирую:

25 февраля 1944 года
Меркулов послал Сталину следующий документ:



«ГКО Товарищу Сталину.



В
Соединенных Штатах Америки имеется несколько сот русских православных церквей,
ранее входивших в так называемую Северо-Американскую епархию, подчиненную
московской патриархии.



В
1920-1926 гг. под влиянием заграничного Синода, находящегося в Югославии,
большинство церковных приходов ушло в раскол от московской патриархии. Остался
верным московской патриархии митрополит Северо-Американский и Алеутский
Вениамин Федченков, признающий Сергия, как главу русской православной церкви и
находящийся с ним в постоянной переписке.



В
ведении митрополита Вениамина осталось всего 10 приходов, все же остальные
находятся в подчинении враждебно настроенных к патриарху Сергию русских
епископов разных ориентаций.



Митрополит
Вениамин, являясь экзархом московской патриархии по управлению американской
епархией, своими публичными выступлениями в разных городах Америки немало
способствовал правильному пониманию как действий патриархии, так и общей
советской политики. Однако вследствие старости и плохого состояния здоровья
митрополит Вениамин не может развернуть работу по отвоевыванию на свою сторону
оппозиционных приходов.



Еще
в 1941 году митрополит Вениамин поставил перед Синодом вопрос о командировании
в помощь ему кого-нибудь из лиц высшего духовенства. В связи с этим тогда же
Сергий обратился с письмом в американское посольство в Москве за получением
визы на въезд в США митрополиту Киевскому и Галицкому Николаю (Ярушевичу).



Более
двух лет московская патриархия не получала ответа на свое ходатайство. Как
стало известно в последнее время из сообщений НКИД СССР, правительство США
согласилось дать визу на въезд в США митрополиту Николаю, если будет
ходатайство со стороны Советского Правительства.



Ввиду
того, что митрополит Николай в настоящее время является членом Государственной
Чрезвычайной Комиссии по установлению и расследованию немецких злодеяний,
патриарх Сергий намерен командировать в Нью-Йорк Рязанского архиепископа
Алексия (Сергеева) с личным секретарем (Алексий является агентом НКГБ СССР).



НКГБ
СССР намечает под этим церковным прикрытием организовать разведывательную
резидентуру в США…



В
задачи резидентуры будут входить:



1)
проведение работы по воссоединению с московской патриархией всех русских
православных церквей в США и распространение на них патриаршего влияния,



2)
завязывание нужных связей и вербовка полезных нам лиц для ведения
разведывательной работы в США.



Прошу
Ваших указаний.



Народный
комиссар Государственной безопасности СССР Меркулов».



РГАСПИ.
Ф. 17. Оп. 114. Д. 842. Л. 20

Ответить

#
3.07.2012 в 07:45
Уважаемый Ростислав!
На чем основано следующее утверждение "Одним из условий объединения, которое выдвинул митрополит Феофил, было назначение американским экзархом вместо митрополита Вениамина архиепископа Алексия (Сергеева)"? Об архиепископе Алексии (Сергееве) написано много неприятного и нелицеприятного, например, ru.wikipedia.org/wiki/Алексий_(Сергеев) или krotov.info/spravki/history.../1899sergeev.htm
Тем не менее, его встреча в Америке готовилась очень торжественно, в том числе (и особенно) "феофиловцами", в отличие от визита владыки Григория (Чукова) полтора года спустя (этого визита они не хотели и, как хорошо известно, м. Феофил с м.Григорием не встретился вообще).
Ответить

#
Ростислав Юрьевич Просветов, Россия, Тамбов
3.07.2012 в 10:42
Отец Михаил, утверждение "Одним из условий объединения, которое выдвинул митрополит Феофил, было назначение американским экзархом вместо митрополита Вениамина архиепископа Алексия (Сергеева)" дословно приведено в сборнике "Письма патриарха Алексия I в Совет по делам Русской православной церкви при Совете народных комиссаров - Совете министров СССР. 1945-1970 гг. М., Росспэн, 2009-2010. Т. 1. С. 54. Это комментарий к нижеприведенной телеграмме митрополита Вениамина от 22 апреля 1945 г. Спасибо, что обратили на это внимание. В архивных документах пока подтверждения этому утверждению я не нашел, буду смотреть внимательнее. Может это ошибка составителей сборника.

Архиепископ Алексий (Сергеев) много "наломал дров" в Америке. Вел себя заносчиво с представителями советского консульства. С самого начала требовал предоставить ему легковую машину, секретаря-переводчика, преподавателя английского языка, прислугу-повара в его квартиру и т.д. Шумные встречи, приему и фуршеты - все это значительно подрывало его авторитет как посланника из Москвы. Пару раз он не прибыл в назначенное время на богослужение, не уведомив при этом ожидавших его священнослужителей и прихожан церквей. Грубо обращался с посетителями, а некоторым вовсе отказывал в приеме даже после многочасовых ожиданий. По итогам этой поездки Г.Г. Карпов сообщал: "Представитель Московской Патриархии архиепископ Ярославский Алексий (допустивший ряд нетактичных действий), не смог добиться решающего успеха в деле воссоединения с Московской Патриархией русских православных церквей в США" (РГАСПИ. Ф. 82. Оп. 2. Д. 498. Л. 81). В конце-концов, не случайно в американской печати была заметка, о которой писал митр. Вениамин: "насколько торжественно и многолюдно (более 100-150 человек) встречали его [архиепископа Алексия]; настолько же грустны и малолюдны были проводы (около 10-15 чел.).

Полтора года спустя была уже совсем другая обстановка. Кливлендский собор, фактически, немного приоткрыл клапан бурлящего котла и выпустил пар, тем самым сняв давление, в т.ч. и на митрополита Феофила. Потому митр. Григория уже просто игнорировали. Да и политическая ситуация менялась стремительно.
Ответить

#
4.07.2012 в 08:26
Просто, посмотрев достаточно много архивных документов, нигде не находил даже косвенного упоминания о том, чтобы митр. Феофил и его окружение желали бы назначения архиеп. Алексия экзархом. То, что они настаивали на отзыве митр. Вениамина, - это точно. А вообще они просто хотели упразднения экзархата - он для них был как бельмо в глазу. На этом они (вернее, преемники) стояли и в 1963, и в 1969-70, и позже.
Ответить

#
30.06.2012 в 11:10
Для полноты исторической картины можно ознакомиться и со статьей "Красный владыка русского зарубежья" , написанную доцентом ПСТГУ. Похоже, она даёт более взвешенную оценку деятельности митр. Вениамина.
Ответить

#
Ростислав Юрьевич Просветов, Россия, Тамбов
3.07.2012 в 10:03
Василий, прошу Вас дождаться третьей части. Там об этом немного сказано.
Ответить

Написать комментарий

Правила о комментариях

Все комментарии премодерируются. Не допускаются комментарии бессодержательные, оскорбительного тона, не имеющие своей целью плодотворное развитие дискуссии. Обьём комментария не должен превышать 2000 знаков. Републикация материалов в комментариях не допускается.

Просим читателей обратить внимание на то, что редакция, будучи ограничена по составу, не имеет возможности сканировать и рассылать статьи, библиограммы которых размещены в росписи статей. Более того, большинство этих статей защищены авторским правом. На просьбу выслать ту или иную статью редакция отвечать не будет.

Вместе с тем мы готовы рассмотреть вопрос о взаимном сотрудничестве, если таковые предложения поступят.

Прим.: Адрес электронной почты опубликован не будет и будет виден лишь модераторам.

 *
Введите текст, написанный на картинке:
captcha
Загрузить другую картинку

добавить на Яндекс добавить на Яндекс