Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
   
Золотой фонд
Новое в справочном разделе
Комментарии читателей rss

Библеистика, библейский перевод и конфессиональность

16 января 2012 г.
Рассматривая проблемы перевода Библии, Андрей Десницкий задается вопросами: конфессиональна ли библеистика в целом и библейский перевод в частности? Библеистика – это наука, в которой могут быть разные школы и направления? Или же здесь очень многое зависит именно от конфессиональности – но в чем тогда это проявляется? Автор представляет в своей статье спектр мнений по данной проблеме.

Библейский перевод всегда казался богословам занятием потенциально опасным. Например, Илона Рашков рассказывает[1] о тех опасениях, которые вызывали в XVI в. первые опыты перевода Библии на английский язык. Самым привычным обвинением в те времена для христиан Европы было обвинение в иудаизме: его бросали друг другу католики и протестанты, им даже обменивались меж собой некоторые лютеране и кальвинисты – и нет ничего удивительного в том, что переводчики ВЗ всячески старались дистанцироваться от иудейской традиции. Например, создатели католического перевода Rheims Douay (ветхозаветные книги выходили в самом начале XVII в.) в песни Анны в 1 Царств 2:10 напрямую упомянули Христа: «shall exalt the horn of his Christ», хотя в оригинале, как и во всех современных переводах, речь идет о вознесении рога помазанника, и в ветхозаветном контексте это относится скорее к Соломону. Но переводчики решили внести в текст свое собственное богословие.

Собственно, подобные опасения встречались и в иудейской среде: перевод Торы самим своим существованием может стереть разницу между евреями, которые читают ее на языке оригинала, и прочими народами, которым отныне открывается доступ к священному тексту и которые могут теперь сказать «это мы Израиль»[2]. В результате каждая традиция избирает такую стратегию перевода (или даже принципиального отказа от перевода), которая не просто наилучшим образом отражает базовые установки этой традиции, но и отгораживает ее от остальных.

Особенно острое противодействие вызывает у многих носителей такой традиции перевод, который делается как будто внутри самой этой традиции, или во всяком случае не обозначает себя как «чужой», но в то же время не соответствует их ожиданиям. Так, когда накануне Рождества 1952 г. вышел английский перевод Revised Standard Version, весьма консервативный, одна из газет в Нью-Йорке вышла с рекламным объявлением, размещенным и оплаченным местной баптистской общиной. Однако оно призывало как раз не покупать этот перевод, потому что он «отрицал девственное рождение Христа». Дело в том, что в Исайе 7:14 было использовано для перевода евр. слова עַלְמָה английское ‘young woman’ (молодая женщина) вместо традиционного ‘virgin’ (дева)[3]. С лингвистической точки зрения такой перевод вполне оправдан, но традиционалистами он воспринимался как отказ от важнейшего христианского догмата (это при том, что недвусмысленное указание на него содержалось непосредственно в евангельском тексте, и на самом деле речь может идти здесь лишь о том, насколько прямо и недвусмысленно указывал на рождение Христа от Девы пророк Исайя).

Пример современных опасений подобного рода – статья Уильяма Бэррика[4]. Он разбирает, среди прочего, как переводится ветхозаветное выражение «приложился к отцам своим/народу своему», которое вне всяких сомнений означает «умереть». Казалось бы, можно было его рассматривать как отражение того факта, что людей хоронили в семейных усыпальницах, и кости умершего в прямом и непосредственном смысле «прикладывались» к костям его предков. Однако, как отмечает Бэррик, это выражение и ему подобные употребляются даже в тех случаях, когда человек был похоронен вне подобных гробниц, как Моисей (Второзаконие 34:6). Следовательно, речь идет о богословском значении этого выражения: древние израильтяне верили в посмертное существование и в то, что умерший отправляется туда же, где после смерти находятся его отцы.

Вообще-то в книге Бытия, да и вообще в ранних книгах Ветхого Завета невозможно найти развернутое учение о посмертной жизни (в качестве гипотетической возможности она рассматривается в книге Иова, а воскресение мертвых прямо упоминается у Даниила 12:2). Но это, безусловно, один из краеугольных камней современной христианской, да и иудейской веры. Одно дело – переводить так, чтобы текст оказывался совместимым с этой верой, и совсем другое – требовать от переводчика, чтобы во всех выражениях перевод ей заведомо соответствовал. В конце концов, выражение «приложиться к отцам» можно понимать и просто как метафору, подобную «деснице Господней» или тому же самому «вознесению рога» праведника – не обязательно считать, что в каждом конкретном случае автор оригинала имел в виду некое конкретное и вполне однозначное присоединение умершего к своим предкам, будь то кости в гробнице или души в загробном мире. Выражение «приложиться к народу своему» может означать просто «умереть, как и праотцы».

Итак, конфессиональна ли библеистика в целом и библейский перевод в частности? Может быть, это наука, в которой могут быть разные школы и направления, но не может быть «православной физики», как не может быть «марксистского языкознания»? А может быть, здесь очень многое зависит как раз от конфессиональности – но в чем тогда это проявляется?

Свой ответ на этот вопрос с точки зрения библеистов-католиков предлагает Каролин Осик[5]. Что это значит: быть ученым-библеистом и одновременно быть католиком? Она, в частности, отмечает, что официальное отношение самой Католической Церкви к библеистике как науке ощутимо менялось на протяжении последних полутора веков. Ключевыми здесь являются три документа, вышедшие с интервалом ровно в 50 лет. Первый из них – энциклика Льва XIII Providentissimus Deus – увидел свет в 1893 г. Вслед за Тридентским собором единственным аутентичным текстом эта энциклика называла латинскую Вульгату. При этом она поощряла изучение текстов на языках оригинала, но уже во вторую очередь. При этом она порицала т.н. «высокую критику», т.е. основное направление научной библеистики того времени, за излишний рационализм и ложные философские предпосылки. Все же Осик отмечает, что католические мыслители тоже были причастны к возникновению библейской критики – так, например, Жан Астрюк[6] еще в 1753 в. высказал свои соображения о происхождении книги Бытия, что стало важнейшим событием в истории возникновения документальной гипотезы[7]. Далее энциклика принимала за непреложный принцип, что между верой и наукой не может быть настоящих разногласий, покуда каждая из них говорит на своем языке и не выходит за пределы своей компетенции.

Второй документ появился в 1943 г., это была энциклика Пия XI Divino Afflante Spiritu. Она видела в Вульгате самый традиционный, но далеко не единственно аутентичный текст, признавала различные научные методы и объясняла расхождения библейских текстов с данными современной науки тем обстоятельством, что библейские авторы не обладали нашими знаниями об окружающем мире и говорили на языке своего времени. В 1965 г. основные положения этой энциклики были подтверждены догматической конституцией II Ватиканского собора под названием DeiVerbum , где, в частности, подчеркивалось единство Писания и Предания для жизни Церкви. Толкование Писания доверено Магистериуму (упрощенно говоря, церковному епископату, имеющему право учить членов Церкви), но и он служит Писанию, а не стоит над ним.

И энциклика, и конституция следовали «принципу воплощения»: как Слово стало плотью в определенном месте и в определенное время, так и текст Писания, да и всякое иное проявление веры, возникает и живет внутри исторического процесса, а значит, его внешние, исторические формы могут быть изучаемы с помощью обычных научных методик.

Наконец, в 1993 г. был выпущен в свет официальный документ Папской библейской комиссии под названием «Интерпретация Библии в Церкви». Он подтвердил основные положения Divino Afflante Spiritu и Dei Verbum, отметив в то же самое время, что некоторые современные направления для католиков неприемлемы – речь шла о богословии освобождения и феминистской герменевтике[8]. Что же позволяет исследованиям католиков-ученых считаться католическими? С точки зрения документа – то обстоятельство, что их работа сознательно ставится в контекст живого церковного Предания. Современная герменевтика утверждает, что полностью объективное восприятие невозможно, и в данном случае осознанная субъективность вполне может быть церковной. Ни этот официальный документ, ни Осик в своей статье не указывают конкретных рекомендаций, да их, вероятно, и не может быть на всякий случай жизни, но общий принцип понятен.

Документ папской комиссии предлагает рассматривать библейский текст на разных уровнях, например, духовном, нравственном и историческом. Осик справедливо отмечает, что этот подход напоминает широко распространенное в Средние века представление о четырех смыслах Библии[9], но возвращается к нему уже на новом, более глубоком и современном уровне. Сходное отношение, кстати, можно заметить и у современного православного автора, о. Теодора Стилианопулоса[10]. Впрочем, стоит отметить, что он не предлагает сколь-нибудь подробного описания своего метода или разработанной программы, это скорее декларация: православное богословие и духовную жизнь можно сочетать с научным прочтением библейских текстов.

Как именно это следует делать, видимо, останется задачей для православных библеистов и богословов на будущее. Порой в России звучат заявления о своеобразии и ценности православной библеистики, но, к сожалению, практически ничего не говорится о том, в чем именно они состоят – в лучшем случае приводятся примеры дореволюционных русских библеистов. Однако для начала XXI в. достижения конца века XIX не выглядят убедительными, к тому же рассказ об этих достижениях звучит в основном на русском языке и для русской аудитории.

Но если мы говорим о конфессиональности, то можно задать следующий вопрос: какие именно переводы потребны представителям той или иной конфессии? Этот вопрос обычно ставит в тупик любого, кто попытается на него ответить. Так, епископ Эмиль Всела, отвечая на вопрос «Что же католического в католическом переводе Библии» (именно так и называется его статья[11]), не находит, по сути, никаких формальных критериев, отличающих католический перевод от некатолического. Собственно, критерий называется один: одобрение местной епископской конференции… а уж по каким именно причинам оно будет или не будет дано, это оставляется на усмотрение самих епископов. Как показывает практика, одобрение может получить и перевод достаточно новаторский, например, с умеренной гендерной инклюзивностью (когда выражения вроде ‘сыны Израиля’ переводятся как ‘дети Израиля’, чтобы не исключать женщин).

При этом подобное одобрение может получить не только католический, но и межконфессиональный перевод, предназначенный для христиан разных деноминаций. Правда, Всела отмечает одну характерную особенность переводов, предназначенных для литургического употребления: они должны быть основаны не на принципе функционального эквивалента, а на более традиционных переводческих моделях. К тому же призывает и выпущенный в Ватикане в 2001 г. документ под названием Liturgiam authenticam[12], который, впрочем, не раскрывает никаких подробностей и потому может быть применен на практике достаточно по-разному, как отмечает Всела.

Примерно такой же вопрос, но применительно к православной аудитории, задает Саймон Крисп[13]. Православный перевод Библии, с его точки зрения, должен обладать тремя основными качествами: быть открытым к трансцендентному (наподобие иконы), быть авторитетным (прежде всего совместимым с основными святоотеческими толкованиями) и быть общинным (связанным с определенным культурным наследием). В первую очередь это касается перевода, предназначенного для литургического употребления, но строго говоря, именно такой перевод и может считаться православным в первую очередь, поскольку Литургия и есть для православных первый и главный контекст, в котором они встречаются со Священным Писанием.

Отметим, что такой подход вполне согласуется с требованиями “Liturgiam authenticam” и с пониманием Всела, так что подобный православный перевод вполне может оказаться вполне пригодным и для католиков, а раз так, то и для наиболее традиционных протестантов. Тут встает только один, но очень существенный вопрос: а каким конкретно все-таки будет этот перевод? Крисп отмечает, что этим критериям не удовлетворяет ни один существующий перевод на английский язык – это при том, что их уже насчитывается более двухсот! Не дает он сколь-нибудь подробных указаний, как именно должен создаваться такой перевод, на какой из существующих он будет похож – или по меньшей мере какой из существующих хотя бы в некоторой степени удовлетворяет этим требованиям. Понятно, что это будет не Good News Bible, но можно ли считать, что в некотором приближении этим критериям удовлетворяет New American Bible (основной перевод американских католиков), а если нет, то почему? Здесь снова мы видим у Криспа вопросы, а не ответы, но, как известно, правильная постановка вопроса уже есть половина ответа. И не стоит, пожалуй, сейчас торопиться со скороспелыми ответами, которые придется пересматривать (отчасти так и получилось у католиков). Нам важнее сейчас собрать факты и представить себе весь спектр мнений по данной проблеме.



[1] Ilona N. Rashkow, Hebrew Bible Translation and the Fear of Judaization // Sixteenth Century Journal 21, (1990), Pp. 217-233..

[2] Об этом, равно как и о других эпизодах, связанных с отношением к переводу в еврейской традиции, см. Naomi Seidman, Faithful Renderings: Jewish Christian Difference and the Politics of Translation, Chicago and London, 2006.

[3] С этого примера начинается книга о спорах американских протестантов о библейских переводах – Peter J. Thuesen, In Discordance with the Scriptures: American Protestant Battles over Translating the Bible, New York and Oxford, 1999, p.4.

[4] William D. Barrick, The Integration of OT Theology with Bible Translation // The Master’s Seminary Journal 12 (2001), №. 1, pp. 15-31.

[5] Carolyn Osiek, Catholic or catholic? Biblical Scolarship at the Center // Journal of Biblical Literature 125 (2006), pp. 5-22.

[6] На полях можно заметить, что хотя сам Ж. Астрюк и был католиком, но родился в семье евреев по происхождению и кальвинистов по вероисповеданию. Конфессиональные границы и в те времена вовсе не были непроницаемыми.

[7] Подробнее см. Андрей Десницкий, Введение в библейскую экзегетику, Москва, 2011, сс. 125-127.

[8] Подробнее см. ibid., сс.174-178.

[9] Подробнее см. ibid., сс. 98-101.

[10] Теодор Стилианопулос, Новый Завет: православная перспектива. Писание, предание, герменевтика, Москва, 2008.

[11] Emil A. Wcela, What is Catholic about a Catholic Translation of the Bible? // The Catholic Biblical Quarterly 71 (2009), pp. 247-263.

[12] См. критику этого документа со стороны библейского переводчика – William Mitchell, “Liturgiam authenticam:... Towards a True Liturgy? // The Bible Translator 53 (2002), pp. 343-352.

[13] Simon Crisp, Sacrality, Authority and Communality as Essential Criteria for an Orthodox Bible translation // The Messenger 6 (2008), pp. 3-12.

Ключевые слова:
См.также:
Подписаться на ленту комментариев к этой публикации

Комментарии (12)

Написать комментарий
#
2.02.2012 в 10:57

Андрей Десницкий писал:*** в книге Бытия не содержится развернутого учения о посмертном существовании душ***

//////////////////////////////////////////////////////////////

Его, развернутого, не содержится и во всей Библии.

Но в Библии также нет развернутых учений по многим основополагающим богословским понятиям. Например:"Творение Словом", "Спасение", "Воскресение из мертвых", "Воплощение", "Дух", "Душа", "Ад и Рай" и пр.

Отсуствие растолкования смысла таких понятий, хотябы богословами, является причиной закрытости всего глубинного смысла Библии, делает ее "Свитком Книжным за семью печатями". А это, помимо общего религиозного заблуждения, чревато множественными искажениями при переводах.


Ответить

#
Александр Жабенко, Украина, Житомир
18.01.2012 в 16:12

Уважаемый Андрей Сергеевич!

Вот, Вы приводите многие размышления о переводе Библии...

Перефразируя св. Илария Пиктавийского, думаю: "Писание не в переводе, а в понимании".

Мне хочется еще раз обратить внимание на мысди по пониманию Писания, высказанные здесь:

http://www.bogoslov.ru/text/1240183.html#comment1244949

и в др. комментариях к этой же публикации.

Еще же впоминаются слова Христа Апостолам: "Будьте мудры, как змии, и невинны, как дети".

Ответить

#
Андрей Десницкий, Россия, Москва
16.01.2012 в 13:21
Да никто свободно не плавает - всякий от чего-то отталкивается, от какого-то берега.

А вот традиция тоже не однородна, и следование ей у нас часто понимают как слепое копирование того 0,0001%, который был найден в ближайшей брошюрке, без учета глубины и многообразия, а главное, без осмысления того, что в XXI веке недостаточно повторять формулировки века IV или XIV, что верность Отцам - в развитии и продолжении, а не в зубрежке.

Весь опыт традиции не может учесть никто, уже хотя бы потому, что жизни не хватит прочесть всё написанное.
Ответить

#
игумен Арсений (Соколов), Ливан, Бейрут
16.01.2012 в 15:11
Под теми, кто отправился в свободное плаванье, я имею ввиду крайних протестантов и неверующих учёных. Экзегеза того, кто сам принадлежит интерпретативной традиции (иудейской или христианской) надёжней экзегезы того, кто вне её - неверующих в богодухновенность Писания. Грубо говоря, интерпретация Десницкого достоверней интерпретации Рижского: первый принадлежит Общине, в центре которой - Писание, второй - нет. Конечно же, любые интерпретации всегда субъективны, в том числе святоотеческие. И так было всегда: стоит сравнить LXX и Таргумы и убедиться в плюрализме древней иудейской экзегезы; а уж о "согласии отцов" в понимании одних и тех же мест Писания и говорить нечего - полная разноголосица; впрочем, и эта разноголосица - в русле единой иудео-христианской Традиции, ведь сам Новый Завет плюралистичен и не содержит единого богословия.
Ответить

#
Андрей Десницкий, Россия, Москва
16.01.2012 в 15:26
С этим согласен - хотя за это можно битым быти много, что нет единого богословия... Как так нет? Мне тут сегодня пришлось православному доказывать, что в книге Бытия не содержится развернутого учения о посмертном существовании душ. А с другой стороны свидетель Иеговы мне прислал письмо, что вообще нигде в Библии, включая НЗ, такого учения нет. :)
Ответить

#
1.02.2012 в 01:02

Андрей Сергеевич!


При всём моём к Вам уважении, как специалисту по библейскому переводу, не мог не отреагировать на одно словосочетание из Вашей статьи, а именно: «посмертная жизнь».


Читая Священное Писание, я не раз обнаруживал очевидное противопоставление понятий «жизнь» и «смерть», призванное подчеркнуть их взаимоисключающий характер, например:


- Вот, я сегодня предложил тебе жизнь и добро, смерть и зло … Во свидетели пред вами призываю сегодня небо и землю: жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие (Второзаконие 30:15,19)


- Смерть и жизнь - во власти языка, и любящие его вкусят от плодов его (Притчи 18:21)


- Ибо не преисподняя славит Тебя, не смерть восхваляет Тебя, не нисшедшие в могилу уповают на истину Твою. Живой, только живой прославит Тебя, как я ныне: отец возвестит детям истину Твою (Исайя 38:18,19)


- И будут смерть предпочитать жизни все остальные, которые останутся от этого злого племени во всех местах, куда Я изгоню их, говорит Господь Саваоф (Иеремия 8:3).


Другие примеры этого можно увидеть в 4 Царств 7:4; Псалом 6:6; Притчи 12:28, 14:27; Римлянам 6:23.


Поэтому, на мой взгляд, в выражении «посмертная жизнь» присутствует не больше смысла, чем в инверсном (т.е. обратном) ему: «пожизненная смерть».



Что же касается Вашего комментария с улыбкой (т.е. значком :)) по поводу моего письма, то я приветствую Ваше оптимистичное расположение духа, но, в то же время, Ваше нежелание (оно, разумеется может быть продиктовано самыми разными причинами) опровергнуть приведенные мной доводы даёт мне дополнительные основания быть уверенным в правильности своего взгляда на обсуждаемый вопрос.



С добрыми пожеланиями, И.Лысенко

Ответить

#
Андрей Десницкий, Россия, Москва
1.02.2012 в 13:17
Игорь, ну давайте назовем это "жизнью после смерти", "посмертным существованием", "загробной участью" или как угодно... но если Вы в нее не верите, какая разница, как это называть? Давайте признаем честно: в Вашем конфессиональном богословии этого просто нет и быть не может, так что любая попытка разговора об этом будет Вами отвергнута сходу. Всё остальное, в т.ч. и выбор слов, вторично. Вот примерно об этом я в своей статье и пишу.
Ответить

#
2.02.2012 в 16:49

В том, что Вы, Андрей Сергеевич, предлагаете «признать честно», нет прямой связи. То есть, отсутствие в моем «конфессиональном богословии» (кстати и не только в моем) представлений о «посмертном существовании» (для чего имеются серьёзные основания, о которых я частино Вам писал) никоим образом не означает «отвержения сходу любой попытки разговора». Это, на мой взгляд, достаточно категоричное утверждение, и для него я не вижу никаких оснований.


В то же время, я не хочу, чтобы у Вас сложилось впечатление о том, что я навязываюсь на диалог. Я и сам в общем-то понимаю высоко вероятную его бесперспективность – мы с Вами, как однажды справедливо заметил мой многолетний собеседник-выпускник СПбДА, методологически по разному подходим к Священному Писанию. Кроме того, в пользу этого говорит и мой неоднолетний опыт обсуждения Библии с верующими разных христианских конфессий.


С добрыми пожеланиями, в том числе и плодотворной работы на поприще библеистики,


И. Лысенко

Ответить

#
игумен Арсений (Соколов), Ливан, Бейрут
16.01.2012 в 15:45
"Мне тут сегодня пришлось православному доказывать, что в книге Бытия не содержится развернутого учения о посмертном существовании душ. А с другой стороны свидетель Иеговы мне прислал письмо, что вообще нигде в Библии, включая НЗ, такого учения нет. :) "

Ну, примеров крайнего невежества всегда хватает: "Если Писание не укладывается в наш катехихис, тем хуже для Писания". Как говорил Лев Шестов, "человека кашей не корми, а подай ему систему". Ту, которой нет ни в Танахе, ни в НЗ.
Ответить

#
игумен Арсений (Соколов), Ливан, Бейрут
16.01.2012 в 15:35
"Мне тут сегодня пришлось православному доказывать, что в книге Бытия не содержится развернутого учения о посмертном существовании душ. А с другой стороны свидетель Иеговы мне прислал письмо, что вообще нигде в Библии, включая НЗ, такого учения нет. :) "

Ну, примеров такого крайнего невежества всегда хватает: если Писание не укладывается в наш катехизис, тем хуже для Писания. Как говорил Лев Шестов: "Человека кашей не корми, а подай ему систему". Которой нет и не может быть ни в Танахе, ни в НЗ.
Ответить

#
игумен Арсений (Соколов), Ливан, Бейрут
16.01.2012 в 03:07

Да, субъективности в интерпретации не избежать. И уж лучше "осознанная субъективность" тех, кто остаётся в русле традиции, чем субъективность тех, кто отправился в свободное плаванье.

Ответить

#
16.01.2012 в 11:24

Подписываюсь, батюшка.
Более того, на мой взгляд эта "осознанная субъективность" - единственный вариант, имеющий смысл. Поскольку она учитывает весь опыт традиции.
Тогда как "субъективность свободно плавающего" учитывает лишь лингвистический опыт. При том в первую очередь самого переводчика (ну, и отчасти - предшествующих школ, опять-таки лингвистических).

Ответить

Написать комментарий

Правила о комментариях

Все комментарии премодерируются. Не допускаются комментарии бессодержательные, оскорбительного тона, не имеющие своей целью плодотворное развитие дискуссии. Обьём комментария не должен превышать 2000 знаков. Републикация материалов в комментариях не допускается.

Просим читателей обратить внимание на то, что редакция, будучи ограничена по составу, не имеет возможности сканировать и рассылать статьи, библиограммы которых размещены в росписи статей. Более того, большинство этих статей защищены авторским правом. На просьбу выслать ту или иную статью редакция отвечать не будет.

Вместе с тем мы готовы рассмотреть вопрос о взаимном сотрудничестве, если таковые предложения поступят.

Прим.: Адрес электронной почты опубликован не будет и будет виден лишь модераторам.

 *
Введите текст, написанный на картинке:
captcha
Загрузить другую картинку

добавить на Яндекс добавить на Яндекс