Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
   
Золотой фонд
Новое в справочном разделе
Комментарии читателей rss

Место Поместных и Архиерейских соборов в системе церковного управления

10 февраля 2011 г.
16 декабря 2010 года президиум Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви постановил после Архиерейского собора (2-4 февраля 2011 года) разослать в епархии Русской Православной Церкви для получения отзывов, а также опубликовать с целью проведения общественной дискуссии документ «Место Поместных и Архиерейских соборов в системе церковного управления». Проект подготовлен комиссией Присутствия по вопросам церковного управления и механизмов осуществления соборности в Церкви в качестве промежуточных предложений по рассматриваемой теме. На портале «Богослов.ru» и в официальном блоге Межсоборного присутствия всем желающим предоставляется возможность оставлять свои комментарии.

Рассматривая тему «Место Поместных и Архиерейских Соборов в системе церковного управления», комиссия Межсоборного присутствия по вопросам церковного управления и механизмов осуществления соборности в Церкви изучила доклады и предложения членов комиссии, а также отзывы, поступившие из епархий, церковно-общественных объединений[1] и центральных духовных школ, в ответ на запрос председателя комиссии.

Внесенные в комиссию предложения сводятся к двум принципиальным вариантам:

1.      оставить существующее положение вещей неизменным;

2.      рассматривать Поместный Собор как высший орган представительства церковной полноты Русской Православной Церкви, а Архиерейский Собор – как высший орган власти и управления.

Аргументация поддерживающих возможность изменения следующая.

Ныне действующий Устав определяет Поместный Собор, а не Архиерейский Собор как орган высшей власти в области канонического устроения. Между тем такие полномочия, как принятие Устава и внесение в него изменений, хранение догматического и канонического единства Русской Церкви, решение принципиальных канонических вопросов, касающихся внутренней и внешней деятельности Церкви, канонизация святых, создание, реорганизация и ликвидация самоуправляемых церквей, экзархатов и епархий отнесены к компетенции Архиерейского Собора. Все это вопросы канонического характера. Очевидное противоречие в тексте Устава целесообразно устранить не чрез исключение этих тем из компетенции Архиерейского Собора, но чрез усвоение именно ему высшей власти в области канонического устройства Русской Церкви, которая в настоящей редакции, декларативно, усвоена Поместному Собору.

Представляется необходимым внесение некоторых поправок в главы Устава, относящиеся к Поместному и Архиерейскому Собору. Так, содержащийся в действующем Уставе перечень полномочий, закрепленных за Архиерейским Собором, делает не вполне адекватным определение его как органа управления, а не органа власти, каковым в Уставе назван Поместный Собор. Архиерейскому Собору принадлежит высшая судебная власть, он наделен законодательными полномочиями. В то же время текущее церковное управление осуществляется как раз не им, но Святейшим Патриархом и Священным Синодом, а также подчиненными им синодальными отделами и иными учреждениями ведомственного характера. Поэтому было бы корректно в измененной редакции Устава определить Архиерейский Собор как орган высшей канонической власти и высшего иерархического управления Русской Православной Церкви.

Вызывает сомнение целесообразность наделения не Архиерейского, а Поместного Собора высшей властью в области вероучения. Если исходить из канонов, уставных положений большей части автокефальных Поместных Церквей, то можно сделать заключить, что канонически адекватным и исторически мотивированным решением будет включение вероучительных тем в сферу ответственности Архиерейского Собора.

Поместный Собор, включающий в себя полноту епископата Русской Церкви, компетентен выносить решения о прославлении угодников Божиих, наравне с Архиерейским Собором. Но когда на Всероссийском Церковном Соборе 1917–1918 годов были прославлены священномученик Иосиф Астраханский и святитель Софроний Иркутский, то под актами об их канонизации стоят подписи исключительно епископов, а не всех вообще членов Собора. Ради более четкого распределения полномочий Архиерейского и Поместного Соборов и устранения ненужного дублирования, было бы правильным в их компетенции возложить канонизацию святых на исключительную ответственность Архиерейского Собора.

Более того, согласно 34-му правилу Святых Апостолов и 9-му правилу Антиохийского Собора, высшая власть в Поместной Церкви принадлежит собору епископов и Предстоятелю Церкви. Вот почему ставить вопрос о соблюдении принципа соборности в высшем церковном управлении при условии обязательного участия и принятия решений – наряду с епископами – клириками и мирянами неправомерно. Принцип соборности в высшем церковном управлении нельзя путать с принципом всецерковного представительства. Принцип соборности вытекает из соборно-патриаршей формы устройства Церкви, при которой четко сбалансирована власть Предстоятеля Церкви и Собора епископов.

Актуальной задачей в сфере высшего церковного управления на сегодня является забота о своевременном отклике на нужды Церкви, ответ на все новые вызовы быстро меняющегося общества, усилия по утверждению в обществе нравственных ценностей, стремление к сохранению церковного единства. Поместному Собору следует стать высшим представительным органом Церкви, собранием, включающим не только епископов, но и большое число духовенства и мирян из всех регионов Русской Православной Церкви, который призван изучать, давать оценки и рекомендации по церковно-общественным вопросам, а также проблемам развития общественных, миссионерских, образовательных, молодежных, благотворительных и иных церковных инициатив.

Архиерейскому Собору, в свою очередь, принадлежат все полномочия высшей церковной власти и управления, направляющие и контролирующие полномочия в отношении работы всех постоянно действующих органов и подразделений Московского Патриархата. Архиерейский Собор регулирует нормы и правила жизни Поместной Церкви, определяет ее стратегические приоритеты, пути их воплощения.

Для того, чтобы Архиерейские Соборы стали более действенным органом церковной власти и могли бы нести полноту ответственности за решение важнейших вопросов, предлагается увеличить частоту проведения Архиерейских Соборов как минимум до одного раза в два года.



[1] Всемирный Русский Народный Собор; византийский клуб «Катехон»; Преображенское братство; православное общество (братство) «Радонеж»; Россия православная; Союз православных братств; Совет православных молодежных организаций Москвы; Союз православных граждан; Патриарший центр духовного развития детей и молодежи; Совет православных общественных объединений при Синодальном отделе по взаимоотношениями Церкви и общества

Ключевые слова:
См.также:
Подписаться на ленту комментариев к этой публикации

Комментарии (19)

Написать комментарий
#
14.01.2013 в 21:01
«Тогда Апостолы и пресвитеры со всею церковью рассудили…написав… следующее: «Апостолы и пресвитеры и братия… мы, собравшись, единодушно рассудили» (Деян.15,22.23-29).

Этот первый собор, ставший прообразом для всех последующих, показывает, что полнота церковная - это не только апостолы, а теперь через архиерейскую хиротонию их нынешние наследники - православные епископы, но и пресвитеры, и братия.

Такому собору, представляющему полноту церковную, и принадлежит высшая вероучительная и каноническая власть в Церкви: «Угодно Святому Духу и нам» (Деян.15,28).
Из истории мы помним, что не только архиереи, но и миряне, и монашествующие защищали и сохраняли чистоту веры и каноническое устройство церкви. Например, в 16-17 вв. во времена введения унии на Украине противниками этого были именно миряне.


Ответить

#
Черных Александр, Россия, Москва
16.01.2013 в 16:57
"Например, в 16-17 вв. во времена введения унии на Украине противниками этого были именно миряне."
А в V веке н.э. миряне Сирии и Египта всецело поддержали
монофизитов в противовес православию. Это к вопросу о "защите" мирянами
чистоты веры и канонического устройства Церкви.
Ответить

#
17.01.2013 в 12:44
О том и речь, Александр, что часть Церкви (то есть отдельно миряне, или монашествующие, или архиереи, или вообще отдельные личности - члены Церкви) не представляет всю полноту Церкви, не могут обладать непогрешимостью, поэтому духовно опасно устранять принцип соборности. Церковь не имеет видимого непогрешимого главу Церкви, глава Церкви - Христос. Непогрешима только сама соборно управляемая Церковь Христова.
Устранение принципа соборности - это духовно очень опасное отступление.



Ответить

#
26.10.2012 в 14:25
Иерей Алексей Шляпин, клирик Никольского собора г. Можайска и настоятель церкви вмч. Димитрия Солунского д. Ивакино Можайского р-на Московской обл.; говорит , что наши священики и есть выбранные нами мирянами представители ,
но мы , миряне не выбираем своего батюшку , нам его "присылают ", поэтому отсутствие мирян при принятии решений есть , своего рода , простите за такое выражение "Узурпация" церковной полноты власти у церковного руководства, а мы православные миряне лишаемся возможности участвовать в решении наиболее важного —канонических вопросов. Давайте вспомним наших предков , как мы выбирали Романовых на царствие , вот так нам и надо дальше жить - СОБОРНО !!!
Ответить

#
свящ. Алексей Шляпин, РПЦ, Московская епархия, Можайское благочиние
7.04.2011 в 22:01
О понятии "представитель"
(на комментарий прот. Вячеслава Завьялова)

Уважаемый о. Вячеслав. Если высказать иначе Вашу мысль, Вы указываете на то, что духовенство является представителем епископа. Это так. Это положение, в котором младший по чину является представителем старшего по чину,- ситуация стандартная для церковной жизни.

Но, дело в том, что указанный Вами вектор применения понятия «представитель» не отрицает сказанного мною, поскольку понятие «представитель» имеет и обратный вектор применения. Старший может быть представителем младшего. Например, опекун. И такое направление применения данного понятия также стандартно для церковной жизни. Это даже отражено в Уставе РПЦ. Согласно Уставу РПЦ в обязанности настоятеля прихода входит «представление интересов прихода в органах государственной власти и местного самоуправления».

Кроме того, и в первую очередь, священник является предстоятелем, т. е. представляет народ Божий (на уровне прихода) на Богослужении.

Кроме того, думаю, Вы не будете отрицать, что перед лицом архиерея именно священник (настоятель) представляет приходскую общину.

Т. е., очевидно, что во всех отношениях общину мирян представляет именно священник (предстоятель). Именно такое положение естественно и гармонично для церковной жизни.

И на фоне этого будет диссонансом и нелепостью и несправедливостью, если для такого важного и ключевого момента жизни Церкви как участие в соборе и выработка церковных решений будет привлекаться не предстоятель, а искусственно выбранный делегат.

Итак, о. Вячеслав, Вы верно указали, что священник является представителем епископа.

Но также верно и то, что священник – представитель мирян.

Здесь нет взаимоисключения или противоречия. Роль священника действительно совмещает два противоположных вектора применения понятия "представитель".

Как, например, при ковке. Воздействие молота на наковальню действительно происходит не непосредственно, а через кусок железа. Т. о., для наковальни кусок железа – представитель молота.

Однако, для молота кусок железа – это то, что со стороны наковальни принимает удар. Т. е. представляет наковальню.

Ответить

#
5.04.2011 в 12:14

Дорогой о. Алексей!

Думается все же, что Ваш тезис "духовенство – это и есть представители от мирян" не совсем верен. На самом деле, духовенство является исполнителем воли епископа, его помощниками, его "руками" на конкретном месте (приходе). Я не отрицаю знание духовенством нужд прихожан, однако вектор выставлен Вами неверно.

Ответить

#
Михаил Голубев, Дания, Копенгаген
2.03.2011 в 12:32
Хорошо сказал Константин.

Хоть последующие поместные соборы и будут иметь равные права с Собором 1917-1918гг., но никогда не сравнятся по духу. Пытаться менять постановления этого Собора, суть высказывать неуважение к отцам, нашему церковному наследию и культуре.
Ответить

#
Константин Антонов, Россия, Москва
26.02.2011 в 01:02
о. Алексею Шляпину.
Конечно, интеллигент - такой человек как и все остальные, да еще к тому же в шляпе и в очках - куда ему в управление,
Собор 18 года - такой же собор как и любой другой, какая разница, сколько его участников потом было канонизировано и сколько еще будет,
св. Тихон - такой же святой, как и все остальные и конечно его представления о управлении Церковью, которой он управлял в труднейший период его истории к его святости никакого отношения не имеют.
Кстати, давно хочу сказать Вам спасибо за то, что Вы любезно решили сохранить мирянам (в том числе, видимо и интеллигентам) право одобрять Ваше избрание в епископы и священники.
Есть правда, пара загвоздок.
я, например, "конкретный мирянин", как Вы выразились, и при этом доктор философских наук и мне абсолютно невозможно считать своим "представителем" где бы то ни было настоятеля моего прихода, который на каждой проповеди воюет с ИНН и мировой закулисой, через одну - советует пастве беречься философских умствований, а через две - рассказывает истории о святых, в которых половина, как я знаю, потому что изучал историю Церкви, к истории имеет либо опосредованное отношение, либо вообще никакого.
И дело не в том, что мне не повезло и я могу перейти в другой храм, а в том, что эта ситуация является стандартной.
Теперь следующее затруднение:
о. Алексей Шляпин точно знает: "Голос мирян должен учитываться только на уровне приходских предсоборных совещаний. Не должно быть никаких «представителей от мирян» из числа самих мирян на Соборе и предсоборных совещаниях высшего уровня".
Но вот св. Тихон и другие отцы собора 18 года явно думали иначе. о. Алексей Шляпин точно знает, что они отступили от традиции в угоду духу времени. Они сами, вероятно, думали иначе, они полагали (и они думали над этим м.б. немного дольше, чем о. Алексей), что они традиции следуют, что они ее понимают правильно.
В итоге у меня есть две интерпретации традиции: св. Тихона и отцов собора 18 года и о. Алексея и мне нужно выбирать. Пока я не вижу достаточных оснований для того, чтобы предпочесть вторую, зато я вижу, что она есть отнюдь не "точное знание" о том, "как должно быть", а всего лишь возможная интерпретация.

В заключение, еще раз подчеркну, что говорю только об условиях решения вопроса и проблемах, с ним связанных, которые считаю насущными, а не о самом решении.
Ответить

#
свящ. Алексей Шляпин, РПЦ, Московская епархия, Можайское благочиние
24.02.2011 в 16:09


Место интеллигенции



(ответ на сообщение Константина Антонова)





Цитата: «...Она была
попыткой обращающегося к Богу современного образованного человека - человека
секулярной эпохи - найти свое место в Церкви. Вместе с тем - она была попыткой
Церкви найти ему место в своей структуре...»





А что, место «современного образованного человека» должно
быть непременно в системе церковного управления? Место мирянина приходской
общины для образованного интеллигента не годится? Ему требуется особое место в
структуре Церкви, на одном уровне с духовенством и иерархией?





Цитата: «...Народилась
ли она? Собор 17-18 годов признал, что да, народилась и что она действительно
готова к участию в решении задач Церкви.»





Кто бы сомневался?! К «участию в решении» как правило все
всегда «готовы».



Но.



Решение задач Церкви – дело иерархии, а не интеллигенции.





Место и участие современного образованного человека (интеллигента) в жизни Церкви – такое же, как
и место любого мирянина,- под руководством и предстоятельством (представительством)
духовенства и иерархии.



В каноническом устройстве Церкви нет такой степени:
«интеллигенция».





(Прошу не обижаться. Я, например, тоже отношу себя к
интеллигенции. Однако, это не имеет отношения к моему месту в каноническом
устройстве Церкви.)

Ответить

#
свящ. Алексей Шляпин, РПЦ, Московская епархия, Можайское благочиние
24.02.2011 в 16:05


Право Церкви на
пересмотр решений Собора



(ответ на сообщение Константина Антонова)





Цитата: «...Вопрос не
в том, можно или нельзя пересматривать эти решения, не в том, какой древности
должен быть собор, чтобы его решения стали церковными канонами...»





Поместный Собор 1917-18 гг. равен по каноническому значению
любому другому Поместному (Архиерейскому) Собору. И его решения, не зависимо от
срока древности, в каноническом порядке могут быть пересмотрены любым
последующим Поместным (Архиерейским) Собором данной Поместной Церкви.





Каноны Поместной Церкви Поместная Церковь вправе и пересматривать.



Каноны, принятые и утверждённые Вселенской Церковью, вправе
пересматривать только Вселенская Церковь на уровне Вселенского Собора.





Цитата: «...И в данном
случае необходимо помнить, что этот Собор - Собор новомучеников. Пересматривая
его решения, мы в известном смысле ставим под вопрос все их дело.»





Вы допускаете подмену, пытаетесь обосновать свой тезис
авторитетом иного порядка. Дело новомучеников – в сохранении верности Христу, в
их свидетельстве о Христе. А не о решениях Поместного Собора 1917-18 гг.



Авторитет решений Собора определяется соборностью,
каноническим порядком, а не мученическим статусом его участников. Который имеет
значение и авторитет, но не является гарантией безошибочности и безупречности
решений Собора, и тем более не лишает Церковь права дальнейшей корректировки и
пересмотра этих решений.





Цитата: «Св. Тихон,
свмщ. Вениамин и другие почему-то считали участие мирян и священства в
управлении Церковью, в том числе на уровне соборов - важным и нужным. Нужны очень веские причины, нужно очень основательное обсуждение
вопроса, чтобы сказать: они были неправы...»





Каноны Вселенской Церкви – достаточно веские причины, с
достаточной историей обсуждения вопроса, чтобы в соответствии с ними выстраивать
структуру устройства Церкви и корректировать решения отдельно взятого
Поместного Собора. Которые в данном случае были обусловлены общим настроением
того периода (духом времени).





Соборность Церкви осуществляется не только в
пространственном плане, но и во временном,- в том, что решения каждого Собора
Церковь вправе подтверждать, корректировать или отменять на последующих Соборах
того же уровня. Так Дух Святой действует в Церкви,- утверждает Предание и
отсеивает человеческое, временное, локальное, привнесённое, обусловленное духом
времени.





Цитата: «...Собор
ошибся?..»





Это решат последующие Соборы того же уровня,- т. е.
Поместные (Архиерейские).





Моё мнение такое, что в некоторых вопросах (не только в
вопросе участия мирян) решения Поместного Собора 1917-18 гг. не соответствуют
Преданию. Значит, видимо, ошибся. Участники Собора к Преданию примешали
человеческое.

Ответить

#
А. Рогозянский
24.02.2011 в 14:05

Не волнуйтесь, Константин, существенных изменений не будет. Что же касается "собора новомучеников", то позволю себе поправку: это небесный Собор, не Собор 1917-18-го.

А то, таким образом, может статься, у нас с Вами тут сейчас - интернет-портал новомучеников и форум новомучеников.

Ответить

#
Константин Антонов, Россия, Москва
23.02.2011 в 16:09
Этот документ знаменует важную и существенную тенденцию в нашей церковной жизни последних многих лет: движение к пересмотру решений и деяний Собора 17-18 года. Об этом уже довольно много говорилось при обсуждении в блоге, но кое-что сказано не было.
Вопрос не в том, можно или нельзя пересматривать эти решения, не в том, какой древности должен быть собор, чтобы его решения стали церковными канонами. Вопрос в том, какую ответственность мы берем на себя, когда эти решения пересматриваем. И в данном случае необходимо помнить, что этот Собор - Собор новомучеников. Пересматривая его решения, мы в известном смысле ставим под вопрос все их дело. Св. Тихон, свмщ. Вениамин и другие почему-то считали участие мирян и священства в управлении Церковью, в том числе на уровне соборов - важным и нужным. Нужны очень веские причины, нужно очень основательное обсуждение вопроса, чтобы сказать: они были неправы.
Вместе с тем, этот документ направлен против всей традиции русской религиозно-философской (и в значительной степени и богословской) мысли от славянофилов до протопресвитеров Афанасьева, Шмемана, Мейендорфа. Экклезиология, точнее, понимание смысла существования, структуры и, соответственно, форм управления Церковью, не является частным моментом их идей, как если бы можно было взять все остальное, а это выкинуть.
Я не хочу сказать, что эта традиция является бесспорной, что в ней нет слабых мест - но чтобы пересмотреть ее - надо быть на высоте ее мышления, а этого не видно.
Возникла она не случайно. Она была попыткой обращающегося к Богу современного образованного человека - человека секулярной эпохи - найти свое место в Церкви. Вместе с тем - она была попыткой Церкви найти ему место в своей структуре. Напомню слова о. С. Булгакова из сборника "Вехи": "Церковная интеллигенция, которая подлинное христианство соединяла бы с просвещенным пониманием культурных и исторических задач, если бы таковая народилась, ответила бы насущной исторической и национальной необходимости".
Народилась ли она? Собор 17-18 годов признал, что да, народилась и что она действительно готова к участию в решении задач Церкви. Собор ошибся? Она исчезла? Она сделала свою работу в трудную минуту церковной жизни, и теперь, в легкую минуту, можно без нее обойтись?
Мне кажется, что размышление над этими вопросами не может быть легким и скоротечным.
Ответить

#
20.02.2011 в 00:11
В том виде, который авторы предлагают придать Поместному собору, он, действительно, становится некими Рождественскими чтениями, как пошутил один из предыдущих комментаторов. По сути, необходимость в таком "представительном" органе просто отпадает. Как собирающийся на краткий срок собор может быть аналитическим форумом, роль которого ему уготовали составители документа?

34-е апостольское правило и 9-е правило Антиохийского собора устанавливают первенство одного из епископов (митрополита) среди епископата его церковного округа, запрещают вмешательство епископов в дела других епархий округа и обязывают епископов действовать с согласия митрополита, а митрополита советоваться с епископами. Каким образом эти относящиеся к древней митрополии правила поместных соборов 4 в. могут с полной точностью предписывать конкретные формы и органы управления для поместной церкви 21 в.?

Если участие мирян и клириков в высшем церковном управлении необязательно, как это утверждает документ, значит ли это, что оно и вообще не нужно или исключено? Если верно последнее, то почему комиссию не смущает присутствие мирян и клириков в синодальных учреждениях (роль которых в последнее время была гораздо значительнее роли Поместного собора и останется не меньшей).

Как я уже писал в комментариях на блоге МСП (http://mpr.livejournal.com/11923.html), исторические прецеденты участия мирян в соборах были. Уверен, что историки могут подсказать и другие примеры. Это, конечно, случалось не на "классических" соборах 4 в., но все-таки не позволяет определить церковный собор как исключительно епископский орган на все времена. Соборы бывали очень разными.

Привлечение мирян и клира к высшему и епархиальному церковному управлению, как оно предписывалось Уставом 1917–18, действительно, уязвимо для богословской критики: дар управления испрашивается церковью у Духа для епископа, с тем чтобы он управлял своей епархией; миряне же и клирики этим даром не обладают, хотя они обладают дарами испытания и рассуждения.

Списывать Поместный собор в архив, однако, рано. Если правильно определить его роль и процедуру, то упомянутая критика его не затронет. Поместный собор – не орган текущего управления церковью (не исполнительная власть, проводя аналогию с государством). Это голос всей церкви по наиболее важным общецерковным вопросам. Это орган выявления общецерковной истины. Такого голоса русской церкви не хватает. И ни один из существующих церковных институтов – по крайней мере, в их нынешнем виде – эту роль на себя взять не может.

Проблема соотношения Поместного и Архиерейского соборов тонко решена в уставе Православной церкви Америки. Там Поместный собор выступает как расширенный архиерейский собор, собирающийся реже, чем последний: Поместный – раз в 3 года, Архиерейский – два раза в год. (Поскольку Архиерейский собор ПЦА собирается часто, там нет института аналогичного нашему Священному Синоду). Решения всего Поместного собора утверждаются его архиерейской частью (т. е. Архиерейским собором) прямо в ходе собора. Таким образом, оказывается найден хороший баланс между дарами испытания и совета, которые даны мирянам и клиру, и харизмой управления, дарованной епископам. Подобный подход и был бы в нашей церкви подлинной коррекцией решений Собора 1917–18 гг. с точки зрения православной экклезиологии.

Поместный собор должен быть определен в уставе как высший законодательный орган РПЦ. Он может обсуждать любые общецерковные проблемы, которые церковь сочтет нужным вынести на собор, и выносить по этим проблемам решения. К его исключительной компетенции я бы отнес 1) выборы патриарха и 2) принятие и именение устава РПЦ (это остановит бесконечное переписывание и, тем самым, обессмысливание устава). Поскольку опыт последних десятилетий показывает, что собор не созывается, если в уставе не определены сроки его созыва, такие сроки должны быть установлены. Для начала это может быть, скажем, раз в пять лет, а дальше видно будет.

То, что пока предлагает документ, это тихое, но небезобидное выхолащивание Поместного собора.

Предусловием же любых изменений в высшем церковном управлении является – повторюсь и соглашусь с теми комментаторами документа, которые отметили то же самое, – изменение отношений между епископами и приходами. Ведь церковь начинается снизу, а не сверху.
Ответить

#
Антон Небольсин, Россия, Москва
17.02.2011 в 15:23

Прошу прощения у о. Алексея Шляпина за ошибку в написании его фамилии в пердыдущем комментарии.

Ответить

#
Антон Небольсин, Россия, Москва
17.02.2011 в 12:26

О. Алексею Шляпкину.
В целом, согласен с Вашей позицией. Ясно, что церковными соборами традиционно являются соборы епископов. Но слабость Вашей позиции в том, что она не учитывает наличие прецедентов. Поместные соборы с представителями от мирян и в Русской Церкви и в других поместных Церквах имели и имеют место, и появились они, очевидно, не без причины. Эти причины должны быть проанализированы, также как и эффект от подобного рода соборов. Без такого анализа Ваши рассуждения в значительной мере представляют собой абстрактное теоритизирование. Кроме того, Вашим выступлениям - и здесь, и на ветке, посвященной обсуждению проблемы нового библейского перевода, - свойствен очень категоричный, почти директивный тон. К чему это? Не кажется ли Вам, что он не вполне гармонирует с Вашей вообще-то вполне приемлемой идеей о том, что духовенство - это и есть представители мирян?
Есть и другие проблемы, связанные с Вашей позицией. Ну, например, в России традиционно был очень малочислен епископат, и даже в наше время, когда число архиереев заметно выросло, их все же слишком мало для такой огромной страны, как наша. Многократно уже говорилось о том, что для России лучше всего подходила бы система митрополичьих округов с регулярными соборами внутри митрополий. К примеру, в Московской области/епархии в каждом районном центре мог бы быть свой епископ. Вот тогда, будучи действительно близок к прихожанам в их повседневной жизни, епископ был бы полноценным пердставителем мирян. А при настоящих условиях, думаю, участие хотя бы благочинных в Соборе как высшем органе управления Церковью весьма желательно.
А вообще Вашу идею о том, что духовенство - это представители мирян, считаю очень важной и замечательной, но необходимо, чтобы она реализовывалась на практике. Надо, чтобы священнослужитель действительно жил жизнью своих прихожан, чтобы он мог с полным основанием сказть вместе с ап. Павлом "для всех я был всем".
Ну, а в принципе, Поместный Собор, конечно же, мог бы быть чисто архиерейским.

Ответить

#
А. Рогозянский
15.02.2011 в 19:42

Если сама Комиссия не знает, следует ли пересматривать соборные полномочия или оставить положение неизменным, то стоило ли выносить документ на обсуждение?

У текста непонятный жанр. Не предложений и даже не информации о работе Комиссии, а мнений, циркулирующих у кого-то и где-то. Аргументы противников изменений почему-то полностью опущены.

В результате обсуждения наверняка будут получены реплики как "за", так и "против". Спрашивается, чем это изменит ситуацию? Самим фактом обсуждения? Необходимо, чтобы в Церкви что-то непрерывно обсуждали? Давайте начнём спрашивать про всё подряд: нужно ли это поменять либо оставить. 

Ответить

#
свящ. Алексей Шляпин, РПЦ, Московская епархия, Можайское благочиние
14.02.2011 в 15:58

Архиерейский Собор и должен быть и называться Поместным Собором

В современном церковном сознании в РПЦ начиная с Поместного Собора 1917-18 гг. имеет место неверный стереотип. А именно, искусственное деление на «сословия», на категории: епископат, духовенство, миряне. И как следствие – технически неверная попытка реализации церковной полноты путём привлечения «представителей» от каждого «сословия», введение искусственного принципа «всецерковного представительства».

Ошибка здесь в том, что в Православной Церкви на самом деле нет деления на «сословия». И не должно быть «представителей от мирян» из числа самих мирян, поскольку на самом деле духовенство – это и есть представители от мирян. А епископ – это и есть представитель всей полноты народа Божия.

Т. о., делегация на собор «представителей от мирян» из числа самих мирян – это фикция соборности. Поскольку миряне на приходах в своей массе никакого отношения к этим «делегатам» не имеют. И реализации соборности при такой практике в действительности не происходит.

Если иметь ввиду не абстрактное «сословие» мирян, а конкретных мирян, составляющих наши приходы, то ведь очевидно, что настоятели храмов и вообще духовенство – это и есть их представители, поскольку являются предстоятелями. Следовательно, именно они и должны быть делегатами от мирян.

Кроме того, принцип «всецерковного представительства» нарушает иерархию и структуру устройства Церкви. Поскольку и исторически, и канонически высшим органом власти и управления в Поместной Церкви является Архиерейский Собор, который и должен называться «Поместным Собором».

И его достаточно как высшего органа власти и управления.

А тот орган, который сейчас называется «Поместным Собором», следует упразднить.

Высший орган «представительства церковной полноты» в принципе не нужен.

Для соблюдения принципа соборности и реализации церковной полноты нужен не орган, такой как нынешний «Поместный Собор», а такой порядок предсоборной подготовки, который предусматривает ряд предсоборных совещаний. А именно, Поместному (Архиерейскому) Собору (состоящему только из епископов) должно предшествовать предсоборное совещание на уровне Поместной Церкви (Межсоборное присутствие), с участием епископата РПЦ и (или) их представителей из духовенства (но не мирян). Ему должны предшествовать предсоборные совещания на уровне епархий, с участием архиерея и духовенства епархии. Перед ними – на уровне благочиний, с участием духовенства. А самый первый, начальный этап в ряду предсоборных совещаний – на уровне приходов, с участием духовенства и мирян. И вот на этом уровне, и только на этом, и должен учитываться голос мирян. Это и будет подлинной реализацией церковной полноты и соборности с участием мирян. При таком порядке будут вовлечены все активные воцерковлённые миряне. И в то же время не будет нарушена иерархия и структура устройства Церкви. Как сейчас происходит, когда выдвигают «представителей от мирян» в обход духовенству. Т. е., получается, рукополагают одних, а выдвигают для принятия церковных решений - других. Что нелепо и несправедливо в отношении духовенства. Принцип «всецерковного представительства» - искусственен, неверен, поскольку основан на неверном стереотипе деления на «сословия» и является технически неверным способом реализации церковной полноты.

Такой подход способствует закреплению стереотипного деления на "сословия" и, соответственно, противопоставлению мирян духовенству.
А следует, напротив, прививать мирянам доверие к духовенству и сознание того, что священники - это и есть их представители.

Кроме того, прошу заметить, что и при нынешнем порядке, и при намечаемом изменении, если «Поместный Собор» рассматривать как «высший орган представительства церковной полноты», происходит подмена понятий. Дело в том, что исторически «Поместным Собором» всегда назывался именно высший орган власти и управления, и это был именно Архиерейский Собор. Применение этого термина к «высшему органу представительства церковной полноты», равно как и разведение понятий «Поместный Собор» и «Архиерейский Собор», вносит историческую путаницу в церковное право и сознание, и не соответствует тому смыслу, который Церковь всегда вкладывала в понятие «Поместный Собор».

Короче говоря, я предлагаю Архиерейский Собор сделать высшим органом власти и управления и усвоить ему наименования «Поместного Собора», как и было в Церкви исторически, и как и должно быть канонически. Т. е. свести понятия «Архиерейский Собор» и «Поместный Собор».

Тот орган, который сейчас носит наименование «Поместного Собора» предлагаю совсем упразднить. Поскольку орган «представительства церковной полноты» в принципе не нужен.

Реализацию церковной полноты и соборности в Церкви следует производить не при помощи искусственного принципа «всецерковного представительства», который не имеет канонических и исторических оснований, а при помощи проведения ряда предсоборных совещаний на разных уровнях, начиная с прихода, перед каждым Поместным (Архиерейским) Собором.

Голос мирян должен учитываться только на уровне приходских предсоборных совещаний. Не должно быть никаких «представителей от мирян» из числа самих мирян на Соборе и предсоборных совещаниях высшего уровня. Поскольку именно духовенство должно рассматриваться как представители от мирян, что и соответствует роли предстоятеля.

Если это будет реализовано, то нет нужды напоминать, что женщина не должна подавать свой голос в Церкви (в церковном собрании) (1 Кор. 14, 34-35).

Если нужна консультация или содействие мирянина, специалиста в своей области, то он должен приглашаться на Поместный (Архиерейский) Собор или в Межсоборное присутствие не иначе как консультант, без права голоса.

Увеличение частоты проведения Архиерейских (Поместных) Соборов считаю правильным.

Ответить

#
12.02.2011 в 23:55

"Между тем такие полномочия, как принятие Устава и внесение в него изменений, хранение догматического и канонического единства Русской Церкви, решение принципиальных канонических вопросов, касающихся внутренней и внешней деятельности Церкви, канонизация святых, создание, реорганизация и ликвидация самоуправляемых церквей, экзархатов и епархий отнесены к компетенции Архиерейского Собора. Все это вопросы канонического характера".

Но Устав наделяет сходными каноническими полномочиями и Поместный Собор:

"5. Поместный Собор:

а) истолковывает учение Православной Церкви на основе Священного Писания и Священного Предания, сохраняя вероучительное и каноническое единство с Поместными Православными Церквами;

б) решает канонические, богослужебные, пастырские вопросы, обеспечивая единство Русской Православной Церкви, сохранение чистоты православной веры, христианской нравственности и благочестия;

г) утверждает постановления Архиерейского Собора, относящиеся к вероучению и каноническому устройству;

д) канонизирует святых"

Получается дублирование одних и тех же канонических полномочий. Чтобы его устранить, нужно изъять все вышеперечисленные пункты из определения о полномочиях Поместного собора.

"Так, содержащийся в действующем Уставе перечень полномочий, закрепленных за Архиерейским Собором, делает не вполне адекватным определение его как органа управления, а не органа власти, каковым в Уставе назван Поместный Собор". А в чем отличие термина "орган власти" от термина "орган управления"? Также непонятна разница следующих далее терминов: "церковное управление" (отмечается, что оно присуще скорее Патриарху и Синоду) и "иерархическое управление" (которым предлагают наделить Архиерейский Собор). В целом стремление авторов документа понятно: необходимо распасовать функции исполнительной, законодательной и судебной властей между Поместным, Архиерейским Соборами и Синодом (во главе с Патриархом). В светском государстве декларируется независимость трех ветвей власти, что в церковной ситуации сделать, естественно, невозможно. Справедливо отмечается, что "Архиерейскому Собору принадлежит высшая судебная власть, он наделен законодательными полномочиями". Исполнительная власть (=текущее церковное управление), как опять же справедливо замечено, осуществляется Патриархом, Синодом и синодальными учреждениями. Но далее авторы используют такую не вполне понятную формулировку: "Поэтому было бы корректно в измененной редакции Устава определить Архиерейский Собор как орган высшей канонической власти и высшего иерархического управления". Что понимать под высшей канонической властью - законодательные и судебные ли функции? А под высшим иерархическим управлением - еще и высшие исполнительные функции? Получается, исполнительная власть разделяется между синодальными учреждениями, Синодом во главе с Патриархом и Арх. Собором. Если это имеется в виду, то это стоит оговорить более подробно и внятно.

"Поместному Собору следует стать высшим представительным органом Церкви". Если высшим представительным органом явл. Поместный Собор, то какие органы представительства находятся под его началом? Представительным (или совещательным) органом в Церкви на сегодняшний день может быть названо только Межсоборное присутствие, но оно теснее взаимодействует скорее с Синодом и Архиерейским Собором, чем с Поместным. Тем более, что Архиерейский Собор планируется созывать раз в 2 года.

Ответить

#
11.02.2011 в 14:58
Добрый день!
Предложение документа, безусловно, противоречит постановлению Поместного Собора Российской Церкви от 4 ноября 1917 г. (п.1): "В Православной Российской Церкви высшая власть - законодательная, административ­ная, судебная и контролирующая - принадлежит Поместно­му Собору, периодически, в определенные сроки созываемо­му, в составе епископов, клириков и мирян".
Предложение рассматриваемого документа ("Поместному Собору следует стать высшим представительным органом Церкви, собранием, включающим не только епископов, но и большое число духовенства и мирян из всех регионов Русской Православной Церкви, который призван изучать, давать оценки и рекомендации" и проч.) есть, по существу, предложение сделать Поместный Собор чем-то вроде "Рождественских чтений", на которые, как раз и приезжает "большое число духовенства и мирян".
Есть ли смысл собирать еще одну конференцию? Не лучше ли честно и открыто заявить: Поместный Собор сыграл свою роль в истории нашей Церкви, но больше он Церкви не нужен, отныне Русская Церковь управляется Архиерейским Собором.
Ответить

Написать комментарий

Правила о комментариях

Все комментарии премодерируются. Не допускаются комментарии бессодержательные, оскорбительного тона, не имеющие своей целью плодотворное развитие дискуссии. Обьём комментария не должен превышать 2000 знаков. Републикация материалов в комментариях не допускается.

Просим читателей обратить внимание на то, что редакция, будучи ограничена по составу, не имеет возможности сканировать и рассылать статьи, библиограммы которых размещены в росписи статей. Более того, большинство этих статей защищены авторским правом. На просьбу выслать ту или иную статью редакция отвечать не будет.

Вместе с тем мы готовы рассмотреть вопрос о взаимном сотрудничестве, если таковые предложения поступят.

Прим.: Адрес электронной почты опубликован не будет и будет виден лишь модераторам.

 *
Введите текст, написанный на картинке:
captcha
Загрузить другую картинку

добавить на Яндекс добавить на Яндекс