Золотой фонд
Новое в справочном разделе
Комментарии читателей rss

«Умное делание» как способ бытия

4 января 2011 г.
Читателям портала предлагается доклад кандидата философских наук, заведующего кафедрой гуманитарных дисциплин Государственного института подготовки кадров Минпромполитики Украины, члена совета Киевского религиозно-философского общества А.А. Блуда, представленный на совместном заседании Студенческого научного общества КДАиС и Киевского религиозно-философского общества 24 марта 2010 г.

Доклад посвящен «умному деланию» не только как теоретической проблеме, но и как непосредственной практике, которой нужно не просто заниматься время от времени, а пребывать в ней постоянно. Не зря апостол Павел призывает непрестанно молиться[1] и быть внимательным[2]. Жизнь христианина пронизана заботой о спасении себя и других людей, направлена к общению с Богом. Молитва есть вхождение в «близость дали», в стояние пред Богом, в открытость божественного присутствия. Христианин – это не просто индивидуум, который живет сам по себе (точнее думает, что живет сам по себе). Христианин живет, пребывает в-месте с Богом, вместе с Иисусом Христом. Жизнь христианина есть непрерывная молитва. И в этой жизни надо быть очень внимательным. Противники спасения будут препятствовать приближению к Богу, строить козни, сбивать с пути истинного, и тут поможет весь тот огромный аскетический опыт, накопленный в творениях отцов Церкви, который учит «умному деланию».

«Умное делание», по-гречески – «ноэра атлесис», буквально переводится как умная борьба, умное борение. Это противостояние страстям, злым силам, бесам. Как говорит прот. Андрей Ткачев, человек либо молитвенно противостоит бесам, либо следует им, исполняет их волю. Таким образом, человек либо борется с грехом, либо является рабом греха, рабствует ему. Умное делание – метод противо-стояния греху, борьба за жизнь против сил смерти. Эти силы уже здесь, в этой жизни омертвляют нас, а умное делание помогает распознать их, отбросить, открыв путь к «источнику вечной жизни», ко Христу.

В общих чертах, умное делание – это внимание к помыслам и Иисусова молитва. Существует мнение, что практиковать Иисусову молитву, заниматься исихастской практикой не следует мирскому человеку, ибо можно впасть в прелесть, что это дело монахов, да и то немногих. Когда я поделился этими сомнениями с молдавским монахом, отцом Германом, он сказал, что мирские заботы не позволят так погрузиться в Иисусову молитву, чтобы пострадать духовно. Но это не значит, что следует легкомысленно подходить к этой практике. Другой монах, из Голосиевского монастыря, на мой вопрос, можно ли мирянину заниматься Иисусовой молитвой, ответил коротко: «Нужно». На своем опыте убеждаешься, что ты подвержен намного большей опасности именно тогда, когда не творишь Иисусову молитву, ибо тогда помыслы овладевают тобою и сбивают с пути истинного на путь греха. Ты отождествляешь себя со страстями, вместо того чтобы бороться с ними. Монахи впадали в прелесть, когда уединялись. Тут же соблазняешься тогда, когда жизнь связана с общением со многими людьми, особенно когда эти люди подвержены множеству страстей. Свои страсти усиливаются чужими, и тогда можно дойти до такой точки, что возникает опасность потерять себя, упасть в ино-бытие, в отчужденное-от-самого-себя-бытие, когда страсти гордыни, гнева и др. управляют тобою. Вот это уже действительная опасность, которой не замечают большинство людей, беззаботно полагая, что можно «по своей глупой воле пожить»[3], потворствуя эгоистическим желаниям. Умное делание противостоит падению в неистинный, отчужденный способ бытия и восстанавливает истинный, настоящий способ бытия, бытие-с-Богом, жизнь-со-Христом.

Сам ход изложения привел к необходимости прояснения выражения «способ бытия». Его в своих работах используют немецкий философ Хайдеггер и греческий философ и богослов Яннарас. У Хайдеггера «способ бытия» – это экзистенция, возможность человека быть самим собой или не самим собой[4]. Экзистирование – это сбывание своих возможностей. Возможности могут быть подлинные и неподлинные. Неподлинные – когда человек живет как другие, как все, и эти «другие» – это не кто-то конкретно, это «усредненный человек». Хайдеггер назвал этот феномен «das Man», букв. «люди»[5]. «Люди» говорят, как надо жить, как думать, во что одеваться, какие фильмы смотреть, на каком языке разговаривать. Когда человек пребывает в «das Man», у него имеет место иллюзия бессмертия, т.е. человек думает, что он будет жить вечно и в этих общих представлениях защищен от превратностей жизни.  «Das Man» позволяет раствориться в «людях», убежать от факта нашей «конечности», смертности в повседневные заботы и не думать о том, что время твое здесь ограничено, и придет час смертный, когда твое время закончится и ничего уже не будет. «Das Man» предоставляет защиту от этого ужаса «Ничто», но взамен забирает уникальное бытие, подлинную экзистенцию, свои собственные, неповторимые возможности, способности быть, обрекая на несобственное существование, на не-свою, чужую жизнь по чужой мерке, на ино-бытие. Но и в этом состоянии человек все равно чувствует смутное беспокойство, скрытую тревогу, ему не по себе, и он опять отчаянно пытается убежать от себя и от мира в «мир», псевдо-мир  иллюзий, псевдо-забот и развлечений. Это вечный побег, прятание от реальности жизни. А реальность такова, что человек смертен; более того, как говорит Воланд, – «внезапно смертен». Никто не гарантирует человеку следующий момент его бытия, и эта ситуация негарантированности, зыбкости существования вызывает смертельный ужас – «angst». Индивид бежит в неподлинные способы бытия – «болтовню» (толки), «любопытство», «двусмысленность»[6].

«Болтовня» – это речь (логос) ни о чем существенном. Это говорение не с целью выявить что-то неизвестное, скрытое, истинное, что соответствует смыслу логоса как выявления вещей, а говорить, чтобы просто говорить, говорить пустое, чтобы убить время, убежать от молчания, безмолвия, которое неслышно показывает существенность бытия, показывает присутствие Неизведанного. Убивая время в болтовне, мы убиваем отведенную нам жизнь. В болтовне мы обсуждаем дела других людей, часто осуждаем их, уклоняясь от «своего дела», собственной экзистенции. Осуждение дает иллюзию самодостаточности, иллюзию владения истиной, исходя из которой мы и выносим суждения-осуждения. Болтовня противопоставляет меня другим как объектам моего суждения. Другие здесь не ближние, не «други», а чужие существа. Болтовня отчуждает человека от всечеловечности, совместного бытия, увлекая в беспочвенное говорение. Пустая жизнь предполагает пустую речь, которая не замолкает и в отсутствие собеседника, а продолжается внутри непрерывно, вынося суждение обо всем, что есть. В общих чертах направленность этой речи такова: «Что не по мне, то плохо, что по мне, то хорошо». Это какой-то нарциссический дискурс. Тут уж не будет грехом повторить вслед за Лаканом вопрос: «Кто говорит?». Я ли это говорю, или говорит во мне кто-то иной, который навязывает мне свою речь, свою псевдо-истину, точнее не-истину, враждебную истине и благу? В умном делании нужно противостоять этой болтовне, отсекать ее от себя во внимании к помыслам, противопоставляя им, т.е. ложной, пустой речи истинный логос молитвы.

«Любопытство» – это глазение на вещи не с целью познать их, а с желанием постоянно видеть что-то новое, чтобы убежать от пребывания тут, здесь, из ситуации бессмысленного существования. Это, как говорит Хайдеггер, цитируя Августина – «похоть очей»[7], жадное желание вбирать в себя вещи, перескакивая от предмета к предмету, лишь бы не остановить свой взгляд на существенном, не посмотреть на правду жизни и не увидеть себя таким, какой есть, закрыть глаза на свое жалкое существование. Это похоже на парение ума по поверхности вещей мира, о котором говорят Каллист и Игнатий Ксанопулы[8]. А ведь смысл умного делания в обратном – сосредоточить свой ум на одном, собрать себя из мирского рассеяния и обратить взор разума на Бога в молитвенном призывании.

«Двусмысленность» – это такой способ бытия, что истина разумеется как вседоступность, и поэтому «всякий может сказать всякое», и поэтому «становится уже не решить, что разомкнуто в подлинном понимании и что нет»[9]. Тут, судя по всему, Хайдеггер имеет в виду неопределенность, беспочвенность, бессмысленность, двойственность неподлинного способа бытия – экзистирования, и поэтому оно в своих суждениях избегает определенности, существенности, ведь сущность (бытие) по Аристотелю не может быть иной, иначе она перестанет быть собой (закон противоречия). А в неподлинной жизни «да» уживается с «нет», бытие с не-бытием, истинное не отличается от неистинного. Это платоновский меон – как-бы бытие. Бог тут и есть, и его нет, добро и зло неразличимы, а точнее: добро есть то, что я сам считаю добром, а зло – то, что я считаю злом. И считаю в данный момент, а в следующий могу считать и наоборот и так же чувствовать себя правым. Это эгоистическая жизнь, где человек есть «мера всех вещей», отделенное от всех существование, бытие «друг-против-друга»[10].

Эти неподлинные способы бытия Хайдеггер характеризует-именует словом «падение». Это отпадение от себя, от своей подлинной жизни, и не случайно Яннарас видит здесь аналогию с грехопадением человека. В раю человек был собой, пребывал в общении с Богом, но ослушался, захотел стать «как боги», и обрек себя на тление и смерть, на борьбу с другими за свое индивидуальное выживание, на войну всех против всех[11]. Удачно Хайдеггер характеризует падшее бытие как «брошенность»[12]: тут понятно, что если человек хочет жить не по Богу, а по своему самовластному разумению, тогда он сам отдаляется от Бога и сам себя бросает на произвол судьбы. Это «самозаброшенность» – человек в своей повседневности потерял себя и «живет» в падении прочь от себя[13] .

Как же Хайдеггер понимает подлинную экзистенцию, подлинный способ бытия, настоящую, всамделишную жизнь, отличную от призрачного существования  в «das Man», в «людях»? Возможность истинного бытия открывается, когда человек отъединится от «das Man» в уединенность, открывается ужасу своей конечности, смертности, выдерживает свою виновность и бросает себя на решительное сбывание своих собственных уникальных возможностей[14]. Одному это сделать невозможно, ибо Dasein (присутствие, здесь-бытие, открытость) – это всегда соприсутствие[15], Mitsein – бытие-друг-с-другом[16]. Ключевой экзистенциал – «Забота» («Sorge»)[17] – это озабоченность своим бытием, вещами мира, а также забота о других людях. Относительно уединения как условия подлинного бытия приходит аналогия с монашеством  (греч. монос – один на один с Богом). Монашеский способ бытия – это отделение от «людей» («das Man») и приближение к Богу, личное и единственное пред-стояние Богу. Это предельное Со-Бытие, молитвенная открытость, чаяние милости в осознании своей и общей онтологической вины, греховности. Монашество в таком понимании – это не социальный феномен, а экзистенциальный, онтологический, это вообще подлинный способ бытия, основонастрой, душевная расположенность, которая открыла в себе бездну греховности, факт своего падения и стремится преодолеть, трансцендировать своё падшее бытие, своё греховное прошлое, бросая в будущее луч надежды о спасении, в настоящем взывая о прощении и отсекая от себя «мирские» помыслы» – вторжение «людей» («das Man») изнутри. Монах Венедикт (Лымарь) говорит, что когда осознаешь ужас и силу греховности у себя в душе, приходит понимание, что без Божьей помощи ты скатился бы в эту бездну и был бы захвачен страстями, а держишься только благодаря благодати, невидимой помощи (Заботе) Бога. Осознание этого факта открывает ничтожность собственного бытия: мы ничто без Бога, без Бога ничего не можем, а с Ним можем все. Покаянное открытие своей ничтожности, своего бессилия открывает возможность принять Божью силу, помощь на пути к спасению. Это единственный возможный способ быть, жить истинно, по-настоящему, экзистировать в сбывании своих подлинных возможностей, тех способностей, которые дал Бог и которые только с Божьей помощью возможно реализовать.

Христос Яннарас использует хайдеггеровскую экзистенциальную философию для актуализации значимости святоотеческого наследия в настоящее время. Хайдеггер принес в философию новый язык, язык экзистенциальный, язык человеческого бытия, в отличие от языка западной метафизики – языка эссенциального, «сущностного», языка вещей мира. Святые отцы преодолели узкий эссенциализм введением понятия «энергия», которое было развито Григорием Паламой в его богословии. Также Яннарас заимствует у Хайдеггера идею человека как экзистенции, но отметим, что экзистенции у Хайдеггера не хватает жизненности, она несколько безлична. Назвав экзистенцию личностью, Яннарас получает возможность задействовать открытия экзистенциальной философии (Хайдеггер, Сартр), её новый понятийный аппарат, феноменологический метод (открытый Гуссерлем) для прояснения и выявления значимости святоотеческого наследия. О. Иов (Геча) охарактеризовал этот феномен как инкультурацию, прояснение языка одной культуры в понятиях иной культуры. Он обратил внимание на плодотворность прояснения христианских идей с помощью философских понятий экзистенциальной философии в работах Яннараса.

Личность у Яннараса – это экзистенция, способ бытия, отличный от индивида отдельного, самоотделенного способа бытия[18]. Это вечное в человеке (образ Божий), в отличие от невечного, тленного, индивида, который возомнил себя основой собственного бытия. Индивид – это субъект, полагающий из себя бытие, его значимость. Это источник суждений, носитель воли к власти, пытающийся подчинить своей воле, своему разумению окружающую действительность. Это продукт тысячелетнего развития западной цивилизации, базирующейся на рациональных основах метафизики, в лице Ницше провозгласившей «Смерть Бога»[19]. Яннарас вслед за Хайдеггером ужасается торжеству безличного субъекта в западной цивилизации и тем глобальным последствиям, к которым приводит его неудержимая воля к власти. Приходит мысль, что Болонская система в образовании как продукт западного рационалистического псевдопрагматизма как раз и направлена на разрушение личностного начала и редуцирования целостного человека к тому безличному субъекту, который будет надежным исполнителем глобальной «воли к власти».

Яннарас возвращается к изначальному значению слова «личность». Это «просопон», лицо, которое обращено к другому лицу, к лицу мира. Личность есть источник творческой силы, которая производит подручные вещи, изделия (греч. «прагма»). Личность – это ипостась, способ бытия, который осуществляется в общении лиц (троичный способ бытия) – Отца, Сына и Святого Духа. Личность, в отличие от самодостаточной сущности, сама по себе не может бытийствовать. Она выходит за пределы себя, трансцендирует в любовном общении, осуществляет кенозис, апостасийно самоумаляется в открытости другому лицу. Любовная, жертвенная самоотдача есть способ бытия личности. Идеал такого экзистирования есть личность Иисуса Христа, а человеческим нравственным идеалом в христианской, православной культуре является святой, угодник Божий, вся жизнь которого является примером жертвенной самоотдачи себя Богу и людям. Личностный способ бытия евхаристичен – осуществляется в благодарении Богу за дарованную возможность быть, за дар жизни. Человеческая личность есть бытие к Богу, с Богом, т.е. онтологически несамодостаточна, экстатична.

В отличие от личности, индивид полагает себя самодостаточным. В классическом виде это декартовский субъект, который усомнился во всем и нашел прибежище в своей самодостаточной субъективности (ego cogito), положивший себя мыслящей субстанцией, противостоящей миру (протяженной субстанции). Неспроста Декарт упоминает духа обманщика – тут возникает аналогия с первым грехопадением. Там тоже дьявол соблазняет человека, предлагая знание и всемогущество. Яннарас в акте грехопадения видит отдаление человека от непосредственного общения с Богом в самозамкнутое индивидуальное существование. Человек отделяет себя от единства и вечности, обрекая себя на отделенность, смерть и тление. Грешное, страстное существование – это борьба за выживание, за удовлетворение своих эгоистических потребностей. Индивид, чтобы жить, согласно Гегелю (Феноменология духа), должен разрушать (отрицать), питаться чужой жизнью[20]. Индивидуальное бытие есть ничтожение. Сартр назвал сознание ничтожением сущего: «…для-себя должно быть своим собственным ничто»[21]. Нигилизм, согласно Ницше, осуществляется как воля к власти[22]. Индивидный способ бытия (для-себя-бытие) есть воля к власти, стремление к покорению мира. Все должно подчиниться эго-желанию. Эгоистическое желание фундирует индивидный способ бытия, ничтожение сущего. Все ничто, «я» – все, все мне, все для меня. Это убогое (безбожное) существование без любовной самоотдачи, где другой противник, а не друг.

Христианская аскетика, согласно Яннарасу, предназначена преодолеть индивидуальное, обособленное бытие, нашу бунтующую природу, которая стремится к абсолютной самодостаточности. Он пишет, что аскеза – это борьба личности против бунтующей природы, которая пытается самочинно достичь того, что дается лишь в личностном единении и общении с Богом… Любое абсолютное и самодостаточное природное желание достигает «бунта автономности» первозданных людей. Через аскезу христианин отворачивается от бунта и самообожествления и становится на путь сопротивления стремлению своего естества к экзистенциальной абсолютности, решительно включая личностную волю для обновления своей природы в приобщении к благодатной жизни[23]. Аскеза – это борьба со смертью, которая «пронизывает» человеческую природу[24]. Тут нужны не только телесные подвиги, но и, согласно Исааку Сирину, – ревностная молитва, отречение от суетных помыслов[25].

Умное делание – это ревностная, непрерывная молитва, хранение сердца, отречение от суетных помыслов, и это не просто деятельность время от времени, а сама установка жизни, основонастрой, интенциональная направленность, которая собирает воедино все силы в стремлении ко Христу, к спасению. Это – подлинная, настоящая экзистенция, любовная самоотдача самого себя Богу, упование на его милость, на помощь и вразумление. Тогда личностные скрытые возможности проявляются в ситуациях, в которые забрасывает Бог, испытывая стойкость и веру. Яннарас подчеркивает неотъемлемость личностного бытия и свободы. В «пограничных ситуациях» (термин Ясперса) человек стоит перед выбором – быть или не быть. Быть как личность, выбрать свою истинную возможность, либо быть как иллюзорная самость, т.е. – эгоистическим, грешным, суетным существом. Без сосредоточенной внимательности к помыслам и без благодатной премудрости, позволяющей различать помыслы, без молитвенного взывания к Божьей милости истинный выбор совершить трудно. Ведь когда человек живет вне себя, будучи обращен разумом целиком в мир, в суету, это позволяет суетным помыслам хозяйничать внутри, в душе, и направлять действия человека, который наивно думает, что это его собственные мысли и поступки. В неподлинном житии (экзистировании) человек живет анонимно, как любой другой, не выявляя своей неповторимости, уникальности (личности). Это своего рода рассеянное, потерянное житие, хотя внешне человек может казаться собранным, целеустремленным и контролирующим ситуацию. Но собран он ведь вниманием на внешнем, суетном, преходящем, и возникает догадка, а не убегает ли он от самого себя в «мир», чтобы там забыться, убежать от зова своей совести, которая кричит, что не так он живет, как следует, не по-настоящему. Неподлинное житие боится остановки, ибо тогда придется задуматься о жизни, почувствовать тревогу, смутную неудовлетворенность, и поэтому бросается в суету, в не-бытие. Тут нет места покаянию, переживанию греховности, ибо неподлинная экзистенция полагает себя правой во всем, все она делает хорошо и правильно, и каяться, собственно говоря, не в чем. Более того, сама мысль о покаянии кажется дикой, хотя и может происходить мнимое, ненастоящее покаяние – для других, «людей» («das Man»), чтобы успокоить совесть. Поэтому имеет место постоянное самооправдание, самоуклонение от осознания греховности, самоуспокоение в мнимой непогрешимости. Еще один прием – перекладывание своей вины на других: «Это они строят козни, они меня не любят, не ценят, не видят, какой я хороший, не помогают мне, они враждебны и завистливы». Возникает вопрос, а не происходит ли тут проецирования собственных греховных страстей в мир, на других? Это защитный механизм, позволяющий избежать мук совести и получить гарантию непогрешимости – «кругом враги, только я один хороший».

Соответственно подлинный способ бытия начинается с покаяния, с открытия своей грешности, неправильности. Это болезненное переживание, но следует выдержать, выстоять в открытости этой неприятной истине. И не следует убегать от этой боли в самооправдание, в ложную экзистенцию. Обнажается болезнь, и излечить ее может только Иисус Христос, своей благодатью дать здравие, явить милость. «Господи помилуй» (греч. кирие элеисон) – это взывание к врачеству Божию, чтобы Он елеем благодати исцелил страждущего, даровал спасение. Поэтому Иисусова молитва «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго» должна быть не просто внутренним говорением, а способом бытия, экзистированием, трансцендированием, преодолением ветхого человека и приближением к Богу. Тут есть и покаяние, и чаяние милости. Так же во внимании к помыслам мы постоянно отрекаемся от себя суетного, неподлинного, и это уже иная, внимательная жизнь, непрерывная борьба, внутренняя, сердечная брань.  Кьеркегор, описывая экзистенцию, характеризует её как напряжение, беспокойство[26], соответственно и молитвенная работа – это постоянное самопринуждение, самопреодоление. Во внутренней борьбе нельзя расслабляться, иначе можно дать себя захватить обманному помыслу и поддаться страсти.

Говоря о внутреннем делании, не обязательно имеется в виду, что это пребывание в уединении. В гуще мирской суеты Иисусова молитва является тем островком спасения, который не дает утонуть, быть поглощенным житейскою бурею. Внешние обстоятельства, столкновения с людьми предполагают задействование страстей. Даже после прохождения Таинств, Литургии, когда есть в душе мир, и душа в благодатном расположении, враг спасения через некоторых людей так тонко может спровоцировать страсти, что диву даешься злокозненной хитрости и сокрушаешься собственной слабости и невнимательности. Так приобретается опыт падений, упование на помощь Божью, ибо ничего не могу без Христа. Падения усиливают сокрушение и христианское рвение. Тут опять видна разница между суетной и христианской жизнью, подлинным и неподлинным способом бытия. Христианская жизнь – это постоянное борение с собой, преодоление испытаний, ибо «Царство Небесное силой берется, и употребляющие усилие восхищают его»[27]. Никодим Святогорец говорит, что в такой невидимой брани следует водрузить в сердце своем следующие четыре расположения и духовные делания: 1) никогда ни в чем не надеяться  на себя; 2) носить в сердце всегда полное и вседерзновенное упование на единого Бога; 3) непрестанно подвизаться; 4) всегда пребывать в молитве[28]. Соответственно, неподлинный способ бытия, суетная, эгоистическая жизнь характеризуется самонадеянностью, упованием на свои силы, потаканием страстям, отсутствием молитвенного, покаянного настроя. Суетное бытие увлекает, захватывает, не дает опомниться, и лишь возврат к молитве, покаянию приводит в чувство, возвращает к себе настоящему, вырывает из плена ложного «я» и ложного мира, пробуждает личностный способ бытия, который совершается в любви, творчестве и свободе. Умное делание есть стремление быть со Христом, очищение сердца светом Христовой Истины. Поэтому оно есть истинное любомудрие, ибо, как говорит Максим Исповедник, лишь очистив сердце, можно стяжать божественную премудрость, «ибо Бог, будучи всем во всём (1 Кор. 15:28), но безмерно превосходя всё и являясь Наиединственнейшим, будет зрим мысленным оком чистых»[29]. Умное делание есть философский способ бытия, безграничное стремление к самопознанию и познанию Бога.



[1] Фес. 5, 17.

[2] Евр. 2, 1.         

[3] Достоевский Ф.М. Записки из подполья: Повесть. – СПб.: Издательский Дом   «Азбука-классика», 2008. – С. 68.

[4] Хайдеггер М. Бытие и время. – М.: “Ad marginen”, 1997. – С. 12.

[5] Там же – С. 126-130.

[6] Там же – С. 167-175.

[7] Там же – С. 171.

[8] Каллист Патриарх и сподвижник его Игнатий, Ксанопулы. Наставление безмолвствующим, в сотне глав. Добротолюбие, т.2. – С. 364.

[9] Хайдеггер М. Бытие и время. – М.: “Ad marginen”, 1997. – С. 173.

[10] Там же – С. 175.

[11] Яннарас Х.Ч. Свобода етосу – К.: ДУХ І ЛІТЕРА, 2003. - С. 25.

[12] Хайдеггер М. Бытие и время. – М.: “Ad marginen”, 1997. – С. 175.

[13] Там же – С. 179.

[14] Там же – С. 295-301.

[15] Там же – С. 118.

[16] Там же – С. 122.

[17] Там же – С. 192-193.

[18] Яннарас Х. Избраное: Личность и Эрос. – М.: РОССПЭН, 2005. - С. 116.

[19] Яннарас Х. Хайдеггер и Ареопагит, или об отсутствии и непознаваемости Бога. // Избраное: Личность и Эрос.  – М.: РОССПЭН, 2005. - С. 11.

[20] Кожев А. Введение в чтение Гегеля. – СПб.: Наука, 2003 . - С. 12.

[21] Сартр Ж.П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии. – М.: Республика, 2000. - С. 111.

[22] Хайдеггер М. Европейский нигилизм. // Время и Бытие: Статьи и выступления: - М.: Республика, 1993. - С. 64-66.

[23] Яннарас Х.Ч. Свобода етосу – К.: ДУХ І ЛІТЕРА, 2003. – С. 96.

[24] Там же – С. 97.

[25] Там же – С. 100.26.

[26] Врачев В. Кьеркегор (Киркегор) Сёрен (биографическую справка). http://www.hrono.ru/biograf/bio k/kirkegor.html.

[27] Мф. 11, 12.

[28] Преподобный Никодим Святогорец. Невидимая брань. – М.: ЛЕТОПИСЬ, 2008. – С. 16.

[29] Прп. Максим Исповедник. МИСТАГОГИЯ. http://www.hesychasm.ru/library/max/maximus myst.htm

 

Ключевые слова:
См.также:
Подписаться на ленту комментариев к этой публикации

Комментарии (29)

Написать комментарий
#
23.01.2011 в 14:41

Антону.

у Вас ещё есть вопросы, по поводу  "кто такой диакон Владимир?" ? ))

диакону Владимиру.

гораздо хуже, когда многие, облеченные саном и полномочиями забыают, что сами по себе -никто. но тем не менее делают заключения, забывая что достойные уважения люди уже такое мнение прадлагали. и опровергали. надписав свою принадлежность к епархии возглавляемой Патриархом (хотя ею руководи его викарий с правами правящего архирея!!) , титулатуру которого Вы не забыли подчеркнуть множестовм заглавных букв не изменяет одного простого факта: как только Патриарх скажет чтото вразрез с Вашим мнением----Вам до лампочки будет всё то,что говорили на сей счёт и Григорий Нисский (егоже ныне память совершали) Григорий Богослов, Залатоуст и прочие дивные мужи, которые гнушались осознанной тупостью псевдоправославных. они никоим образом не отвергали этих людей. но они искренне сожалели,что люди выбирают очень опасный путь. что же касается ПыСы)))), то в сносках кураевской статьи кое что написано о пензенской епархии(тот кто читал статью полностью,а не ограничился одной фамилией автора не мог этого не заметить). Статья написана задолго до извесных событий пещерного характера. я также никоим образом не делаю из о.протодиакона прозорливца, но не замечать подобных вещей нормальный человек не может. и это ещё раз показыает,к чему приводит та простота, которая хуже воровства.

блаженными хвалимся...а Феофан затворник не авторитет? или он де епископ,а иерархия уже не та))))))) или тото факт ,что он возглавлял СПбДА уже заставляет позабыть о нём???

ещё раз подчеркну: когда в мнениях есть откровенный разнобой -это даёт полное право выбора. когда же мнения Отцов (а не непонятно каких пензенских или ивановских схиархи....)сходятся к единому знаменателю--то не я цитатами Отцов "обеляю" своё глупое ИМХО --а как раз наоборот----пытаюсь открыть чьито заспанные глаза на то,что в таком то вопросе всё давно решено. а нравится это собеседнику или нет, это вопрос не ко мне,а к его разуму..ну или -к его простоте)))

Ответить

#
23.01.2011 в 14:06

Отче Алексие!
Вы, будучи православным человеком, должны знать, что подвиг несения юродства Христа и Блаженства - один из самых тяжелых среди самых тяжелых - Исповедничества и Священномученичества.
Святоотеческая история не во всех случаях предоставляет нам возможность убедиться в том, что подвиг несения юродства Христа ради такими святыми как, блжж.Василий Московский, Андрей, Максим, Ксения Петербургская, Матрона Московская и, многими другими, благословлялся "митрополитами, патриархами", священниками. Однако, без благословения Божия на онный подвиг, не впав в прелесть, пойти никак не возможно. А значит - благословение на подвиг сей всё-таки было! Было, потому что - это талант, который Христа ради юродивые и Блаженные получили от Бога, не закапывали, а умножали и несли как Крест. Этот Крест во многих случаях заставлял "митрополитов, патриархов, сам русский народ" увидеть самих себя в своих "деяниях", приводил к покаянию, изменял "ход истории", творил и творит чудеса. Через подвиг Христа ради Юродивых и Блаженных сам Господь и Бог наш Иисус Христос выходил на площади, вновь принимал заушения и оскорбления, проповедовал, наставлял, исцелял и взывал через покаяние ко спасению.
И это отнюдь не некая "отрасль святости", а то что - "идеже умножится грех, там преизобилует Благодать Божия". Преизобилует эта Благодать через Святость Христа ради Юродивых и Блаженных. Это подтверждает весь Ветхий Завет через всех его Пророков. Поймите правильно, не умом, но Сердцем. Не взыщите!

Ответить

#
22.01.2011 в 22:54
Видите ли в чём дело, отче КОНСТАНТИНЕ!
Русская пословица гаголет "о шиле, которое нелья утаить в мешке". Правда, Вы пытались прятать "это шило", всякий раз обёртывая его во всевозможные материи, однако, Ваш "реверанс": "...Пы.Сы. ещё раз повторюсь,что святоотеческое толкование вопроса для меня важнее чем просто мои размышления. нет,я не заглушаю в своей голове то,что там варится. но сам сначала продумав над интересующим меня вопросом -после обращаюсь к Отцам. а что они говорили на такой вопрос(если говорили вообще..мало ли..). и если святител А говорил одно, преподобный Б -другое, праведный В -третье..то скорее всего Церковь на сей счёт ничего не продумала. она оставляет свободу выбора для челвоека в этом вопросе, полагаясь на его совесть и молитвы о этом челвоеке в трудное время выбора. если же отцы А Б и В меж собой согласны--то наверно передо мною возникает следующий вопрос: я остаюсь при своём мнении..." - оголил это "шило", имя которому - Теологуменизм, по сути болезнь, которой заразилизь многие публицисты, отнюдь не Теологи и не Богословы.
Во времена Китайской Культурной Революции находились люди, которые при помощи цитат Мао пытались заставить водокачку, молотилку и т.п., работать быстрее, придавали этому первозначность.
В годы т.н. "русской революции", многие одержимые своим Мнением пытались изменить ход истории, прибегая к "мнениям" Дарвина, Энгельса, Маркса, Ленина, Троцкого и т.д., имя им легион.
Пожелание очень простое: не пытайтесь "свои мнения" подкреплять святоотечскими трудами - это путь "в никуда", поскольку благими намерениями устлана дорога в ....
А вот это - "... должен,как христианин ,переосмыслить свои взгляды. может я чегото не допонял, или пропустил (все мы несовершенны, иэто надо понимать до того,как комуто чтото доказывать) ..." - уже похвально и, достойно Мужчины (мужеского Чина).
Помоги, Господи, рабу Твоему Константину, в разум Истины Твоея придти.
Не взыщите, однако, "аз бо немощен есмь" и постараюсь, в дальнейшем" избегать желания комментировать Ваши Теологуменизмы.
Ответить

#
22.01.2011 в 19:33
Константину
Чем больше книжность, чем больше богословов, тем дальше Православие от народа. Тем труднее что-то объяснить и доказать о вере. Тем больше похожи те, кто внизу, на простецов, невежд и просто толпу. Это взгляд книжника. У Кураева много определений простоты, кроме главного - святая простота.
В России кроме Святых отцов была другая отрасль святости - юродивые. Простые - дальше некуда. Они действовали не в кельях, а на площадях. Их веками не замечали монахи в кельях, богословы, митрополиты и патриархи. Признать их заставил сам русский народ. Их ввели в церковный оборот и они, юродивые, кончились в России. А сейчас как будто их и не было.
Но посреди нашей страны есть площадь, а посреди площади собор. Собор Василия Блаженного. Если прийти на Красную площадь, задрать голову на собор и задержаться, то можно и сейчас невзначай уверовать.
Ответить

#
21.01.2011 в 15:12

Алексею.

то, что Вы настаиваете -это хорошо. вопрос в том, что можно  на чём угодно настаивать. важно только в определённый момент увидеть себя со стороны. 

да- просто нищие. вшивые , грязные,  прокажённые, просящие одной рукой милостыню и второй достающие нож,чтобы у дающего забрать всё сразу..именно к таким приходил Христос. 

а Ваша точка зрения - лишь Ваша точка зрения. простите

Пы.Сы. ещё раз повторюсь,что святоотеческое толкование вопроса для меня важнее чем просто мои размышления. нет,я не заглушаю в своей голове то,что там варится. но сам сначала продумав над интересующим меня вопросом -после обращаюсь к Отцам. а что они говорили на такой вопрос(если говорили вообще..мало ли..). и если святител А говорил одно, преподобный Б -другое, праведный В -третье..то скорее всего Церковь на сей счёт ничего не продумала. она оставляет свободу выбора для челвоека в этом вопросе, полагаясь на его совесть и молитвы о этом челвоеке в трудное время выбора. если же отцы А Б и В меж собой согласны--то наверно передо мною возникает следующий вопрос: я остаюсь при своём мнении или же должен,как христианин ,переосмыслить свои взгляды. может я чегото не допонял, или пропустил (все мы несовершенны, иэто надо понимать до того,как комуто чтото доказывать)

поискал на этом сайте и нашлась весьма занятная статья.)) может личность автора Вас смутит, тогда оставьте его выводы при нём, однако то,что приводится в виде цитат---Вы хотя бы должны прочесть.

http://www.bogoslov.ru/text/220385.html

Пы.Пы.Сы. конечно же, истина -она от Бога, поскольку и Сам Христос является Божией Силою и Божией Премудростью. и челвоек сам по себе никогда не познает чтто выше уровня своих ботинок. и в этом Вы правы! но суть этого лирического отступления не о том...

Ответить

#
20.01.2011 в 21:47
Константину

(Иак.3:17) "Но мудрость, сходящая свыше..."
Это совсем не философия.
(1Кор. 2:13) Что и возвещаем не от человеческой мудрости изученными словами, но изученными от Духа Святого, соображая духовное с духовным."
Это тоже не про философов.
Вы привели: "Будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби" (Мф. 10, 16)
Но это мудрость поступка. а не помышления.

Настаиваю именно на "Нищих духом", а не просто нищих. И это совсем не мудрствующие.

Есть ещё: Вот, открою младенцам и утаю от мудрствующих. Но точной цитаты не нашел.
Ответить

#
20.01.2011 в 11:09

Алексей.

для меня в этом вопросе главное  -святоотеческое толкование, а не то,что главно Вам лично. А ежели Вам неприятна моя операция по выниманию глагола)))), то будьте добры открыть церковнославянский тест "Апостола" и прочестИ то,что там указано в том же послании Коринфянам. А также последующие-там очень много интересного,чего не видно из Синодального перевода.

а после прочтения это фразы а также ещё пары нормальных книг можно уже будет продолжить дальнейшую дискуссию. 

Пы.Сы. например в тексте блаженст, приводимых евангелистом Лукою вообще нету слова "духом".  всё гениальное -просто. "Блаженны -нищие"!!!!! вставка появилась эта гораздо позже из дикоблагочестивого человеческого желания --"ведь евангелисты не могут расходиться в своих словах о Господе". Но вопрос ,как обычно, в другом: не всегда то,что мы поняли с первого раза и считаем тривиальным --таковым есть на самом деле.

а на свой вопрос я  от Вас ответа так и не получил. увы...Заключения  Вы даёте безапеляционно и уверенно, но ......

Ответить

#
19.01.2011 в 22:53
Константину. Операцию по выниманию глагола из Кор 2:13 вы провели ловко. Главное для нас это заповеди блаженств, а они совсем не про мудрствующих.

Прошлый коммент, выходит, невсчет.
Ответить

#
19.01.2011 в 15:47
Видите ли в чём дело, отче АНТОНЕ?
Досточтимый отец диакон Владимир Василик имеет присущие только ему - Имя, Фамилию и Звание, которые получил от Господа при Рождении, Крещении и Хиротонии. Слава Господу, весьма плодотворно трудится на поприще Своем, имея от Бога многие Таланты. Умножает а, главное - не скрывает Их от Господа и людей, в "закваске" своей - православных.
А что я, диакон Владимир - просто диакон, служащий в Московской Епархии, окормляемой Епископом, Великим Господином и Отцом нашим, Кириллом, Патриархом Московским и Всея Руси.
Вот, собственно и всё.
Не взыщите, но молитесь, ибо "там, где умножается грех - преизобилует Благодать Божия".
Ответить

#
19.01.2011 в 15:07

Антону.

Можете с полным правом считать моё утверждение моей же лично догадкой. Основано оно на периодических совпадениях мыслей и фраз,которые "диакон Владимир" пишет здесь и о.Владимир Василик после своего изгнания из СПбДАиС пишен на РНЛ (да и не только там). Можете также поискать в соседних ветках диалог "диакона Владимира" и о. Павла Великанова, в завершение которого "диакону Владимиру" было предложено либо перестать делать не совсем приемлемые комментарии либо начать думать прежде чем писАть что либо. 

 При личной переписке с одиним из объектов критики о.Владимира Василика было также подтверждено,что умозаключения и конструкции фраз "диакона Владимира " и о.Владимира Василика схожи на 100%. Но это никого ни к чему не обязывает.  впрочем...мы отклонинись от темы ветки)))))))

Ответить

#
Антон Небольсин, Россия, Москва
19.01.2011 в 11:58

Константину из Чернигова.
А что, разве "диакон Владимир" и диакон Владимир Василик - это одно лицо? Мне казалось, что это совершенно разные люди. Нельзя ли прояснить этот вопрос? Каков источник Вашей информации?

Ответить

#
18.01.2011 в 21:35
Умное делание можно поверить словами Соборного послания святого апостола Иакова (2:16): "покажи мне веру твою без дел твоих, а я покажу тебе веру мою из дел моих".
И вот как может выглядеть умное делание с упором на делание.

Небольшое отступление. Современная молодежь не доступна слову, но доступна образу. И познакомить молодежь, причем разных стран, с Православием можно с помощью образа.
Ответить

#
18.01.2011 в 10:56

Да что Вы говорите??))) давно я тут не улыбался) (простите грешного)

А как насчёт слов апостола Павла, когда он говорил коринфянам "боюсь, чтобы умы ваши не повредились, уклонившись от простоты во Христе" ( 2 Кор. 11, 3)  только все упорно забывают что в Синодальном переводе слово "уклонившись" набрано курсивом и в греческих списках его нет. и не было. его вставили в 19м веке для "ясности смысла". выбросьте его -и что  получится? а получится то же самое,что сам Христос говорил своим ученикам : "Будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби" (Мф. 10, 16) 

Если выражаться очень бульварно, то всё это резюмируется народной поговоркой "меньше знаешь -больше дура". Важно не кичиться своими знаниями,а применять их на благо. И на своё и на благо Церкви. Множество Отцов (особенно Отцов периода вселенских соборов) были не просто умны --они были философами, которые поставили философию на служение Церкви.

а то ,что проповедует диакон Владимир Василик, можно с успехом прочитать на "околорусской народной линии"..только Христа там всё меньше и меньше,а глупостей всё больше и больше. хотя по форме -самые благочестивейшие люди. если исключить площадную ругань с инакомыслящими (чем конешно же выражается христианские любовь и смирение), и обилие политиканства там,где быть его не должно. по плодам вы узнаете их.

так что, уважаемый Алексей, понятия не имею, где же в Евангелии вы нашли такие сомнительные предпочтения. нужно быть смиренным и не злобивым! факт!  но не нужно сознательно становиться дурачком только потому,что "гдето чтото слышал да не понял. да это понимать и не нужно!!!" так что огромная к Вам просьба - укажите те места Писания, где Вы такое нашли.

вопрос немножко даже в другом-- а как Вы понимаете термин "умное"?? 

Пы.Сы. Полагаю же, что всякий, имеющий ум, признает первым для нас благом ученость, и не только эту благороднейшую и нашу ученость, которая, презирая все украшения и плодовитость речи, берется за единое спасение и за красоту умосозерцаемую, но и ученость внешнюю, которой многие из христиан, по худому разумению, гнушаются, как злоискусной, опасной и удаляющей от Бога. Небо, землю, воздух и все, что на них, не должно презирать за то, что некоторые плохо поняли и вместо Бога воздали им божеское поклонение. Напротив, мы, воспользовавшись в них тем, что удобно для жизни и наслаждения, избежим всего опасного и не станем с безумцами тварь восставлять против Творца, но по созданию будем делать заключение о Создателе, как говорит божественный Апостол, и «пленяем всякое помышление в послушание» Христу (2 Кор.10:5). Также об огне, о пище, о железе и о прочем нельзя сказать, что какая-либо из этих вещей сама по себе или всего полезнее, или всего вреднее, но это зависит от произвола употребляющих. Даже между пресмыкающимися гадами есть такие, что мы примешиваем их в целебные составы. Так и в науках мы заимствовали исследования и умозрения, но отринули все то, что ведет к демонам, к заблуждению и в глубину погибели. Мы извлекали из них полезное даже для самого благочестия, через худшее научившись лучшему, и немощь их обратив в твердость нашего учения. Поэтому не должно унижать ученость, как рассуждают об этом некоторые; а напротив, надобно признать глупыми и невеждами тех, которые, придерживаясь такого мнения, желали бы всех видеть подобными себе, чтобы в общем недостатке скрыть свой собственный недостаток и избежать обличения в невежестве. Но предложив и утвердив это общим согласием, начнем обозревать жизнь Василия.(Слово 43, на надгробное Василию ,архиепископу Кесарии)

Ответить

#
18.01.2011 в 07:48
Я согласен с диаконом Владимиром. Такое отношение к философии это "древний предрассудок", восходящий к Евангелию. В Евангелии много раз говорится о предпочтении младенцев мудрствующим. Философия задает свои аксиомы, лишь оглядываясь на христианство, и чем дальше, тем меньше. Какая философия сейчас ведет мир к погибели? Картезианство или что посвежее?
А в умном делании явный упор на "умный", а делание - красивое прилагательное.
Ответить

#
16.01.2011 в 20:46
Спасибо, отец Владимир за наказ! Келейное чтение Писания в перерывах между молитвами тоже известная практика (у прп. Исаака Сирина (или Ефрема?)), я к тому, что спасительное делание разнообразно и им надо делиться с окружающими. Правда в какой форме? Типа сказать, - хватит болтать пошли в церковь (конечно без иронии и в самом уветливом виде). Или вдруг предположить, что человек философствуя приходит в "разум Истины", ведь невозможное для человеков, возможно для Бога?
Ответить

#
Александр Блуд, Киев
16.01.2011 в 20:38
Диакону Владимиру.
Мысль о неспасительности и соблазнительности философии для православия - это древний предрассудок, связанный с охранительной функцией Церкви - "как бы ничего худого не вышло". Тут вы отождествляете привычное представление о философии как о своевольном умствовании с истинным любомудрием, пример к-го можем увидеть у Святых Отцов.
Ответить

#
Александр Блуд, Киев
16.01.2011 в 20:21
dionisiy - ответ
Вы правильно обратили внимание на борьбу со страстями, без этого невозможно познать себя истинного. Умное делание - это постояное наблюдение за своей душой и тут вы совершенно правы, что - "нужен не только внимательный ум, но и умное сердце". В святоотеческом любомудрии познает не разум-рассудок (ratio) - как в западной схоластике и рационалистической философии, а умное сердце, к-е есть мудрость в нас, точнее "орган" восприятия света божественной премудрости. Страсти не убиваются, а облагораживаются в наблюдении за ними - их нужно укротить, не давать им воли. Руководящее начало в душе - умное сердце.
Внутренний диалог - это постоянный объект удивления в умном делании - "во мне говорит кто-то, я это, или не я"? Иисусова молитва постоянно обрубает внутренний диалог, который навязчиво прорывается в восприятие. Этот диалог психологи могут обозначить как ассоциативное мышление, но тут только поверхность. В глубине некие силы, к-е преследуют свою цель - увести от спасения.
Спасибо за ценные мысли, тут непочатый край работы для психологов и философов.
Ответить

#
16.01.2011 в 15:19
Дионисий!
Вы, это - опять "ухватились" за философию! Да нет же в ней ничего спасительного. Более того- "в разум Истины" ведь не приведёт, а ведь соблазн сотворят многим!
Таки вернёмся ко СТЕЗЯМ ГОСПОДИМ в преддверии Крещения Господня!
Чтем от Ап.Марка зачало Первое.
Вперёд, любомудрый Вы наш, на ежеднвное чтение Евангелия, спаительное делание во вся дни живота нашего.
С грядущим праздником КРЕЩЕНИЯ ГОСПОДНЯ, всех, "философствующих" от имени своего!
Ответить

#
15.01.2011 в 23:55

Хорошая работа и хорошее намерение, спасибо. Меня удивил однажды один святой отец, который приравнял мысль о том, что надо пойти в храм к самой молитве. Я с тех пор задумываюсь, молитва это не просто слова подчиненные текстовому смыслу и принуждающие к проявлению чувств (сокрушения, смирения и т.д.).

Философский образ мышления в православии конечно важен, правда не популярен среди большинства. Но нужно признать, что у философии вполне известные границы (т.к. многие понятия сводятся к первычным дологичным понятиям) и она своего рода искусство (как иконопись, пение), но не является какой-то основой, истиной. 

Также хотелось бы обратить внимание современного богословия на психологический аспект, на разбор собственно страстей, чем кстати усиленно занимались отцы. Если смотреть, например, Лествицу, то по современному говоря, все практические советы это аналитическо-психологические заметки, то что раньше было страстями, сейчас это эмоции, чувства. По эмоциям могу порекомендовать (для входа в тему) Пола Экмана. Он путем многолетних исследований по земному шару установил наличие общих для всего человечества эмоций (по-нашему страстей). Святые отцы также использовали эти эмоции, например, такую как "страх"-"страх Божий", "печаль"-"печаль по Бозе" и т.д. Ну и стало быть "умное делание" это и внимание за эмоциями, их облагораживание, хотя я всегда считал, что нужно просто отсечь прилог и надеятся на Бога. А ведь прилог это как отцы пишут это не слово, это образ, воспоминание, а сюда входят и эмоциональные воспоминания! Т.е. нужен не только внимательный ум, но и умное сердце. Кстати, самое интересное, что на Востоке, включая Африку, сердцем часто называется рассудок, ум человека,  а не голова. Можно представить, как усложняется анализ святоотеческого наследия после такого "подвоха" )).

Есть некоторые заметки.

Увидел выражение "Кто говорит?", что-то подобное есть в Индии, у одного популярного гуру, там подобные выражения используются для хитрого прерывания внутреннего диалога. Может быть Вы случайно употребили, просто у меня ассоциации. Кстати, в ЖЖ писали, что в православии также известна эта техника - "противоборствующий помысел" или что-то вроде того.

Если смотреть зарубежных философов-теологов, то очень интересен философ практик, профессиональный психолог с большим опытом Уильям Джемс, который несмотря на свою "приземленность" и знания о рефлексах, нервах и т.д., смог написать такую вещь  "МНОГООБРАЗИЕ РЕЛИГИОЗНОГО ОПЫТА".

Ответить

#
11.01.2011 в 13:47
Уважаемый Александр Жабенко!
Всё же думается, что в основе изложения Богословия находится не просто "использование терминологии и языка ...", а собственно сам язык, который часто не понятен в силу определённого "бытийно-мирского" состояния Духа людей.
Ответить

#
Александр Жабенко, Украина, Житомир
11.01.2011 в 12:08
Александру:
стоит искать современные подходы для прояснения истин веры. Отцы бы не покладали рук для этого. Так и нам нельзя останавливаться.
Дело не в том, что экзистенциализм и феноменология "индивидуалистичны", а Отцы говорили о личном бытии. Ведь Отцы использовали терминологию и язык далеко не личностной философии Античности... И смогли это сделать по благодати.
Просто не следует ставить в соответствие личности экзистенцию. У личности есть экзистенция, так можно сказать, но личность не является экзистенцией.

Сергию:
Бог есть Бытие, но в некотором смысле Он -- превыше Бытия как ВсеВышний. Опять же, смотрите Дионисия Ареопагита. И предвечное рождение и исхождение говорят о том, что Бог выше Бытия -- ведь имея Начало в Отце, Сын есть Сущий и Дух есть Сущий. Отец Сущий, Сын Единородный, но Сущий, Дух Исходящий, но Сущий. Употребление частицы "но" здесь условно, так как нет противопоставления в Боге Ипостасей, просто так более видно то, о чем писал.
Ответить

#
Александр Блуд, Киев
10.01.2011 в 15:03
Вы правы, Вера, что усвоение святоотеческого наследия необходимо для понимания истины Христовой и православного способа бытия. Более того, усвоение святоотеческого наследия необходимо и для философии, чтобы она перестала быть делом узкого круга специалистов и стала актуальной в современном прагматическом мире.
Относительно Хайдеггера и экзистенциальной феноменологии - когда читаешь творения св. Игнатия Брянчанинова, очевидно и несомненно, что он адекватно и ладно описывает-передает свой духовный опыт с помощью святоотеческих понятий. Возможно индивидуалистично-субъектная установка феноменологии не может эксплицировать духовный-церковный опыт, и поэтому творения Отцов являются истинной феноменологией - выявлением в речи-логосе божественной истины. Это и есть настоящая философия - любовь к божественной истине.
С уважением, Александр.
Ответить

#
10.01.2011 в 12:54
Думается, что уважаемая Вера (г.Москва) очень точно и, главное, во время в своём комментарии: " .....Очевидно, что в наши дни философия с ее специфическим языком - это достояние относите льно узкого круга специалистов. Поэтому «прояснение христианских идей с помощью философских понятий экзистенциальной философии», возможно и интересное этому узкому кругу, как академическое упражнение, в целом не кажется плодотворным.
Хорошие современные научные переводы святоотеческого наследия – вот что действительно необходимо как для «прояснения христианских идей», так и для православного способа бытия" - показала всю здободневность рассматриваемого вопроса. Аксиос!
Ответить

#
10.01.2011 в 12:48
Бог есть Бытие и никакая личность не может быть выше Бытия.
Ответить

#
10.01.2011 в 01:21

//Это, как говорит Хайдеггер, цитируя Августина – «похоть очей»//
Извините, конечно, но «похоть очей» - это не Хайдеггер, и даже не Августин, - это известные слова апостола Иоанна: Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего. (1Ин.2:16)

Да и к «умному деланию» Хайдеггер притянут довольно искусственно, видимо, по любви к нему автора. Неужели в Украине святоотеческое наследие в настоящее время настолько утратило свою значимость, что нуждается в актуализации не иначе, как с помощью хайдеггеровской философии? Жаль, если так.
Во всяком случае, части доклада, посвященные непосредственно «умному деланию» изложены убедительно, целостно и связно именно благодаря использованию понятий и формулировок Святых Отцов (хотя и не всегда со ссылками на них). Собственно «философские» абзацы сильно проигрывают на этом фоне, несмотря на привлечение Яннараса.

По поводу «инкультурации». У Яннараса, кстати, находим следующее: «Потребность греческого мышления выразить христианскую истину языком философии оказалась дерзким вызовом как для Церкви, так и для эллинистической культуры. Драматическое столкновение двух экзистенциально различных типов сознания, заведомо непримиримых между собой, породило крупнейшие ереси первых веков новой эры. … Христианская Церковь сумела на основе собственного опыта ответить на вопросы греческого умозрения. То был триумф греческой мысли, сумевшей не поступиться принципами логической точности формулировок, и в то же время сохранить нерушимую верность христианской истине и апофатическому подходу к ее познанию… Творцами этого синтеза были греческие отцы Церкви, деятельность которых продолжалась непрерывно со II по XV век. (Яннарас Х. Вера Церкви. М., 1992).

Сейчас на горизонте что-то не видно личностей, сомасштабных Отцам Церкви, да и роль философии совсем не та. «Греческая цивилизация на всем протяжении своей истории - и в дохристианскую и в христианскую эпоху - основывалась на абсолютном приоритете истины над прочими жизненными ценностями. Современная цивилизация, напротив, предпочитает истине пользу. Поэтому уже не философия, но политика будоражит общество сверху донизу» (Яннарас Х. Там же).

Очевидно, что в наши дни философия с ее специфическим языком - это достояние относительно узкого круга специалистов. Поэтому «прояснение христианских идей с помощью философских понятий экзистенциальной философии», возможно и интересное этому узкому кругу, как академическое упражнение, в целом не кажется плодотворным.
Хорошие современные научные переводы святоотеческого наследия – вот что действительно необходимо как для «прояснения христианских идей», так и для православного способа бытия.
Ответить

#
Александр Блуд, Киев
9.01.2011 в 16:20

Спасибо за комментарии, Александр. Согласен с вами, отождествлять личность и экзистенцию не совсем правильно, ибо слово "экзистенция" несет оттенок безличностности. Тут у меня сомнение - можно ли использовать феноменологическую терминология, к-я эсплицирует в безличностной установке и описывает безличные "я-эго" (Гуссерль), и "здесь-бытие" (Хайдеггер), в выявлении существенных моментов (феноменов) бытия именно личности-ипостаси?
Цель статьи была в том, чтобы разграничить подлинный и неподлинный способы бытия личности, феноменологически отграничить личностный и индивидный способы бытия. Очевидно, что без Бога человек погибает, а с Богом живет. Христианин видит себя погибающим и стремиться к спасению, "индивид" мнит себя самодостаточным, не видит своей падшести, своего ада и отвергает Спасителя.

Ответить

#
Александр Блуд, Киев
9.01.2011 в 15:42
Согдасен с отцом Владимиром. Умное делание и есть способ бытия, это есть бытие, жизнь в непрерывной памяти Божией. Слово "как" действительно создает оттенок невсамделишности. Благодарен за уточнение, Отче.
Ответить

#
Александр Жабенко, Украина, Житомир
4.01.2011 в 22:40
Выскажу несколько общих комментариев по философской составляющей работы.
Думаю, не вполне органично, мягко говоря, для Православия пробовать назвать личность экзистенцией. И потом сравнивать ее со способом бытия. Это догматически малооправдано.
Более того, если касаться сущности аргументации, то думаю, не совсем оправданными будут приведенные мысли о противопоставлении личности и индивида онтологически (именно это подразумевает употребление экзистенциальной терминологии и Хайдеггеровских терминов).

Почему?
  1. Дело в том, что личность-ипостась -- в каком-то смысле выше бытия, и потому выше способа бытия, а значит, не сводима к ним. Она -- в основе бытия. В Троице Три Божественные Личности-Ипостаси не то чтобы являются Бытием, но по мысли Ареопагита, они Выше Бытия. Бог в некотором смысле выше Бытия, и это в первую очередь в Личностности. Ведь рождение Сына от Отца и исхождение Духа от Отца уже являются свидетельством высоты Ипостаси над бытием. Сын есть Сын, хотя Он рождается, Дух есть Дух, хотя Он исходит. Рождение и исхождение -- то, КАК есть Отец, Сын и Дух Святой, личные, ипостасные характеристики, но и характеристики бытия. Бога называют Бытием, но Он Выше Бытия.
  2. Личность (ипостась) нельзя сводить к способу бытия, даже для Бога. Ипостаси Троицы не являются способами бытия Бога. Они являются Богом. Во Христе принятие Богом человеческого естества, "воипостазирование" его является догматом, но отсюда не следует, что Ипостась Христа (сложная, из двух естеств) является лишь способом бытия для естеств. Нельзя сказать, что Личность Христа является лишь способом бытия естеств. Подобно и человеческую личность нелогично считать лишь способом бытия естества.
  3. Итак, исходя из этого, лучше мыслить человеческую ипостась-личность выше бытия человеческого (значит, выше экзистенции). Есть еще такой аргумент к этому для человека. Человеческая ипостась будет существовать всегда, даже если естество (и способ его бытия -- тоже) повреждено. В этом смысле личность также выше бытия. Личность выше и своей экзистенции, поскольку человек может быть причастным Божественным энергиям. В конечном итоге, молитва без этого была бы не столь необходимой.
  4. Теперь относительно разграничения индивида и личности (точнее "лица", поскольку "просопон" -- "лицо"). Честно говоря, оно проведено так строго в статье, что кажется "индивид" -- уже погибает, как "не-личность", а "личность" -- уже спасается через Бога. Но такое разграничение не совсем правильно догматически. Дело в том, что провести четкую границу невозможно, и спасение всегда в какой-то мере -- чудо, несмотря на "индивидность" (большую или меньшую) каждой человеческой личности-ипостаси. Более того, внимательно изучив выводы(смотрите: http://www.bogoslov.ru/text/1099522.html#comment1192686), можно говорить о том, что вопрос неоднозначен, а потому нельзя подходить к нему лишь с позиции: "индивид" или "лицо". Путей спасения много, несмотря на то, что "узок путь, ведущий в жизнь". Об этом говорит хотя бы Промысел Божий абсолютно обо всем, что происходит с людьми. Если бы не так, тогда Промысел был бы о некоторых из них...
  5. Следуя логике Яннараса последовательно (извините за тавтологию), нужно было бы считать бытие "индивида" (черты которого есть у всякой грешной личности) уже не достигающим цели бытия личности -- Богопричастности и общения. Но вопрос гораздо сложнее, и у Бога есть Свои критерии для этого. Взять хотя бы знаменитые слова св. Силуана Афонского: "Держи свой ум во аде и не отчаивайся!". Или приняв во внимание следующее: О Тридневном Христовом Воскресении, следует признать, что нельзя вот так просто дать оценку бытию личности (ответить на вопрос о ее спасении).
Такие вот небольшие комментарии.
Ответить

#
4.01.2011 в 17:01
АКСИОС, ОТЧЕ!
Однако, заковыки, которые можно и, нужно попытаться для себя открыть, имеют место быть в трудах Свт.Игнатия Брянчанинова, в которых «Умное делание» как способ бытия без слова "как", а именно - СПОСОБ БЫТИЯ!
Давйте будем уходить от оборотов лукавой речи "как бы", "на самом деле", "Я такая (Такой), !
И, опять же, АКСИОС, ОТЧЕ!
Помоги Вам, Господи!
Ответить

Написать комментарий

Правила о комментариях

Все комментарии премодерируются. Не допускаются комментарии бессодержательные, оскорбительного тона, не имеющие своей целью плодотворное развитие дискуссии. Обьём комментария не должен превышать 2000 знаков. Републикация материалов в комментариях не допускается.

Просим читателей обратить внимание на то, что редакция, будучи ограничена по составу, не имеет возможности сканировать и рассылать статьи, библиограммы которых размещены в росписи статей. Более того, большинство этих статей защищены авторским правом. На просьбу выслать ту или иную статью редакция отвечать не будет.

Вместе с тем мы готовы рассмотреть вопрос о взаимном сотрудничестве, если таковые предложения поступят.

Прим.: Адрес электронной почты опубликован не будет и будет виден лишь модераторам.

 *
Введите текст, написанный на картинке:
captcha
Загрузить другую картинку

добавить на Яндекс добавить на Яндекс